Раз он так сказал, у него не оставалось ни малейшего повода для отказа, в конце концов, он… всё же хотел прожить долгую и хорошую жизнь.
Поэтому он и попал в этот мир. Главный герой романа без романтической линии, Гу Яньли, расширял свои владения в шоу-бизнесе, обладал пронзительным взглядом и вывел в свет бесчисленное множество суперзвезд, обладателей премий за лучшие роли. Однако у него был рано погибший Белый лунный свет — хрупкая и прекрасная. И вот, когда Гу Яньли обратил свой взор на индустрию развлечений, он обнаружил начинающего актера, чьим темпераментом тот напоминал Белый лунный свет почти во всем.
Разумеется, этот молодой актер не был задуман как сам Белый лунный свет — просто в какой-то миг Гу Яньли наложил его образ на тень Белого лунного света.
……
Фэйцзю без умолку щебетала, а Е Ханьчжи от скуки наблюдал, как ночная бабочка под лампой бьется крыльями, пытаясь подлететь ближе к источнику света.
Он послушался Фэйцзю и прождал здесь уже чертову уйму времени, а Гу Яньли всё не появлялся, и у Е Ханьчжи почти иссякло терпение. Фэйцзю покосилась сбоку на его выражение лица и тихо произнесла:
— Не пялься, идут, идут.
Идут?
Е Ханьчжи бросил беглый взгляд сквозь стеклянную дверь и действительно увидел Гу Яньли в сопровождении целой толпы, выходивших из парадного зала. Среди окружавших его людей Главный герой, высокий, длинноногий и с красивым лицом, выделялся особенно сильно.
Заметив, что Гу Яньли выходит, Е Ханьчжи мгновенно стер с лица прежнее беспечное выражение, выпрямился и громко позвал окруживших мужчину людей:
— Господин Гу!
Услышав это обращение, процессия дружно повернула головы и увидела стоявшего у входа в отель Е Ханьчжи.
Е Ханьчжи стоял прямо под фонарем, и на его серебристых волосах мерцали блики. На белой коже отчетливо виднелся даже легчайший пушок. У него было безупречное, изысканно-прекрасное лицо с чуть опущенными внешними уголками глаз, из-за чего он казался невинным и чистым, хрупким и совершенно безобидным.
Люди из свиты Гу Яньли понимающе и двусмысленно улыбнулись, после чего разошлись.
Гу Яньли шагнул вперед и остановился перед Е Ханьчжи. Слегка опустив взгляд, он посмотрел на юношу:
— Почему ты всё еще здесь? Уже поздно, тебе следовало отправиться домой и хорошенько отдохнуть.
— Я… я ждал вас, — Е Ханьчжи поднял покрасневшие глаза, в которых застыли растерянность и обида, и стал похож на потерявшегося зверька.
— Зачем ты меня ждал? — мягко спросил Гу Яньли.
— Я ждал… — губы Е Ханьчжи дрогнули. Он опустил голову, и серебристые пряди скрыли его брови и глаза, так что были видны лишь трепещущие длинные ресницы. — Господин Гу, можно мне… пойти с вами?
Золотая канарейка 2
Е Ханьчжи сидел на диване, с видом заискивающей тревоги бросая вороватые взгляды на профиль Гу Яньли, а когда тот случайно поднимал глаза, одаривал его робкой улыбкой.
Он одновременно выстраивал тщательно выверенный ракурс, чтобы при одном взгляде на него Гу Яньли вспоминал Белый лунный свет, и в то же время тихонько жаловался в мыслях Фэйцзю:
— Посмотри, все мужчины устроены одинаково: в сердце носят Белый лунный свет, а сами обязательно заведут себе замену, чтобы подчеркнуть свою глубокую привязанность. Тошнотворное поведение.
Фэйцзю:
— Вообще-то это ты сам попался ему на глаза, чирик.
— Разве это одно и то же? — с абсолютно невозмутимым видом возразил Е Ханьчжи. — Если бы он действительно хранил верность Белому лунному свету, то даже будь у нас с тем человеком одно лицо на двоих, он бы не привел меня к себе. А раз привел — значит, на самом деле он не так уж сильно и любил этот Белый лунный свет, просто ему нравится этот тип людей. В конце концов, проблема не во мне, а в нем.
Фэйцзю:
— …Чирик, пожалуй, ты прав.
Взгляд Е Ханьчжи скользнул с лица Гу Яньли и незаметно оглядел кабинет. Книжные шкафы вдоль стен были до отказа забиты книгами, а на окне висел ампельный хлорофитум.
Войдя сюда вслед за Гу Яньли, он сразу заметил, что убранство этого дома выдержано в теплых тонах, создавая очень уютную атмосферу, совершенно не похожую на холодную черно-серо-белую гамму в духе остальных генеральных директоров.
Е Ханьчжи помнил слова Фэйцзю о том, что у Гу Яньли было очень счастливое детство: любящие родители и прекрасная семейная атмосфера. Именно поэтому сам Гу Яньли вырос внимательным и благородным человеком — в общем, полная противоположность ему самому.
В период юношеского максимализма Е Ханьчжи люто ненавидел подобных людей. Теперь же он повзрослел, и даже если испытывал зависть или неприязнь, никогда не показывал этого открыто, тем более что Гу Яньли теперь считался его целью для выполнения задания.
Периферическим зрением заметив, что явно витающий в облаках юноша о чем-то задумался, Гу Яньли заговорил:
— Все книги здесь можно читать.
Е Ханьчжи среагировал с завидным опозданием и моргнул:
— Я знаю, господин Гу. Вы… еще долго?
— Почти закончил, — Гу Яньли на мгновение занес пальцы над клавиатурой. Глядя на Е Ханьчжи, он сохранял на губах мягкую и вежливую улыбку. — Только отправлю файл. Прости, что заставил тебя ждать так долго.
— Нет-нет, это я… — робко пролепетал Е Ханьчжи. — Простите, что помешал вам.
— Ты мне не помешал, — Гу Яньли перевел взгляд на монитор, где появилось сообщение об успешной отправке файла, и поднял глаза. — Ты ведь сказал, что тебя зовут Е Ханьчжи, верно?
— Да, меня зовут Е Ханьчжи, — на бледном лице Е Ханьчжи проступил легкий румянец, особенно заметный в сиянии ламп. Он отвлeкся и не смел смотреть Гу Яньли в глаза. — Я знаю, что моя просьба прозвучала неожиданно и дерзко. Вы наверняка презираете таких людей, как я, считаете, что я пал столь низко. Я просто…
Голос юноши слегка дрожал от напряжения, и когда Гу Яньли заметил, как тот путается в словах от страха, улыбка на его губах растаяла. Он заговорил мягким, успокаивающим тоном:
— Не нервничай, говори не спеша. Я вовсе не считаю, что ты пал низко.
Е Ханьчжи поднял влажные от слeз ресницы и посмотрел на Гу Яньли, покусывая побелевшие губы.
— Я понимаю твои мысли, — произнес Гу Яньли. — В шоу-бизнесе подобное происходит сплошь и рядом. Ты думаешь, что, находясь под моим покровительством, сможешь обезопасить себя от чужих посягательств, ведь так?
Е Ханьчжи с соромительным видом качнул головой.
Гу Яньли вгляделся в глаза Е Ханьчжи:
— Ты действительно хочешь пойти со мной? Этого ли ты на самом деле желаешь?
Е Ханьчжи не стал избегать взгляда Гу Яньли и снова кивнул, тихо, но твердо ответив:
— Да, я этого хочу.
Гу Яньли тихо вздохнул:
— Ты можешь использовать мое имя для собственной защиты, но тебе не обязательно идти со мной. Это дурно скажется на твоей репутации.
Е Ханьчжи: «……» Этот человек что, тут благотворительностью решил заняться?
«Он изначально благотворитель…» — встряла Фэйцзю.
http://bllate.org/book/38422/4821121
Готово:
