Сяо Юньнинь собиралась поговорить с Хоу Минъу об этом деле только завтра, но он сам явился первым и честно объяснил ей причину.
— Даос? Как простой даос мог разузнать столько?
Хоу Минъу знал, что ей помог тот самый даос, который спас её в прошлый раз, и в душе у него всё перемешалось. От тревоги в голосе прозвучало сомнение в адрес Е Шэня.
Сяо Юньнинь сочла его реакцию вполне естественной — ведь даже она сама считала, что Уе чересчур уж «всеведущ».
Она поправила кисточки на деревянной подвеске у пояса и, слегка наклонив голову, сказала:
— Он живёт в доме одного знатного господина и, кажется, помогает ему варить пилюли. Этот господин, видимо, весьма влиятелен. Звучит правдоподобно, и ему незачем меня обманывать — ведь мы до этого были лишь случайными встречными…
Дойдя до этого места, она заметила, как лицо Хоу Минъу изменилось: он вдруг покраснел до ушей и заговорил тише.
— Сяо-мэймэй, я не имел в виду ничего дурного.
— Я понимаю, Хоу-гэгэ боится, что меня обманут. Раз уж он сказал, значит, разузнать было нелегко. Пока я ему поверю. Подождём немного — может, и без расспросов вскоре получим точные сведения.
Она не стала просить его снова помочь — он и сам всё понял.
Всё из-за того, что в прошлый раз он проявил слишком много чувств и поспешности, отчего она теперь чувствовала неловкость.
Хоу Минъу сердился на себя за нетерпение, но понимал: если сейчас настаивать, она, пожалуй, станет избегать его совсем.
Он незаметно вздохнул, собрался с духом и широко улыбнулся:
— Он уже не раз помогал тебе — видимо, добрый человек. Давай как-нибудь я устрою угощение. Сяо-мэймэй, пригласи его, и я с ним познакомлюсь. Тогда мы все будем знать друг друга поближе.
Ведь даос — тоже мужчина, да ещё и, по её словам, молодой.
Сяо Юньнинь поняла, что он всё ещё тревожится за её безопасность, и, чувствуя вину за то, что не может ответить на его чувства, согласилась:
— Хорошо. Хоу-гэгэ назначь день, а я заранее передам ему слово.
Когда Хоу Минъу лично убедится, что даос надёжен, ей не придётся прямо отказываться от его помощи — так они избегут неловкости. Пока завеса не сорвана, она будет делать вид, что ничего не замечает.
Её согласие немного подняло настроение Хоу Минъу. Но долго задерживаться в доме младшей ветви рода Сяо он не мог — вскоре ему предстояло идти на службу во дворец, и он простился.
Едва войдя во дворец, Хоу Минъу столкнулся с Е Шэнем, возвращавшимся из тюрьмы Чжаоюй.
Высокий мужчина в простой даосской одежде, чьи нижние полы были испачканы тёмными пятнами. Его лицо, обычно холодное, как луна в зимнюю ночь, отстранённое и недоступное, сейчас казалось ещё мрачнее.
Хоу Минъу опустил взгляд и увидел, что каменные плиты под ногами даоса окрашены тёмной кровью.
Значит, снова допрашивал кого-то в темнице и так, в крови, вернулся во дворец.
Е Шэнь направлялся в другую сторону, и им не пришлось сталкиваться — Хоу Минъу даже не пришлось кланяться. Но когда фигура даоса уже почти скрылась из виду, Хоу Минъу вдруг снова перевёл на него взгляд.
Молодой даос… В таком облачении Пятый господин Е и впрямь похож на юного даоса.
Правда, с таким ледяным нравом он вряд ли способен спасать кого-то — убивать ему куда привычнее.
Хоу Минъу отвёл глаза и, думая о том, что Сяо Юньнинь явно держится от него на расстоянии, тяжело вздохнул.
— Пятый господин, только что пришёл человек и передал: сегодня Чэнь Ли приходил в переулок Жуаньшу. Он передавал устное послание от девушки Сяо — спрашивала, когда вы будете свободны для встречи.
Е Шэнь вернулся в Фэнцингун и только что вышел из ванны. Цзяньинь помогал ему пристегнуть пояс и заодно доложил новости.
Сегодня они весь день провели в темнице, и все дела накопились к вечеру.
Е Шэнь сидел в кресле, его длинные ресницы всё ещё были влажными от пара. Холодные черты лица в тепле размягчились, приобретя лёгкий румянец, и даже его обычно отстранённое выражение стало мягче.
— Что ответили? — спросил он, отстраняя руку Цзяньиня, всё ещё возившегося с поясом, и сам неторопливо подтянул его.
— Без вашего указания никто не осмелился отвечать, — ответил Цзяньинь, отступив в сторону. Увидев, как господин подошёл к большому столу и уселся в кресло, он сделал ещё несколько шагов вслед.
— Тогда не надо отвечать, — сказал Е Шэнь. Завтра он свободен — выйдет из дворца и сам с ней встретится.
Принимая решение, он даже не задумался, почему так охотно соглашается на встречу. Лишь произнеся слова вслух и почувствовав их вкус на языке, он вдруг осознал странность своего поведения.
Цзяньинь, конечно, не слышал внутреннего монолога своего господина и просто подумал, что Пятый господин в последнее время устал от просьб этой маленькой служанки. Он спокойно отозвался:
— А-а…
Этот возглас не только привлёк внимание Е Шэня, но и заставил его задуматься.
Неужели даже Цзяньинь не находит ничего странного в том, что он собирается навестить Сяо Юньнинь?
Е Шэнь слегка нахмурился. В этот момент сквозь двор пронёсся пронзительный голос:
— Господин дома? Его величество прислал меня узнать, поужинали ли вы.
Мысли прервались. Лицо Е Шэня вновь стало бесстрастным. Он кивнул Цзяньиню, чтобы тот отвечал, а сам поднялся и вышел.
Только что вернувшись из темницы, он уже снова вызван к императору. В последнее время государь всё чаще терял терпение по поводу того дела, становился раздражительным — и даже Е Шэню порой становилось трудно дышать.
Без всякой причины он почувствовал ещё большее отвращение к дворцу. В глазах подошедшего евнуха отразился лёд.
Но тот уже привык к такому виду Пятого господина и, ничего не подозревая, повёл его к императору.
В ту ночь император пришёл в ярость, причина которой осталась неизвестной. Все лишь знали, что рядом с ним в тот момент был Е Шэнь. Из-за императора Е Шэнь на следующий день действительно вышел из дворца, но по поручению отправился в другую сторону и не смог встретиться с Сяо Юньнинь.
Сяо Юньнинь ждала в доме ответа от Чэнь Ли, но к вечеру следующего дня так и не дождалась. Чэнь Ли всё же приходил и передал, что с той стороны тоже не получили ответа.
Неужели даос так занят?
Сяо Юньнинь смотрела на документ на владение недвижимостью, лежавший на столе, и в душе мелькнуло разочарование.
Но оно тут же исчезло. Она слегка улыбнулась, аккуратно убрала документ в запираемую деревянную шкатулку. Рано или поздно он всё равно окажется у даоса — разница лишь в один-два дня.
Только она спрятала документ, как в комнату радостно вбежала Юаньго, сжимая в руках корзинку, полную зелёных мелких плодов.
— Девушка! Тот самый Лю Сань специально заходил и сказал, что нашёл подходящий дом. Если завтра вы свободны, он ждёт вас, чтобы показать его.
Хорошие новости всегда приходят вовремя. Настроение Сяо Юньнинь заметно улучшилось, и она кивнула:
— Завтра с самого утра выеду.
Увы, на следующее утро её не успели разбудить — её уже будила служанка старшей госпожи Сяо.
Сонная и растерянная, Сяо Юньнинь слышала, как звонкий голос служанки звенит у самого уха:
— Третья девушка, скорее одевайтесь! Из Дворца старшей принцессы прислали специально за вами — только за вами одной! Сказали, что наследная принцесса Хуэйцзин так давно вас не видела, хочет побыть с вами подольше.
От её крика у Сяо Юньнинь заболела голова. Она глубоко вдохнула:
— У меня болит голова, сегодня, наверное, не смогу поехать.
Она даже прижала руку ко лбу, изобразив страдание, и снова рухнула на постель.
Что за причуды у этой Хуэйцзин? Теперь, когда она — бедная сирота, разве стоит так усердствовать?
Служанка на миг опешила — первая мысль: третья девушка капризничает. Но потом подумала — нет, невозможно.
Это же честь от наследной принцессы! Кто бы на её месте не вскочил от радости и не помчался бы в карете Дворца старшей принцессы, чтобы блеснуть перед всеми?
Сяо Юньнинь, упав на постель, нарочито простонала:
— Юаньго, у меня снова приступ головной боли… Быстрее… принеси пилюли!
У служанки больше не осталось сомнений. Она неуверенно пробормотала, что пойдёт доложить старшей госпоже, и ушла из гостевых покоев.
Как только она скрылась, Юаньго надулась от злости:
— Какие люди! Вас что, за преступницу держат? Прислали конвоировать!
Сяо Юньнинь и сама не понимала, зачем Хуэйцзин затеяла весь этот спектакль, но явно хотела унизить её.
— Сходи-ка, узнай, ушёл ли их человек. Если ушёл — беги обратно и веди меня к «лекарю».
Она подмигнула, и Юаньго всё поняла — энергично кивнула и побежала выяснять, несмотря на прохладный утренний ветерок.
Старшая госпожа Сяо, услышав, что наследная принцесса Хуэйцзин лично прислала за Сяо Юньнинь, была недовольна — ведь обе они носили фамилию Сяо, и такое приглашение выглядело как пренебрежение к их ветви рода.
Когда же ей сообщили, что Сяо Юньнинь больна и не может встать, старшая госпожа почувствовала лёгкое облегчение — значит, всё не так просто. Она сама вышла к гонцу и вежливо объяснила причину отказа, после чего проводила его до ворот. Затем строго наказала младшим родственникам, которые всё же ехали на пир, быть осторожными в словах и поступках.
Юаньго увидела, что гонца действительно отправили восвояси, и быстро вернулась в гостевые покои. Она помогла Сяо Юньнинь быстро привести себя в порядок, набросила на неё плащ, и они тайком вышли из дома, никому ничего не сказав.
— Хорошо, что девушка заранее распорядилась подготовить карету и перевести одного человека с поместья. Иначе сегодня нам бы и выйти-то было нелегко.
Юаньго, выезжая из переулка, где располагался дом младшей ветви Сяо, с облегчением выдохнула.
Сяо Юньнинь улыбнулась.
У неё ведь ещё остались люди из приданого — разумеется, она снова начнёт ими пользоваться. Постоянно зависеть от кареты младшей ветви неудобно — свои люди всегда надёжнее.
Раз приданое вернулось, она должна всё планировать сама. Даже если отец и брат всё ещё не подали вестей, она не позволит себе превратиться в жалкое существо.
Когда они вернутся, пусть увидят её бодрой и полной сил — разве не лучше так?
Сяо Юньнинь села в карету и умчалась прочь. В это же время Хуэйцзин уже узнала, что та отказалась приехать, и в ярости швырнула палочки для еды.
Старшая принцесса, сидевшая рядом, нахмурилась, но велела слугам убрать и подать новые палочки.
— Зачем ты вообще звала эту девочку из рода Сяо? Разве я не согласилась на твою просьбу — сегодня приглашён Ли Цинчжи, и я собираюсь поговорить с его отцом насчёт помолвки. Зачем ещё звать Сяо и портить себе настроение?
Старшая принцесса давно знала о чувствах дочери к Ли Цинчжи, но тот был уже обручён. Да и сама она не особенно ценила род Ли — особенно же не любила род Е!
Однако дочь всё время ходила унылая. А когда у рода Сяо начались неприятности, и в день свадьбы Ли Цинчжи отрёкся от Сяо Юньнинь, на лице дочери вновь заиграла улыбка.
Как мать, она не выдержала и согласилась.
Пусть род Ли и не блестит, но с её статусом Старшей принцессы никто не посмеет болтать за спиной.
Но дочь, хоть и обрадовалась, всё ещё злилась на Сяо Юньнинь. Зачем приглашать её на пир? Разве она не понимала, какие у дочери замыслы? Это просто глупо и унижает достоинство семьи.
Но Хуэйцзин была упряма — ей непременно хотелось увидеть униженную и опозоренную Сяо Юньнинь.
Раньше, когда та была невестой Ли Цинчжи, она так гордилась собой и даже с ней, наследной принцессой, обращалась надменно! Если теперь не проучить её как следует, она и впрямь решит, что Хуэйцзин легко обидеть!
Хуэйцзин не послушалась матери и велела отправить к Сяо Юньнинь лекаря. Если та притворяется больной, пусть попробует обмануть настоящего врача!
Но гонец вернулся с сообщением, что Сяо Юньнинь уже выехала лечиться, а куда — не знает. Хуэйцзин чуть не расплакалась от злости:
— Она нарочно со мной ссорится! Матушка, она хитра и не уважает нас! Это невыносимо! Дважды не явилась на приглашение — теперь весь Чанъань будет смеяться над нами!
Старшая принцесса не ожидала, что Сяо Юньнинь окажется такой сообразительной — она предугадала упрямство дочери и придумала отговорку с лекарем. Принцесса не знала, злиться ей или смеяться.
Действительно, хитрая девчонка! Не зря даже Ли Шилан попался на её удочку.
А Сяо Юньнинь, гулявшая по улицам, и не подозревала, что чуть не довела Хуэйцзин до слёз. Она спокойно зашла в неприметную закусочную, чтобы позавтракать.
Это место находилось совсем близко к дому Лю Саня, и они случайно встретились прямо у завтрака.
Лю Сань, зевая, покупал мясные булочки, но, увидев хозяйку и служанку, мгновенно протрезвел. Вспомнив вчерашний документ на владение недвижимостью и личность того, кто его прислал, он почувствовал неловкость при виде Сяо Юньнинь.
Кто бы мог подумать, что у девушки из рода Сяо такие связи! Вернее, кто бы мог подумать, что тот даос — не кто иной, как тот самый «ледяной Янь-ван» из слухов!
— Девушка Сяо, вы так рано! — засуетился Лю Сань, кланяясь и улыбаясь.
Сяо Юньнинь улыбнулась в ответ:
— Да, вышла рано. Раз уж встретились, садись, расскажи подробнее про дом.
Лю Сань, конечно, не посмел отказаться. Он сел, улыбаясь до ушей, и начал расхваливать дом, после чего назвал цену.
— Такая низкая цена? Неужели это дом с привидениями? — взвизгнула Юаньго, не веря своим ушам.
Лю Сань поперхнулся от её вопроса.
А Сяо Юньнинь в этот момент почувствовала чьё-то присутствие за спиной и обернулась. Её взгляд упёрся в знакомую даосскую одежду.
— Даос?
Она удивилась — какое совпадение встретить Е Шэня здесь!
Но сам Е Шэнь знал: это не совпадение. Он заранее знал, что Сяо Юньнинь сегодня выйдет посмотреть дом, который принадлежал ему. Только что вернувшись из-за городской черты, он собирался осмотреть дом вместе с ней, узнать, зачем она его искала, и вернуться во дворец.
http://bllate.org/book/3835/408273
Готово:
