Цин Ваншу от услышанного аж покрылся мурашками.
— Значит... из-за того, что он на меня смотрит?
Система предполагает, что критерий оценки прогресса задания может быть связан с психологическим состоянием главного героя, — прозвучал мягкий голосок, сделав небольшую паузу. — Каждый раз, когда он смотрит на вас, возможно, он думает о чём-то... что помогает продвижению шкалы.
Цин Ваншу ничего не ответил, вспомнив этот взгляд. О чём он думал каждый раз, когда смотрел на него?
Дни шли за днями.
Чэнь Чжисюй оставался прежним: приходил тихо-мирно, уходил тихо-мирно, где нужно — работал, где нужно — читал.
Но Цин Ваншу всё казалось, что что-то исподволь меняется.
Например, Чэнь Чжисюй стал смотреть на него гораздо чаще.
Раньше он бросал случайный взгляд лишь изредка, теперь же заглядывался на него по многу раз на дню. Смотрел на уроке, смотрел после урока, смотрел перед тем, как сбегать по поручению, и обязательно бросал ещё один взгляд, возвращаясь после работы.
Иногда Цин Ваншу специально не смотрел на него в ответ, а лишь косился краем глаза. И всякий раз, когда он так делал, его взгляд неизменно натыкался на эти чёрные-чёрные глаза.
Он не знал, что это значит, да и спросить не смел.
Прогресс продолжал расти: 37%, 41%, 44%, 48%.
Переломный момент наступил в тот самый полдень.
В тот день Цин Ваншу не пошёл в столовую. Чжоу Цян с компанией наотрез отказались отпускать его и потащили играть в мяч, но ему было лень двигаться, поэтому он просто уткнулся лицом в парту и заснул.
Класс почти опустел, вокруг стояла тишина. Уткнувшись лицом в крышку парты, Цин Ваншу вдруг услышал какой-то шорох у двери.
Он не стал открывать глаза, продолжая лежать неподвижно и прислушиваясь к шагам.
Лёгкие, неторопливые, шаг за шагом они приближались от самой двери. Дошли до его парты и остановились.
Сердце Цин Ваншу пропустило удар — он знал, кто это.
Дыхание того человека было едва уловимым, почти беззвучным. Он просто стоял рядом, неизвестно на что глядя.
Цин Ваншу очень хотел открыть глаза, но не осмелился.
Прошло секунд десять, и шаги возобновились.
На этот раз они направились к собственной парте Чэнь Чжисюя.
Цин Ваншу исподтишка приоткрыл один глаз, оставив лишь узкую щёлочку.
Стоя к нему спиной, Чэнь Чжисюй что-то складывал в выдвижной ящик. Это был прозрачный полиэтиленовый пакет, в котором лежали какие-то коробочки.
Прищурившись, Цин Ваншу попытался разглядеть, но так и не понял, что это.
Убрав всё на место, Чэнь Чжисюй сел и принялся за домашнее задание. Цин Ваншу снова притворился спящим.
Пару минут спустя, изображая только что проснувшегося человека, он приподнял голову и сладко зевнул.
Чэнь Чжисюй даже не взглянул на него.
Бросив быстрый взгляд краем глаза, Цин Ваншу разглядел пакет — судя по всему, в нём действительно лежали коробочки с лекарствами.
Первый урок второй половины дня пролетел мимо ушей — Цин Ваншу не усвоил ни единого слова.
Он всё думал о том пакете, думал о лекарствах, которые в нём прятались.
Зачем Чэнь Чжисюю понадобились лекарства?
Неужели он заболел?
Цин Ваншу скосил голову и украдкой посмотрел на Чэнь Чжисюя.
Тот сидел, опустив голову в учебник, и лицо его не казалось бледным или больным. Ни румянца, ни болезненной бледности, ни холодного пота.
Но одна деталь всё же привлекла внимание Цин Ваншу.
Его левая рука была прижата к животу. Надавливал он совсем легко, но не отнимал руку ни на секунду — так и просидел весь урок.
Цин Ваншу отвёл взгляд, в голове у него царил полный кавардак.
Когда прозвенел звонок с урока, он поднялся и сделал вид, что ему нужно в туалет.
Добравшись до двери, он оглянулся.
Чэнь Чжисюй по-прежнему сидел на своём месте, а его левая рука всё так же лежала на животе.
На втором уроке Цин Ваншу окончательно потерял терпение и ткнул Чэнь Чжисюя в локоть ручкой.
Тот повернул голову и посмотрел на него.
Цин Ваншу кивнул в сторону его парты:
— Что это там?
Чэнь Чжисюй проследил за его взглядом, после чего снова посмотрел на него.
— Лекарство, — ответил он.
— Какое лекарство? — допытывался Цин Ваншу.
— От желудка.
Цин Ваншу на мгновение опешил:
— Проблемы с желудком?
Чэнь Чжисюй ничего не ответил, отвернулся и продолжил слушать учителя.
Пару секунд Цин Ваншу в упор разглядывал его профиль: левая рука Чэнь Чжисюя всё ещё прижималась к животу.
Третий урок прошёл для Цин Ваншу в абсолютном тумане — он не уловил ни звука.
В мыслях он разговаривал с Системой.
— Это серьёзная болезнь желудка?
— Невозможно определить, — отозвалась Система. — У Системы отсутствуют медицинские функции.
— Почему он не пообедал?
— С чего вы взяли, что он не обедал?
Цин Ваншу умолк.
Он и сам не знал, откуда ему это было известно. Он просто знал.
— Система, — внезапно произнёс он. — Скажи, у него что, совсем нет денег на еду?
Система помолчала пару секунд.
— Согласно заложенным параметрам, семья главного героя действительно бедна. Его обед обычно состоит из двух паровых булочек маньтоу, которые он приносит с собой из дома.
Цин Ваншу замер, не в силах поверить услышанному:
— Маньтоу?
— Да.
— Только маньтоу? Без какой-либо еды вприкуску?
— Никакой.
Цин Ваншу умолк.
Он вспомнил всё то, чем питался каждый день в школьной столовой. Тушёная свинина в соевом соусе, свинина в кисло-сладком соусе, жареные куриные ножки — что ни захочешь, то и купишь, а стоимость одного его обеда равнялась бюджету другого человека на целую неделю.
А тот самый парень, сидящий рядом с ним, каждый день давился двумя холодными булочками.
И при этом ещё терпел боль в больном желудке.
Едва прозвенел звонок с третьего урока, Цин Ваншу вскочил и стремительно вышел из класса.
Чжоу Цян крикнул ему вслед:
— Цин-гэ, ты куда?
— В туалет, — бросил он, даже не обернувшись.
В туалет он, конечно, не пошёл. Он обошел учебный корпус сзади и перелез через забор. Сразу за стеной тянулся тот самый переулок, а у самого выхода из него примостился небольшой круглосуточный супермаркет.
Влетев внутрь, Цин Ваншу схватил корзинку для покупок.
Печенье, хлеб, молоко, шоколад, пирожные, фрукты — он сгребал всё подряд. Понятия не имея, что именно полезно при желудочных болях, он просто выбирал всё мягкое и легкоусвояемое.
Расплачиваясь на кассе, продавщица окинула его странным взглядом:
— Парень, ты что, собрался лавку открывать?
Цин Ваншу пропустил её слова мимо ушей, приложил телефон для оплаты, подхватил два огромных пакета и снова перемахнул через забор.
Дверь класса была распахнута, внутри никого не было. Чэнь Чжисюя на месте не оказалось.
Быстро шагнув внутрь, Цин Ваншу попытался втолкнуть оба пакета в ящик парты Чэнь Чжисюя.
Не влезало.
Вещей оказалось слишком много, и в ящике они помещаться категорически отказывались.
Покрывшись испариной от волнения, он немного вытащил всё обратно и принялся утрамбовывать заново. Печенье — налево, хлеб — направо, пакеты с молоком — вертикально, шоколадки — в оставшиеся щели.
провозившись добрую минуту, он наконец закончил. Выдвижной ящик раздулся так, что едва закрывался.
Разогнувшись, Цин Ваншу шумно выдохнул.
И тут он вспомнил про одну вещь — карточку для столовой.
Шариком пошарив по карманам, он вытащил собственную карту и проверил баланс.
Там оставалось ещё больше трёх тысяч.
Сжав карту в руке, он простоял так пару секунд.
Затем круто развернулся и вышел из класса.
Цин Ваншу отправился в администрацию и заново оформил карту питания, положив на неё кругленькую сумму в три тысячи юаней.
Как раз в этот момент Чжоу Цян с компаньонами возвращались из другого конца коридора. Заметив его, Чжоу Цян окликнул:
— Цин-гэ, ты чем занят?
Цин Ваншу проигнорировал их.
Он подошёл к двери соседнего класса и заглянул внутрь.
Та девчонка была на месте.
Её звали Линь Сяо, она была единственной девочкой в их небольшой компании: из обеспеченной семьи, довольно симпатичная, обычно немногословная, но очень приятная в общении.
Цин Ваншу поманил её пальцем.
Линь Сяо вышла в коридор, слегка удивлённая:
— Цин-гэ? Что-то случилось?
Цин Ваншу сунул ей в руку карточку.
Линь Сяо опешила.
— Это... к чему?
Бросив быстрый взгляд назад и убедившись, что никто на них не смотрит, Цин Ваншу понизил голос:
— Сделай одолжение.
— Какое?
— Передай это Чэнь Чжисюю.
Линь Сяо удивилась ещё сильнее:
— Чэнь Чжисюю? Этому новенькому? Зачем ему твоя карточка?
— Не твоё дело, — отрезал Цин Ваншу. — Просто скажи, что это от тебя. Только не говори, что от меня.
Линь Сяо перевела взгляд с карточки на него.
— Цин-гэ, что у вас вообще за дела? Ты же вечно заставляешь его работать, с чего вдруг такая забота...
— Не расспрашивай, — оборвал её Цин Ваншу. — Лучше скажи, поможешь или нет.
Поразмыслив пару секунд, Линь Сяо кивнула:
— Ладно.
Цин Ваншу с облегчением выдохнул.
— Смотри не проболтайся, что это я, — снова предупредил он.
— Знаю я, знаю, — Линь Сяо спрятала карточку. — Скажу, что моя, устроив щедрый жест, так ведь?
Цин Ваншу кивнул и зашагал прочь.
Четвёртый урок второй половины дня превратился для Цин Ваншу в сущую пытку.
Он то и дело косился на Чэнь Чжисюя, а затем бросал тревожные взгляды на доверху набитый ящик парты.
Чэнь Чжисюй пока ничего не заметил.
Он всё так же сидел, низко склонившись над книгой, прижимая левую руку к животу, и даже не думал заглядывать в ящик.
Цин Ваншу извёлся от нетерпения — ему безумно хотелось подсказать, но он понятия не имел, как заговорить об этом.
Дождавшись спасительного звонка с урока, он больше не смог сдерживаться.
— Эй, — он ткнул Чэнь Чжисюя кончиком ручки.
Тот повернулся.
Цин Ваншу кивнул в сторону его выдвижного ящика.
— У тебя там... кажется, что-то лежит.
Опустив голову, Чэнь Чжисюй заглянул внутрь и замер.
Ящик распирало так, что он едва закрывался, а внутри пестрело множество ярких упаковок.
Протянув руку, он потянул за ручку.
Печенье, хлеб, молоко, шоколад, фрукты — всё было забито до отказа, возвышаясь целой горой.
Чэнь Чжисюй молча смотрел на это богатство.
Цин Ваншу следил за ним краем глаза, чувствуя, как участилось его сердцебиение.
Несколько секунд Чэнь Чжисюй просидел неподвижно, а затем засунул руку в карман и вытащил оттуда карточку для столовой.
Сердце Цин Ваншу подскочило к самому горлу.
Подняв карточку перед глазами, Чэнь Чжисюй внимательно её рассмотрел.
На лицевой стороне красовались его собственная фотография и имя: Чэнь Чжисюй, первый класс, третий поток.
Парень неотрывно смотрел на снимок добрых несколько секунд.
Затем он медленно поднял голову и посмотрел прямо на Цин Ваншу.
Цин Ваншу не успел отвести взгляд и нос к носу столкнулся с этими чёрными-чёрными глазами.
Внутри у него всё оборвалось.
Чэнь Чжисюй молча смотрел на него пару секунд, после чего опустил голову, аккуратно положил карточку обратно в ящик и слегка задвинул гору припасов внутрь.
http://bllate.org/book/38258/4797624
Готово:
