Оставшаяся половина страницы касалась квартиры 2802. Тот младший подчиненный, который взялся за это поручение, проявил большую сообразительность: он нанял риелтора для осмотра жилья в Муся Хуатин и, якобы невзначай упомянув двадцать восьмой этаж, из разговора со специалистом выяснил, что квартира Сяо Юэ была продана чуть больше трех, примерно четырех лет назад. По совпадению, этот самый риелтор как раз три года назад видел девушку, которая приходила оформлять передачу прав собственности; он запомнил ее потому, что она была невероятно красива и внесла всю сумму наличными единым платежом. Судя по описанию внешности, с уверенностью можно было утверждать, что это Сяо Юэ. Он также помнил, что тогда собеседница упомянула, будто по некоторым причинам не станет въезжать сразу, и особо поинтересовалась, достаточно ли ответственно работает управляющая компания.
Вся эта информация была получена из открытых источников. Продолжай Ли Сун копать дальше, это было бы не только неэтично, но и могло навлечь неприятности на тех, с кем связываться не стоило, поэтому Лянь Чуань не стал проявлять излишнюю самодеятельность.
Хотя эти данные выглядели набросанными на скорую руку, временной охват оказался весьма широким, а сведения — правдивыми и логичными. Какая-то богатая наследница, у которой нет недостатка в деньгах, круглый год разъезжает по всему миру. Больше трех лет назад она внезапно заглянула в город G, сочла это место неплохим и решила прикупить жилье, выбрав самый лучший и дорогой район. Спустя три года она снова приехала сюда и случайно столкнулась с Ли Сун.
Как ни посмотри — хоть сверху вниз, хоть снизу вверх, хоть слева направо, — во всей этой истории Ли Сун действительно сама навязала себе лишние чувства.
Она перевела взгляд на Лянь Чуаня.
Лянь Чуань пожал плечами: — Я всё проверил, включая фотографии.
Юньшэн никогда не афишировала слишком много личных данных, а ту фотографию тайком сделал сосед Сяо Юэ по улице Яньчунь. Снимок получился немного смазанным, но они с Шэнь Цяо и Ли Сун были знакомы много лет и знали это лицо до мельчайших деталей, так что с первого же взгляда уловили суть проблемы.
— Они ведь совсем не похожи на родственниц, у них даже гражданство разное. Неужели двоюродные сестры? И как можно быть настолько похожими, это же просто против всяких законов природы!
Ли Сун кивнула: — Мм, она не знает Шэнь Цяо.
Тогда удивление на лице Сяо Юэ при виде фотографии не казалось наигранным. А почему они так похожи — возможно, это просто простое совпадение. Так совпало, что их родители — лица китайского происхождения за рубежом, так совпало, что обе они приехали в Страну Хуа, и так совпало, что обе встретили Ли Сун.
Какая нелепость.
Лянь Чуань же изумился еще сильнее: — Она знает о Шэнь Цяо?
— Да.
Лянь Чуань глубоко вздохнул и произнес: — Если ты решила поиграть в любовницу-заменительницу навроде тех, что бывают у генеральных директоров, завязка тут отдает драмой. Я это не одобряю, но и возражать не имею права, все зависит исключительно от твоего желания.
Ли Сун на мгновение остолбенела. Всегда державшаяся сдержанно, она сейчас каждым мускулом лица выражала непонимание и шок: — …А?
Новое жилье
Лянь Чуань приподнял бровь: — Или я что-то не так понял?
Отойдя от шока, Ли Сун с досадой и смешком приложила руку ко лбу: — Ты серьезно думаешь, что я способна на такое?
Получив подобный ответ, Лянь Чуань мысленно перевел дух: — Я же просто переживал, что ты временно потеряешь рассудок.
— Серьезно? Похоже, ты только и ждал возможности подтолкнуть меня к худшему.
Они посмеялись над этим забавным эпизодом, после чего переключились на рабочие вопросы.
Когда Лянь Чуань ушел, Ли Сун вытянула из стопки рабочие документы, ее взгляд скользнул к самому верхнему досье, и уголки ее губ невольно дернулись.
Фраза насчет любовницы-заменительницы некстати всплыла в памяти, а вслед за ней перед мысленным взором возникли глаза Сяо Юэ — те самые, от которых вечно исходило какое-то недоброе предчувствие, из-за чего по ее рукам тут же пробежали мурашки.
Сама она не особо увлекалась чтением любовных романов, но в силу профессии ей довелось повидать немало сценариев, присланных подчиненными. Будучи одним из столпов излюбленных сюжетных клише, тема замены неизменно занимала среди них свое место, а царившие там градус абсурда и утрированность характеров определенно позволили ей расширить кругозор.
Если вымышленные истории читать было еще кое-как терпимо, то пренебрежение чужим достоинством и чувствами в реальной жизни вызывало у нее лишь глубокое презрение.
Тем более что Сяо Юэ… совершенно не походила на тех наивных глупышек из драматических мыльных опер; в ней чувствовался острый стержень, от которого Ли Сун подсознательно хотелось держаться подальше.
Разве станет такой человек добровольно терпеть чужие оковы и согласится играть роль никчемной подделки?
Поколебавшись секунду, она взяла досье, поднялась с места, засунула бумаги в шредер и позвала в кабинет помощницу Сяо Сяо.
— Госпожа Ли, вызывали?
— Да, помоги мне найти квартиру. Желательно, чтобы можно было въехать в самое ближайшее время.
Сяо Чжу уточнила: — Хорошо. С нынешним жильем что-то не так? Требуется ли это как-то исправить?
— Ничего страшного, просто… в последнее время мне там не слишком уютно, хочу сменить обстановку.
— Поняла.
Город G, частная больница Ляньцзян, верхний этаж.
Шел уже почти седьмая сутки, а в коридоре всё так же непрерывным потоком сновали люди. На большинстве лиц застыла жуткая, источающая жадность мимика — скрытная, но оттого не менее бросающаяся в глаза.
Внутри палаты таился затяжной, тяжелый недуг, а снаружи бушевали человеческие страсти, безбрежные, как океан.
Парень с короткой стрижкой сидел у больничной койки, его лицо, по идее светлое и открытое, сейчас было помрачневшим, а выражением он демонстрировал крайнее недовольство.
— Дедушка, я сегодня слышал от врача, что вы уже практически поправились. Может, вернемся долечиваться домой? Здесь так холодно, от всего вокруг веет болезнью, — сказал Ли Чжэнь.
Старший господин Ли полулежал с закрытыми глазами, имитируя дремоту, и на эти слова отозвался: — Я даже не спешу, куда ты торопишься?
Ли Чжэнь фыркнул: — Толпа за дверью является сюда каждый день, без перерыва. Кто же не знает, на что они рассчитывают? Если вам еще не надоело, то мне уже тошно.
Старший господин Ли усмехнулся, являя перед этим внуком редкие нотки мягкости: — Такой взрослый, а всё никак не научишься держать себя в руках.
Ли Чжэнь лишь плечами пожал: во все эти взрослые игры он вникать не умел, да и желания ломать голову не было.
В дверь постучали, и раздался голос секретаря Ли: — Председатель.
Ли Чжэнь бросил взгляд на деда и по знаку последнего позволил войти.
Секретарь Ли вошел, неся в руках несколько подарочных наборов для посещения больных. Заметив их, Ли Чжэнь с недовольным видом буркнул: — Опять эта ерунда! Толку от нее никакого, зачем приволокли?
Пока он ворчал, секретарь Ли выждал момент, чтобы вставить слово: — …Это передала старшая мисс.
Ли Чжэнь тут же умолк, на секунду завис и переспросил: — Моя сестра?
— Да, мисс привезла всё лично и даже поинтересовалась, как самочувствие председателя.
На этот раз даже старый господин удивленно поднял голову, останавливая взгляд на аккуратных, безупречных, но абсолютно лишенных душевного тепла подарках.
Его голос чуть заметно дрогнул: — Где она сама?
— Внизу, сказала, что из-за дел не сможет подняться наверх…
Не успел он договорить, как Ли Чжэнь уже вылетел за дверь.
http://bllate.org/book/38241/4794648
Готово:
