Сегодня Лин Нань вёл себя подозрительно: он всё время таился и не подпускал никого к шкафу. Чжэн Цюши заподозрил, что внутри спрятано что-то неприглядное…
Прихрамывая, он подошёл к шкафу, взялся за ручку дверцы и, помедлив секунду, резко распахнул её.
Шкаф был пуст и просматривался насквозь: несколько мешочков, кое-какие бутылки да банки.
Чжэн Цюши не унимался и принялся открывать всё по очереди, но обнаружил лишь муку, приправы и прочую снедь — ничего предосудительного.
Если и было что-то странное, так это то, что все мешочки и банки ютились на одной полке. Шкаф был таким огромным, зачем же сваливать всё в одну кучу?
На других полках было много свободного места. На доске лежал тонкий слой пыли, а на нём чётко выделялся чистый квадрат — след от чего-то, что здесь стояло. Судя по следам волочения, здесь недавно лежала коробка, которую, должно быть, только что унесли.
Чжэн Цюши надул губы и нахмурился, озадаченный. Любопытство жгло его изнутри, и он принялся переворачивать весь дом вверх дном, пытаясь отыскать пропавший ящик.
В конце концов, перерыв всё, он выбился из сил и, слегка вспотев, в изнеможении опустился на порог. Подперев лицо рукой и задумчиво постукивая пальцами по щеке, он от скуки уставился на горизонт.
Наступили сумерки. Садящееся солнце, похожее на густой яичный желток, коснулось гребней далёких гор, окрасив небо в алые всполохи.
С узкой тропинки вдали показалась фигура. Идущий был против света, лица не разглядеть, но походка показалась какой-то знакомой.
Когда человек толкнул дверь и вошёл, он внезапно столкнулся взглядом с Чжэн Цюши и тут же потупился, приняв робкий вид.
Это вернулся Лин Нань. За спиной он нёс потрёпанную бамбуковую корзину, которая казалась довольно тяжёлой и ещё сильнее сгибала его спину. В руках у него был большой букет полевых цветов — красных, фиолетовых, зелёных. Поколебавшись, он ступил во двор, опустив голову и покусывая кончик указательного пальца.
Чжэн Цюши уже давно забыл, что Лин Нань куда-то пропадал, и искренне обрадовался его возвращению. На душе полегчало: наконец-то он не один дома! Подобно щенку, виляющему хвостом, он радостно воскликнул:
— Лин Нань! Ты вернулся!
Он прихрамывая направился к нему и протянул руки, чтобы помочь снять корзину, но Лин Нань увернулся.
Вместо этого он сунул букет прямо в руки Чжэн Цюши. Мелкие цветочки, сбившиеся в плотный пучок, напоминали россыпь звёзд: здесь были и дикие хризантемы, и щетинник, и цветы физалиса, и множество других трав, названий которых он не знал.
Чжэн Цюши был удивлён, не ожидая такой романтичности от Лин Наня:
— Это мне?
Лин Нань посмотрел на Чжэн Цюши и кивнул. Его глаза, скрытые прядями волос, светились искренностью.
— Спасибо! — Чжэн Цюши перебрал цветы, вытащил щетинник и сказал: — Я сделаю из него собачку!
Они вдвоём прошли в главную комнату. Лин Нань нашёл бутылку, налил воды и поставил цветы, подрезав лишние стебли так, что букет сразу стал выглядеть изящнее.
Чжэн Цюши сидел поодаль и возился со стеблем щетинника. В детстве, в деревне, игрушек почти не было, и бабушка всегда учила его всяким забавам — плетение собачки из щетинника было одной из них. Руки у бабушки были золотые: обычная травинка в её пальцах превращалась в милого пёсика, который, казалось, вот-вот гавкнет. К тому же бабушка плела венки и браслеты — не было ничего, чего бы она не могла сделать.
Чжэн Цюши полагал, что унаследовал бабушкин талант. Со всей уверенностью в своих силах он мастерил игрушку, пока, наконец, не получился вполне симпатичный пёс.
Он с торжествующим видом протянул собачку Лин Наню, сияя от восторга:
— Ну как? Неплохо, правда?
Лин Нань секунду смотрел на поделку, затем бесстрастно отвёл взгляд, словно боясь ослепнуть от одного вида этого творения.
Чжэн Цюши был обескуражен такой реакцией:
— Некрасиво?
Он снова присмотрелся к собачке, начав сомневаться во вкусе Лин Наня.
Лин Нань продолжал заниматься цветами, решив игнорировать этот предмет, похожий то ли на кузнечика, то ли на таракана.
Чжэн Цюши склонил голову набок, закусил губу и подумал: Конечно, ему не хватает глаз и носа!
Он взял кисть и парой уверенных движений дорисовал мордочку — и собачка с высунутым языком словно ожила.
— Теперь просто идеально! — Чжэн Цюши помахал пёсиком перед лицом Лин Наня. — Это мой сын! Правда хорош?
Глаза Лин Наня блеснули, он наконец перевёл взгляд на поделку. Он разглядывал её целую минуту, а затем застенчиво улыбнулся и кивнул.
Получив одобрение, Чжэн Цюши пришёл в неописуемый восторг, словно щенок, которого похвалил хозяин.
Пока он любовался красотой своего сына, он не заметил, как Лин Нань принялся за ужин. Лин Нань вышел к колодцу во дворе, достал из корзины свежий мелкий картофель, который выкопал сегодня, и начал чистить его от кожуры. Изначально он хотел сварить картофельный суп, но у колодца обнаружил целую охапку свежей капусты.
Он улыбнулся Чжэн Цюши, который продолжал играть в комнате, несколько раз промыл капусту и решил приготовить картофель, тушёный с капустой. Нарезав овощи, он принёс их в дом.
Тушёные овощи — блюдо повседневное, особых навыков не требует, готовится просто, но если сделать всё как надо, получается редкое лакомство.
Лин Нань развёл огонь, поставил казан, налил воды и дождался, пока она закипит. Бросив внутрь картофель, он убавил огонь и накрыл крышкой. С течением времени картофель в кипятке разварился, превратившись в густое пюре.
Аромат наполнил комнату. Чжэн Цюши, проголодавшись, наконец оторвался от любования сыном и пришёл к плите.
В этот момент Лин Нань добавил в казан капусту, посолил и принялся помешивать поварёшкой. Картофельный суп был густым и тягучим; Лин Нань тщательно перемешивал содержимое, чтобы капуста полностью соединилась с пюре и проварилась в горячей массе.
Блюдо было готово. Чжэн Цюши, у которого уже давно текли слюнки, наблюдал за процессом, и Лин Нань первым делом наполнил для него большую миску.
http://bllate.org/book/38185/4784617
Готово:
