Новость наконец подтвердилась из уст самой Хэ Ецин, и у жителей деревни пошли разные мысли.
Некоторые искренне переживали за неё и теперь глубоко сожалели. Им было невыносимо принять, что Хэ Ецин действительно выходит замуж — да ещё и за того самого деревенского бездельника, которого все терпеть не могли!
Как Шэнь Ли, этот негодяй, может быть достоин такой замечательной девушки, как Хэ Ецин?
Эти люди бросали недобрые взгляды на стоявшего рядом с Хэ Ецин молчаливого Шэнь Ли, чей вид ясно давал понять: с ним лучше не связываться.
И тут вдруг заметили: а ведь этот негодяй на самом деле неплох собой?
Да и стоят они вдвоём — настоящая красавица и красавец, словно созданы друг для друга?
Тфу-тфу-тфу! Не стоит поддаваться внешнему облику!
Шэнь Ли всё равно не пара Хэ Ецин!!!
Хэ Эршуань с женой Нюй Чуньхунь просто губят свою дочь. Как можно так поступить с такой замечательной девушкой!
Все эти упрёки они адресовали исключительно Хэ Эршуаню и Нюй Чуньхунь.
А другие просто радовались зрелищу.
Снаружи они выражали то сожаление, то поздравления, но внутри ликовали.
Хотя Хэ Ецин и пользовалась хорошей репутацией в деревне, это вовсе не означало, что все её любили.
Кто-то злился, что его ребёнок не так талантлив, как Хэ Ецин; кто-то обижался, что она постоянно затмевает его самого…
Узнав, что Хэ Ецин собирается выйти замуж за самого ленивого и никчёмного Шэнь Ли в деревне, эти люди почувствовали огромное облегчение.
Ведь на самом деле только самые близкие родственники искренне желают тебе добра. Хотя для Хэ Ецин это правило, пожалуй, не работало.
Разве не хвалили вас до небес, не говорили, что у вас большое будущее?
Так почему же теперь вы выходите замуж за такого человека?
Пусть наши дети и не дотягивают до вас, но их будущие супруги уж точно будут лучше этого Шэнь Ли!
Одним словом, почти все в деревне были против этого брака.
Хэ Ецин не обращала внимания на то, что думают остальные. Она уже шла вместе с Шэнь Ли к дому главы деревни.
Глава деревни Ганьшуй, по родству, приходился Хэ Ецин двоюродным дядей.
Прошло уже семь лет с тех пор, как землю разделили между семьями, производственные бригады давно распустили, и крестьяне теперь работали на своих участках. Власть и влияние главы деревни значительно уменьшились.
Услышав, что они пришли оформлять свидетельство о браке, глава деревни не стал чинить им препятствий и охотно выдал им нужную бумагу.
Свидетельство было простым: в нём указывались лишь дата рождения и семейное положение обоих, а внизу красовалась печать сельского совета.
Кстати, о дате рождения Хэ Ецин стоит упомянуть отдельно.
На самом деле ей было восемнадцать лет, но при регистрации в домовой книге ей по ошибке приписали два лишних года.
Поэтому, согласно документам, Хэ Ецин уже исполнилось двадцать лет — возраст, необходимый для заключения брака.
Шэнь Ли же совсем недавно достиг двадцати двух лет — тоже подходящего возраста для регистрации брака.
Получив свидетельство, они отправились в уездный город.
Прежде чем идти в администрацию уезда Шинань оформлять официальную регистрацию брака, они зашли в фотоателье.
Хозяин фотоателье, похоже, был знаком с Шэнь Ли. Обычно готовые фотографии приходилось ждать день-два, но благодаря знакомству их отдали уже через полчаса после съёмки.
Фотограф направлял их позы:
— Головы чуть ближе друг к другу… вот так! Улыбнитесь, ведь сегодня такой радостный день! Отлично, держите эту позу!
«Щёлк» — их лица навсегда запечатлелись на старой плёнке.
Через полчаса Хэ Ецин получила свои свадебные фотографии.
Надо сказать, получилось очень даже неплохо.
Благодаря указаниям фотографа, их поза выглядела неожиданно нежной. Хэ Ецин улыбалась в объектив сладко и искренне, а Шэнь Ли, хоть и едва заметно, но тоже улыбался — и в глазах его читалась неподдельная радость.
Выглядели они как настоящая молодая пара.
Взяв жёлтый конверт с фотографиями, они направились в администрацию уезда.
После проверки документов сотрудники быстро выдали им свидетельство о браке — маленькую книжечку размером с ладонь, в которой от руки были вписаны их имена и прочая информация.
Оформив брак, они сразу же занялись перерегистрацией домовой книги.
Хэ Ецин наконец-то перевела свою прописку из семьи Хэ в семью Шэнь.
На новой странице домовой книги, написанной от руки, в графе «семейное положение» значилось «в браке», а в графе «глава семьи» вместо имени Хэ Эршуаня стояло имя бабушки Шэнь. Отношения с главой семьи изменились с «дочь» на «внучка по мужу».
Глядя на новую домовую книгу, Хэ Ецин чуть не расплакалась от счастья.
Наконец-то она освободилась от власти Хэ Эршуаня и Нюй Чуньхунь!
Когда все дела были закончены, наступило уже пополудни.
Они ужасно проголодались и зашли в маленькую, но очень чистую лапшевую.
Как только Хэ Ецин и Шэнь Ли вошли, хозяин заведения сразу оживился.
Просто невозможно было не заметить их внешность: девушка была изящной и красивой, с лёгкой улыбкой на губах, а молодой человек рядом — тоже очень хорош собой, хоть и выглядел немного сурово. Но забота и внимание к своей спутнице у него не скрывались.
Ясно было, что перед ним — только что расписавшаяся молодая пара!
Хозяин принёс им две миски горячей лапши и весело сказал:
— Такие красивые молодожёны редкость! Я положу вам по яйцу — просто так, чтобы и мне немного счастья перепало!
Хэ Ецин опустила взгляд и увидела, что на поверхности дымящейся лапши лежат по одному золотисто-коричневому яичку, жареному на сковороде до хрустящей корочки.
— Спасибо большое! — улыбнулась она.
— Не за что, не за что! — отмахнулся хозяин. — Уже много лет у меня лапшевая. Много молодых пар приходит сюда после регистрации. Говорят, все, кто здесь поели, живут потом в полной гармонии, и уже на следующий год у них рождаются пухленькие карапузы!
Хэ Ецин: «……»
Через несколько секунд она, улыбаясь сквозь смущение, ответила:
— Тогда будем надеяться, что ваши слова сбудутся!
— Уж точно! — уверенно кивнул хозяин. — Ваши дети будут невероятно красивыми!
Шэнь Ли, сидевший напротив, бросил на Хэ Ецин взгляд.
Она почувствовала его взгляд и подумала, что он недоволен такими откровенными словами хозяина. Она слегка покачала головой в его сторону.
Шэнь Ли опустил глаза и сосредоточился на своей лапше.
Никто не знал, о чём он думал в этот момент.
В конце концов, они были просто незнакомцами, и такие добрые шутки ничего не значили. Не стоило объяснять или оправдываться.
Ведь они больше никогда не встретятся.
Выйдя из лапшевой, Хэ Ецин спросила Шэнь Ли:
— Так мы теперь возвращаемся?
Шэнь Ли покачал головой:
— Пойдём купим кое-что.
Хэ Ецин подумала, что он хочет купить себе что-то, и без возражений последовала за ним.
Всё-таки они теперь муж и жена — идти домой надо вместе, иначе деревенские сплетни не заставят себя ждать.
Однако она не ожидала, что они окажутся у магазина одежды.
В уезде Шинань единственным торговым центром по-прежнему оставался государственный универмаг, где можно было купить много полезных вещей: велосипеды, швейные машинки, телевизоры…
Одежда там тоже продавалась, но фасоны были старомодными, а цвета — скучными, поэтому покупатели не жаловали их.
Старшее поколение предпочитало покупать ткань в универмаге и шить одежду у портного, а молодёжь с восторгом носила модную одежду, которую привозили из южных прибрежных районов.
Именно в такой магазин и зашёл Шэнь Ли с Хэ Ецин.
Эта южная мода сильно повлияла на вкус молодёжи уезда. Хотя цены были немалыми, товары раскупались нарасхват.
Именно поэтому торговля одеждой приносила огромные прибыли, и владельцы таких магазинов стали одними из первых богачей в городе.
Хэ Ецин, занятая учёбой и летней торговлей на рынке, никогда раньше не заходила в такие магазины.
Поэтому она с интересом огляделась вокруг.
— Ты хочешь купить себе одежду? — спросила она Шэнь Ли.
— Нет, тебе, — ответил он.
Хэ Ецин коротко ахнула и вдруг вспомнила: по местным свадебным обычаям, после помолвки жених действительно должен подарить невесте одежду…
Но ведь их брак фиктивный! Зачем соблюдать эти формальности?
— Это не нужно, — сказала она Шэнь Ли. — Ведь мы же не по-настоящему женаты. Не стоит тратиться на такие условности.
— Для других мы — муж и жена, — нахмурился Шэнь Ли.
Его слова заставили Хэ Ецин задуматься. Она словно очнулась от заблуждения.
Да, она считала брак временным и фиктивным, поэтому не придавала ему значения, думая, что всё можно упростить, даже свадьбу отменить…
Но слова Шэнь Ли заставили её увидеть ситуацию по-другому.
Ведь для всех остальных их брак — настоящий! Если они ничего не сделают, разве не начнутся пересуды?
И главное — как сам Шэнь Ли к этому относится?
Он согласился на брак, но разве он одобряет её подход?
Ведь в их время пышная свадьба — это лицо мужчины, показатель его состоятельности.
Скромная или вовсе отменённая свадьба легко навлечёт на мужчину насмешки: мол, он ничтожество, не способен обеспечить жену.
Разве Шэнь Ли позволит так о себе говорить?
Хэ Ецин поняла: она была неправа, что не подумала о его чувстве собственного достоинства!
К тому же семья Шэнь всегда пользовалась дурной славой в деревне и была в презрении у всех.
Возможно, Шэнь Ли и хотел устроить громкую свадьбу, чтобы наконец-то поднять голову перед деревенскими!
Осознав это, Хэ Ецин с виноватым видом посмотрела на Шэнь Ли:
— Прости, я не подумала. Обещаю, пока мы женаты, я буду отличной женой и никогда не опозорю тебя!
Шэнь Ли, который как раз ломал голову, как бы убедить её принять его подарок, лишь удивлённо поднял брови:
— ???
В этот момент из магазина вышел человек, которого Хэ Ецин уже однажды видела — Цзян Бо.
— Брат Шэнь! Сестрёнка! Вы пришли! — радостно воскликнул он.
«Сестрёнка»? Это про неё?
Хэ Ецин сначала почувствовала неловкость, но быстро привыкла к новому званию.
Ну что ж, она теперь замужем…
Цзян Бо пригласил их внутрь:
— Заходите, заходите! На улице ведь так жарко!
Хэ Ецин последовала за ним и, увидев его фамильярность, с любопытством спросила:
— Это твой магазин?
Цзян Бо замахал руками:
— Нет-нет, магазин принадлежит нашему другому брату.
С этими словами он крикнул вглубь помещения:
— Обезьяна, выходи! Брат Шэнь и сестрёнка пришли!
Хэ Ецин посмотрела на Шэнь Ли. Тот едва заметно кивнул подбородком.
Вскоре появился худощавый парень.
— Брат Шэнь! — поздоровался он сначала с Шэнь Ли, затем повернулся к Хэ Ецин и широко улыбнулся: — Это, наверное, сестрёнка! Очень приятно! Меня зовут Хоу Цзюнь, но все зовут меня Обезьяной.
— Очень приятно, Обезьяна, — улыбнулась в ответ Хэ Ецин.
— Брат Шэнь, сестрёнка, вы уже расписались? — вмешался Цзян Бо.
Шэнь Ли коротко кивнул:
— Ага.
http://bllate.org/book/3817/406941
Готово:
