— Есть! Но что значит «временно»?
— До Великой пустоши Азия еще далеко, так что это можно считать испытательным сроком для них. Если кто-то удумает пакостить, мы тут же выгоним его.
— О-го-о… — Гэн Суй широко раскрыл глаза, похожие на черные жемчужины, и в его взгляде сами собой проступили еще больший трепет и восхищение.
Настоящий глава!
— Эм… Вождь? В месте, где мы жили, осталось еще несколько человек. Они вам нужны? — после долгих колебаний подошел и робко спросил Цзюй Шань.
Цзян Шэнли кивнул, а затем обвел взглядом всех присутствующих:
— С сегодняшнего дня все вы одиннадцать подчиняетесь Цзюй Шаня. Он имеет право в любой момент изгнать вас из племени, и это право останется у него до тех пор, пока я не заберу его обратно.
— А!? — лица всех перекосилось от ужаса. Среди них было восемь орочей, и подчиняться какому-то суб-орочу?! Да как такое вообще возможно?!
Кто-то тут же возразил:
— Он же суб-ороч! Как он может командовать орочами?!
— Именно! С какой стати?! — многие с недовольством поддержали его.
— Вы, похоже, кое в чем заблуждаетесь, — Цзян Шэнли сохранял бесстрастное выражение лица, но его голос резко похолодал. — Не он вами командует, а я приказал ему вами командовать, понятно? Несогласные могут бросить мне вызов.
Толпа мгновенно смолкла. Люди с неприязнью уставились на Цзюй Шаня: еще минуту назад они над ним смеялись, а теперь он стал их начальником — перемены были слишком резкими!
Орочи не смели перечить Цзян Шэнли, а суб-орочи, затаив обиду, могли лишь распускать языки. Ткнув пальцем в Цзюй Шаня, один из них обратился к Цзян Шэнли:
— Вождь, да он… он ведь даже не способен к рождению детей! Не поддавайтесь на его сладкоречивые уловки, он точно так же обманул Брата Сая раньше!
— Нет! — испугавшись, громко запротестовал Цзюй Шань. — Я ничего подобного не делал! Он сам хотел сойтись со мной, но я отказался! Я его не соблазнял! Клянусь, не соблазнял!!
— Ха, и кто же тебе поверит? — задрав нос, суб-ороч упер руки в боки и ткнул пальцем прямо в нос Цзюй Шаню. — Зато мы все трое можем подтвердить, что ты именно что соблазнял Брата Сая…
Хлоп!
Не успел суб-ороч договорить, как Гун Гуан отвесил ему звонкую пощечину.
— Заткнись. Ты думаешь, только у вас есть глаза? У нас они тоже имеются. Когда Брат Цзян принимает решения, вам не позволено указывать ему, как поступать.
Гун Гуан ненавидел людей, которые, не разбираясь, с ходу поливали других грязью.
— Ах ты! — суб-ороч схватился за пылающую щеку и разъяренно попытался броситься в драку, но стоявший рядом Гэн Суй свирепо оттолкнул его.
— Жить надоело?! — рявкнул Гэн Суй. Подумать только, посмел тронуть старшего брата Гуна!
Цзюй Шань посмотрел на Гун Гуана и Гэн Суя, тихо поблагодарил их, а затем перевел взгляд на Цзян Шэнли, который все это время молчал, и боязливо произвел:
— Я правда ничего такого не делал.
Цзян Шэнли склонил голову набок:
— Я уже сказал: ты ими командуешь, и действовать тебе. Палка у тебя в руках — или мне еще и учить тебя, как бить?
Тело Цзюй Шаня на миг оцепенело, и лишь спустя пару секунд до него дошел смысл сказанных слов.
С глазами, покрасневшими от подступивших слез, он посмотрел на трех оскорбивших его суб-орочей:
— Тогда… на первый раз я прощаю вас. Но если это повторится, вы покинете мой отряд!
Услышав это, Цзян Шэнли едва заметно улыбнулся и позвал нескольких орочей разделывать добычу.
Объясняться? Сильному человеку даже не нужно ничего объяснять — окружающие сами придумают за него любое оправдание.
Вдоволь наевшись, отряд — гордо и воинственно, с остатками еды на плечах и живыми, резвящимися поросятами — двинулся вглубь гор. На этот раз никто из Безымянных не посмел сказать ни слова против.
— Глава, зачем ты поручил ему командовать этими людьми? — никак не мог взять в толк Гэн Суй.
— Одним человеком всегда легче управлять, чем целой толпой.
— А?
— Не зевай, шагай дальше, — Цзян Шэнли отвесил Гэн Сую легкий подзатыльник и, не став ничего объяснять, зашагал вслед за идущими впереди людьми к вершине.
Добравшись до временного жилища Безымянных, Цзян Шэнли наконец осознал, насколько нищими были эти люди.
Мало сказать нищими — зрелище было просто ужасным!
Хаотично сколоченные из ветвей, листьев и звериных шкур палатки, чадящие костры, от едкого запаха и густого белого дыма которых слезилось в глазах, и множество калек-орочей, в беспорядке валявшихся прямо на голой земле.
У всех были изможденные лица, желтоватая кожа и тяжелые мешки под глазами. Им стоило немалых трудов просто приоткрыть веки, чтобы бросить на Цзян Шэнли мимолетный взгляд, после чего они тут же обессиленно закрывали их снова.
Весь этот временный лагерь походил на грязный морг, в котором не чувствовалось ни малейшего признака жизни.
— Эм… Моя палатка очень чистая! — заметив, что небо уже клонится к закату и продолжать путь дальше, пожалуй, нельзя, Цзюй Шань первым выступил с предложением. — Может, вы со своим спутником отдохнете там до утра?
В дороге он уже разузнал, что суб-ороч по имени Чунь приходился вождю спутником.
Услышав это, Цзян Шэнли бросил косой взгляд на Чуня и тут же открестился от любых связей:
— Мы не пара. Он уже ушел к другому орочу и даже носит его ребенка, так что устрой его вместе с остальными беременными.
Цзюй Шань замер, будто услышав оглушительный взрыв, и добрую минуту не мог прийти в себя, пока тихие всхлипывания Чуня не вернули его в реальность.
Он торопливо кивнул Цзян Шэнли и со сложным, полным скрытого любопытства выражением посмотрел на Чуня.
Надо же… отказаться от такого статного и сильного ороча, как вождь? Похоже, вкусы у суб-орочей и правда бывают самыми странными.
Не обращая внимания на плачущего Чуня, Цзян Шэнли кивком велел Гун Гуану и Гэн Сую заняться обустройством лагеря, а сам перевел взгляд на орочей, несших припасы.
Те послушно сложили еду возле огромного общего котла, высеченного прямо из цельного камня ростом с человека, в котором хранилась чистая речная вода.
Заметив, что Цзян Шэнли смотрит на них, орочи торопливо опустили поклажу. Их глаза так и зажглись — они уставились на него с таким жгучим, благоговейным трепетом, будто уже безоговорочно признали в нем своего предводителя.
Цзян Шэнли поинтересовался:
— Еду оставили здесь? Разве ночью на нее не нападут дикие Звери?
— Э-э… у нас никогда не было столько еды одновременно…
Цзян Шэнли на мгновение замолчал, окинул взглядом лежавших на земле людей, которые теперь алчными, покрасневшими глазами пялились на припасы, и позвал Цзюй Шаня:
— Подсчитай-ка сколько здесь людей, узнай, кто из них готов пойти со мной — в таком случае мы сможем распределить еду. А тех поросят накорми свежей травой, смотри не помори голодом.
http://bllate.org/book/38165/4782064
Готово:
