— Но я и подумать не мог, что это окажется правдой!
Эйно сказал: Там действительно было золото! Причём очень много. Старейшина разрешил нам брать сколько угодно, и я в одиночку набил целых три мешка!
Он подпёр лицо ладонями, и на его физиономии расплылась настолько глупая и счастливая улыбка, что Эйвен прикрыл лицо рукой — ему совершенно не хотелось признавать в этом остолопе своего брата.
— Кроме золота, там было что-нибудь ещё? — спросил Монте. Если память его не подводила, вчера вечером там и правда было полно золота, а под этим золотым сиянием скрывалось много других вещей. Впрочем, он не стал вглядываться: забрал драгоценные камни и сразу улетел обратно.
Эйно ответил: Ещё там были самоцветы!
Монте лишь промолчал.
— Но народ русалок забрал большую часть камней, — расстроенно добавил Эйно. — Они действовали так быстро, что нам почти ничего не досталось.
Он выглядел искренне опечаленным и, казалось, жалел лишь об одном: что у него нет ещё одной пары рук — одной хватать золото, другой собирать самоцветы.
— Там было много… очень странных предметов. Некоторые напоминали сосуды, другие — обычные камни, мы таких раньше не видели, — добавил Эйвен. — Старейшина тоже не понял, что это такое. После обсуждения Эльфы забрали большую часть себе, а остальное оставили на хранение Старейшине и Королеве русалок.
У Эльфов хранилось множество древних книг, и их мудрость и знания превосходили познания драконов и русалок, вместе взятые, поэтому поручить им изучение этих находок было самым верным решением.
Монте кивнул: А кроме этого, вы заметили что-нибудь необычное?
— Да, золота было так много, что это кажется подозрительным, — тут же отозвался Эйно.
Эйвен лишь вздохнул.
Он отвесил Эйно подзатыльник и сказал: То, что внезапно появилось столько сокровищ — это действительно ненормально. Я слышал, как Королева русалок говорила, что они предвидели некие грядущие события по Хрустальному шару, поэтому и примчались сюда глубокой ночью. Эльфы тоже сказали, что почувствовали неладное, но пока никто не понимает, что именно.
— Это сулит добро или беду?
— Если обрушение небес можно назвать добром, — Эйвен поднял руку и показал жестом, — то они говорят, что видели огромный Разлом. Он тянулся прямо от центра неба до самой линии горизонта. Это русалки увидели в Хрустальном шаре, а когда выбрались из пучины на поверхность, то действительно своими глазами узрели этот Разлом.
Эйно сердито пробурчал себе под нос: Эти русалки… фыр, сплошные обманщицы, как им вообще можно верить…
Но никто из драконов не обратил на него внимания.
Монте спросил: Но разве Разлом не исчез?
Эйвен пожал плечами: Кто знает, не появится ли он снова? В этот раз он принёс нам золото и камни, а в следующий может принести катастрофу. Мы не можем быть уверены, что это было.
Эйно вставил: Но золото-то настоящее!
Эйвен парировал: Я могу превратить твоё золото в подделку, хочешь проверить?
Эйно тут же прикусил язык.
Неизвестность всегда подсознательно пугает живых существ. И хотя драконы гордились своей силой и не ведали страха, Эльфы и русалки не могли просто закрыть на это глаза. А поскольку драконы были их соседями, им тоже стоило встать на одну сторону — предусмотрительность никогда не бывает лишней.
— В любом случае, сначала нужно во всём разобраться.
Монте задумчиво кивнул.
Эйвен отбросил обглоданную кость и сказал: Что ж, мы пошли.
Он рывком поднял Эйно, который всё ещё хотел перекусить, и перед уходом обернулся: Кстати, народ русалок и Эльфы пробудут здесь несколько дней, так что на острове будет довольно шумно. Твоя пещера далеко, так что тебя это не должно затронуть. Монте не любил шум, и Эйвен, как друг, решил его предупредить.
Монте коротко хмыкнул, давая понять, что услышал, и махнул им рукой.
— Полетели, — Эйвен выволок Эйно к краю скалы, с силой оттолкнулся ногами и, взмыв в воздух, тут же обернулся драконом. Задними лапами он подхватил обмякшего Эйно и, взмахнув крыльями, взял курс на их пещеру.
Ветер унёс крик Эйно: А-а-а, я сейчас упаду!
Эйвен: Не дёргайся.
— …Но я правда сейчас упаду!
— Если будешь сидеть смирно, не упадёшь.
— …
Монте с бесстрастным лицом проводил их взглядом, ускорил трапезу, вытер руки, встал и убрал решётку для жарки. Обернувшись драконом, он слегка ударил хвостом — камни по обе стороны от кострища с грохотом рухнули, окончательно гася последние искры.
Он бросил взгляд на берег и смутно различил в воде силуэты русалок, но, не проявив интереса, отвернулся. Пролетев мимо своей пещеры, он посмотрел на восток и вскоре устремился в ту сторону.
Он решил взглянуть на всё ещё раз.
Летя по знакомому маршруту, Монте заметил, что вчерашнее ослепительное золотое сияние сильно потускнело. На морской глади оно и вовсе исчезло, а на прибрежных скалах и песке остались лишь слабые отблески, похожие на свет свечи, который может погаснуть от одного дуновения.
Он приземлился прямо на ту самую скалу, где вчера нашёл самоцветы.
Камень был большим и плоским, тонкий слой света покрывал его поверхность, но стоило дракону ступить на него, как сияние рассеялось.
Монте поднял голову: небо было таким же лазурным, белые облака медленно плыли по ветру, и ничто не напоминало о том, что вчера здесь зиял глубокий Разлом.
Он помнил, что нашёл камни в юго-восточном углу скалы. Монте посмотрел туда: кто-то уже успел расчистить мусор, ночное густое сияние почти сошло на нет, не оставив ничего особенного.
Дракон перевёл взгляд на другие места: земля была перепахана, камни и песок переворошены — по-видимому, остальные тоже неплохо поживились.
Монте сделал несколько шагов к краю скалы, и вдруг его взгляд что-то зацепил. Он повернул голову и увидел неподалёку небольшой песчаный холмик. Он был засыпан не полностью, и в одном месте виднелся уголок какой-то вещи, которая под лучами солнца ярко сверкнула.
http://bllate.org/book/38162/4781532
Готово:
