Ци Айбай вытер слёзы и не произнес ни слова.
Сяо Лин разглядел промелькнувшее на дне его глаз ожесточение и усмехнулся:
— Если ты пришёл извиняться лишь для того, чтобы заставить меня отступить, тогда можешь катиться.
Ци Айбай глубоко вздохнул, сдерживаясь изо всех сил, и с трудом подавил желание сорваться на месте. Сжав зубы, он бросил:
— Хорошо, ладно! Пусть я тебе противен, плевать, я ведь тоже тебя терпеть не могу. Но старший брат… Старший брат всё делал ради тебя! Даже если ты не хочешь быть ему благодарным, ты хотя бы должен помнить, что старший брат никогда ни в чём перед тобой не провинился!
С этими словами он вскочил, отряхнул колени и в ярости удалился.
Сяо Лин проводил взглядом его удаляющуюся спину и хмуро произнёс:
— И к чему он мне всё это высказал? Не я же просил его стоять на коленях, просто умора.
Даже если бы Сюй Юнь стоял до тех пор, пока у него не сгнили бы колени, какое ему до этого дело?
Хотя он так думал, Сяо Лин всё же мысленно прикинул дни.
Когда он сам простоял у ворот Виллы Небесного Шрама четырнадцать дней, его состояние лишь немного ухудшилось.
Но тогда он не морил себя голодом, не отказывался от воды и не стоял без передышки вот так… Раз уж глава секты Сюй взялся за такое, то уж пять-шесть дней он точно продержится, не так ли?
Человек предполагает, а небеса располагают: в ту ночь внезапно поднялся страшный ветер, вырвавший с корнем несколько деревьев.
Поэтому Сяо Лин воспользовался тем, что среди ночи никого не было, и снова вышел на улицу.
Прищурившись, он встал позади Сюй Юня и произнёс:
— Твоё состояние сейчас куда хуже, чем было у меня.
Сюй Юнь улыбнулся и ничего не ответил.
— Если я уйду сейчас, ты ведь больше не сможешь меня остановить? — снова сказал Сяо Лин.
— Можешь попробовать, — подал голос Сюй Юнь, и его голос звучал чересчур хрипло.
Сяо Лин нахмурился и снова усмехнулся:
— Хм, мне самому хочется посмотреть, до каких пор ты сможешь упорствовать.
— Вот именно, — заметил Сюй Юнь. — Если бы ты действительно хотел уйти, то сейчас не стал бы со мной разговаривать.
Услышав это, Сяо Лин подумал, что этот человек становится просто невыносимым. На сердце у него тяжело заскребло, и, бросив на прощание: Ну что ж, посмотрим, он мысленно решил больше во всё это не вмешиваться.
По дороге в свою комнату Сяо Лин почувствовал, как на него упали первые капли дождя.
Нахмурившись, он сказал самому себе: Подумаешь, дождь. Поздняя осень, это нормально.
В итоге среди ночи Сяо Лин проснулся от какого-то шума и, выглянув наружу, с удивлением обнаружил, что пошёл град.
Он некоторое время растерянно просидел на кровати, заметив, как Ци Айбай, со страшной спешкой зажав под мышкой зонт, вбежал во двор, но Сюй Юнь тут же оттолкнул его.
Сяо Лин поднялся с постели, принялся кружить по комнате туда-сюда, сам не зная зачем намотав бесчисленное количество кругов, а затем снова выглянул на улицу — Ци Айбай всё ещё не смог нормально раскрыть зонт над головой Сюй Юня.
Какая же ничтожная у него боевая мощь, всего пятёрка!
Этот глупец с глазурью вместо мозгов!
Сяо Лин сжал зубы и вышел за порог.
Ци Айбай как раз суетился там с зонтом, мечась во все стороны от отчаяния. Заметив Сяо Лина, он на мгновение замер, а затем бросился защищать Сюй Юня:
— Чего тебе надо?!
Сяо Лин окинул его презрительным взглядом и велел:
— Позови своего старейшину.
Ци Айбай опешил:
— С какой стати?
— Айбай, — хрипло и с трудом выдавил Сюй Юнь, — сделай, как он говорит.
— …Ладно, — только и ответил Ци Айбай и поспешил удалиться.
Старейшина Шэнь появился очень быстро — словно всё это время поджидал неподалёку.
Лицо у него было прескверное.
— Мелкий негодяй, что тебе на этот раз понадобилось? — злобно бросил он.
Сяо Лин перевёл взгляд с него на главу секты Сюй, вздохнул и произнёс:
— Самому перерезать себе меридианы — это и впрямь невозможно. Давайте лучше каждый уступит друг другу в чём-то, как вам такой вариант?
Услышав первую половину фразы, старейшина Шэнь чуть не взбесился, но дослушав до конца, немного смягчился и холодно фыркнул:
— И в чём же, по-твоему, должна заключаться эта уступка?
— Самому запечатать свои меридианы, — ответил Сяо Лин.
На лице старейшины Шэня мелькнуло сомнение: в конце концов, он боялся лишь того, что этот демон станет творить бесчинства, полагаясь на свои боевые навыки, так что идея была неплохой.
Однако соглашаться он не спешил:
— Даже если ты запечатаешь меридианы, ты ведь сможешь их снять.
— Есть всего два способа их снять. Обычный способ потребует по меньшей мере двух часов упорной работы. Если вы ухитритесь позволить мне проделать это прямо в вашей секте, вините только собственную никчемность, — холодно бросил Сяо Лин и, опережая любые попытки собеседника взбеситься, продолжил: — Второй способ — пробить печать грубой силой… В лучшем случае заработаешь множество внутренних травм, в худшем — обратное течение ци и мгновенная смерть. Я ведь не настолько глуп. — Он развёл руками. — Так чего вам ещё бояться?
Кто-то из учеников заметил происходящее, и постепенно вокруг снова собралась толпа. Все они с тревогой смотрели на Сюй Юня и с не меньшим напряжением — на старейшину Шэня.
Выражение лица старейшины Шэня непрерывно менялось. Спустя долгое время он холодно фыркнул:
— И всё же, с какой стати мне верить, что ты соблюдёшь условие и действительно запечатаешь свои меридианы?
Сяо Лин взметнул брови, некоторое время молча смотрел на него, а затем с улыбкой протянул руку, ухватил себя за запястье изнутри и яростно дёрнул.
Алая кровь фонтаном хлынула у него из горла.
— А Лин! — с отчаянием в голосе закричал Сюй Юнь, пытаясь подняться, но не удержал вес и рухнул прямо на землю.
— Глава! — испуганно завопили люди, бросаясь вперед, подхватили Сюй Юня и потащили в комнату.
Сяо Лина оттолкнули в сторону. Молча вытерев кровь с уголка рта, он прислонился к стене и принялся самостоятельно восстанавливать дыхание. Насильственная печать меридианов вновь причинила ему немалые внутренние повреждения.
После долгих криков и суматохи люди наконец занесли Сюй Юня в дом, позвали лекаря, и во дворе наконец воцарилась тишина.
Однако старейшина Шэнь по-прежнему стоял на прежнем месте, со сложным выражением лица разглядывая Сяо Лина.
— У вас ко мне ещё какое-то дело? — с улыбкой осведомился Сяо Лин.
Сейчас его внутренняя сила была полностью истощена, и защитить себя он не мог. Стоило собеседнику изменить решение, и он погибнет безвозвратно.
Старейшина Шэнь не изменил решения.
Он лишь молча смотрел на Сяо Лина добрую половину дня, после чего тяжело вздохнул:
— Вы победили, старик готов признать поражение в споре.
Чего? Сяо Лин растерялся.
В каком ещё споре? О чём они вообще спорили?
Старейшина Шэнь явно не собирался ничего объяснять. Презрительно фыркнув, он задрал нос и горделиво удалился.
Однако, как говорится, беда не приходит одна, и неприятности сыпались на них одна за другой.
Едва этот инцидент подошёл к концу, а Сюй Юнь всё ещё лежал в постели, как к ним стремглав примчался какой-то ученик:
— Старейшина! Поместье Юйцзюэ, Секта Тяньму и Секта Дикого Клинка объединились с другими сектами и явились к нашим горным вратам! Требуют, чтобы мы… чтобы он… — он покосился на Сяо Лина, сбивчиво договаривая последние слова: — …отомстил за Виллу Небесного Шрама.
— Ха! — Сяо Линт отер уголок рта. — А вовремя они заявились!
Затем он выпрямился, в последний раз регулируя дыхание, чтобы лицо не казалось таким бледным, и собрался пойти и поприветствовать этих «гостей».
Старейшина Шэнь свирепо зыркнул на него:
— Куда это ты собрался?
— Разумеется, навестить тех, кто меня ищет, — не сдаваясь, сощурился Сяо Лин. — Есть возражения?
Старейшина Шэнь рассвирепел:
— Впервые вижу, чтобы кто-то так нагло приписывал себе чужие заслуги! По твою ли душу они пришли? Они явились за нашей Сектой Сюаньцзянь!
—…
— В пределах моей Секты Сюаньцзянь тебе не позволено шататься где попало! — старейшина Шэнь снова взмахнул рукавом. — С этой минуты, без разрешения — моего или главы, — тебе запрещено покидать этот двор хоть на шаг!
Лицо Сяо Лина помрачнело:
— Это требование слишком сурово.
— Ты сам запечатал свои меридианы, тебя никто не принуждал. Раз уж ты попал в руки нашей Секты Сюаньцзянь, то должен подчиняться её правилам. — На лице старейшины Шэня на мгновение промелькнуло торжество, но он тут же кашлянул, снова нахмурившись: — Ступай к себе в комнату! Даже если говорение с гостями неизбежно, нельзя показываться им в таком виде! Если ты оплошаешь перед чужаками, позор ляжет на всю Секту Сюаньцзянь!
Бросив напоследок еще один холодный взгляд, он горделиво зашагал прочь.
Сяо Лин с ошеломлённым выражением лица простоял столбом добрую минуту, находя развитие событий совершенно невероятным.
Получается, его сейчас… защитили?
Сяо Лин глубоко вздохнул и потёр лицо, чувствуя себя крайне неуютно.
С тех пор как десять лет назад он своими глазами видел убийство родителей, а младший братишка испустил дух прямо у него на руках, после чего его подобрал прошлый Демонический Владыка Культа, доводилось ли ему хоть когда-нибудь испытывать на себе чужую заботу?
Да, и ещё этот странный, не поддающийся ни малейшей логике тип.
При этих мыслях он поднял взгляд и посмотрел на противоположную комнату.
Как раз в этот момент Ци Айбай с покрасневшими глазами выходил из двери. Столкнувшись взглядом с Сяо Лином, он решил, будто тот всё это время наблюдал за ним, и оттого рассвирепел ещё сильнее.
— Неужели ты думаешь, что старший брат так добр только к тебе? — чеканя каждое слово сквозь зубы, процедил Ци Айбай. — Не мечтай, он ко всем относится одинаково!
С этими словами он гневно развернулся и демонстративно захлопнул дверь, оставляя Сяо Лина снаружи.
Сяо Лин невольно снова потёр лицо: неужели он со стороны и вправду выглядел настолько самовлюблённым?
Разумеется, он прекрасно знал, что глава секты Сюй — до тошноты сердобольный добряк, готовый облагодетельствовать каждого. И всё же для самого Сяо Лина этот человек стал первым существом в целом мире, не считая семьи, кто проявил к нему доброту.
Поместье Юйцзюэ, Секта Тяньму и Секта Дикого Клинка — те самые три организации, что всего несколько дней назад объединились для нападения на Виллу Небесного Шрама, но, потеряв около сотни учеников от рук Сяо Лина, были вынуждены позорно отступить.
Этим людям тоже не повезло: обнаружив некогда, что Сяо Лин покинул Виллу Небесного Шрама, и прознав, что его забрали в Секту Сюаньцзянь, они созвали множество дружественных мелких и средних сект и двинулись сюда. Приблизившись, они попытались совершить марш-бросок среди ночи, но угодили прямо под град.
Многие ученики явились в главный зал Секты Сюаньцзянь с шишками на головах — зрелище было донельзя комичным.
Главы трёх сект и без того кипели от ярости, а когда они долго не могли дождаться появления главы принимающей стороны, их раздражение лишь усилилось.
Когда они уже собирались в очередной раз подстегнуть учеников Секты Сюаньцзянь, наконец появился старейшина Шэнь.
— Прошу прощения, глава как раз занят и не может принимать гостей, — с порога задрал подбородок старейшина Шэнь, задрав нос к самому небу.
Главы трёх сект в один голос выругались про себя.
Если глава Секты Сюаньцзянь был сговорчивым добряком, то этот старейшина Шэнь представлял собой зловонный и жесткий, не поддающийся ничему старому камню булыжник.
— Слыхали мы, что ваш глава победил отродье из Демонического Культа, так почему же он просто не прикончил его? — напрямую осведомился кто-то.
Старейшина Шэнь взъерошил усы и вытаращил глаза:
— Поведение Секты Сюаньцзянь не нуждается в указаниях со стороны Поместья Юйцзюэ!
Лицо главы Поместья Юйцзюэ побледнело от гнева, и он холодно бросил:
— Укрывая демоническое отребье, понимаете ли вы, что тем самым выступаете против всего Улиня?
http://bllate.org/book/38120/4773356
Готово:
