Чжэн Цзяо до сих пор не понимала, как в студенческом совете умудрились привить ей замашки бюрократа: вечно заложенные за спину руки, взгляд свысока, свысока — Чжэн Цзяо и самой было тошно на это смотреть. Видя, как остальные переминаются с ноги на ногу, не решаясь взять на себя ответственность, она вдруг поддалась порыву и громко заявила:
— Раз уж вам так трудно решиться, давайте я схожу. У меня с учителем Сюй Юань сложились неплохие отношения.
— Ты?! — голос парня, который до этого мастерски увиливал от дела, тут же взлетел на октаву выше.
Сначала за Чжэн Цзяо вступился тот самый студент, который собирал деньги:
— Да, пусть идет Чжэн. В конце концов, львиную долю денег на закуски внесла она.
Две девушки, которые тоже не горели желанием идти, увидев, что парень даже не собирается никого сопровождать, перевели стрелки на Чжэн Цзяо:
— Эй, мы тоже считаем, что стоит пойти Чжэн Цзяо. К тому же она симпатичная.
Что за логика? Чжэн Цзяо подошла к ним и прямо на глазах у парня забрала тщательно упакованный подарок. Иногда она и сама чувствовала, что ведет себя довольно скверно.
Чжэн Цзяо отправилась на поиски Сюй Юань. У Сюй Юань, как и у других учителей, была своя комната отдыха. Чжэн Цзяо впервые предстояло провернуть нечто подобное, ощущая на плечах надежды всего класса.
Стоя у двери, Чжэн Цзяо, не меняясь в лице, вытащила из общего пакета пачку куриных лапок в остром перце. Раз уж я пожертвовала двадцать юаней, когда другие скидывались лишь по одному, — подумала она, — то даже съев одну пачку, они всё еще будут мне должны восемнадцать. Лапки беспрепятственно отправились в глубокий карман ее теплой куртки.
Чжэн Цзяо была уверена, что Сюй Юань расплачется — такой молодой и эмоциональной девушке, должно быть, легко тронуть сердце.
И Сюй Юань действительно заплакала. Выслушав довольно складную речь, подготовленную Чжэн Цзяо, она пролила слезы умиления. Чжэн Цзяо, как и ожидала, растерялась, протянула ей салфетку и, словно обращаясь к сестре или брату, похлопала учительницу по плечу.
Всё когда-нибудь заканчивается, в том числе и слезы. Проревевшись, Сюй Юань вдруг смутилась, поспешно взяла себя в руки и, лучезарно улыбнувшись сквозь оставшиеся на лице влажные дорожки, посмотрела на Чжэн Цзяо.
Глядя на эти блестящие следы от слез, Чжэн Цзяо достала из кармана влажную салфетку и крем для рук, открыв пункт программы, не предусмотренный изначальным планом утешения:
— Сюй Юань… учитель, вытрите лицо. Зимой кожа легко обветривается, этот крем очень хороший, им можно и лицо мазать.
Сделав доброе дело, она удалилась, не ища ни признания, ни славы.
Чжэн Цзяо никак не ожидала, что в последний день занятий Сюй Юань будет ее ждать. Обычно, как только заканчивался урок, Чжэн Цзяо, пока остальные собирались, садилась за домашку. Сегодня был последний день, все, закончив сборы, спешили по домам, а Чжэн Цзяо за эти тридцать дней в свободные минутки умудрилась сделать почти всё задание, оставалось лишь поднажать напоследок.
Последний штрих она вывела с такой лихостью, а закрыла ручку, как настоящий воин, вкладывающий меч в ножны. Чжэн Цзяо поднялась, чувствуя прилив сил и бодрости.
Подняв голову, она увидела, что Сюй Юань неподвижно сидит в первом ряду у двери и с улыбкой наблюдает за ней. У Чжэн Цзяо по коже пробежали мурашки.
— Ждете меня? — с опаской спросила она.
— Угу, — кивнула Сюй Юань. — Чжэн, можно пригласить тебя на обед?
Чжэн Цзяо лишь мысленно хмыкнула. Бесплатный обед — почему бы и нет? Она взглянула на часы: Сюй Юань ждала ее уже час. Почувствовав укол совести, она поспешно собрала вещи, застегнула рюкзак, внезапно нащупав сквозь плотную ткань некий цилиндрический предмет, и, слегка смутившись, направилась к Сюй Юань.
Забегаловка находилась недалеко от учебного центра, цены там были весьма демократичные.
— Что ты любишь, Чжэн? Заказывай сама.
Чжэн Цзяо небрежно пролистала меню и, не глядя, ткнула пальцем в суп из говядины по-ханчжоуски и жареный картофель с острым перцем — блюда, с которыми невозможно прогадать. Сюй Юань забрала меню и с широким жестом заказала еще несколько основательных блюд.
Чжэн Цзяо стало смешно. Это так напомнило ей тот момент, когда ее сестра Чжэн Линь впервые заработала деньги и повела ее в ресторан, с размахом заявив: Сестренка, у меня есть деньги! Заказывай что хочешь!
Чжэн Цзяо не удержалась:
— Сразу видно человека с зарплатой, такой уверенный тон.
Сюй Юань мило улыбнулась, и даже в ее кивке Чжэн Цзяо уловила нотки сдержанности. Сюй Юань, подражая богачам, похлопала себя по груди:
— У сестры есть деньги!
Странно всё это, Чжэн Цзяо пристально посмотрела на учительницу. Та смутилась, и Чжэн Цзяо отвела взгляд, пояснив:
— Я уж было подумала, что вы — моя потерянная сестра. Как вам удается в точности произносить то, что у меня на уме? Даже моя сестра не была настолько проницательной.
Чжэн Цзяо подумала: Серьезно, сестренка? Неужели я больше не твоя любимая сестра?
— Правда? — переспросила Сюй Юань.
Чжэн Цзяо очень серьезно кивнула:
— Правда!
— М-м, тогда я могу стать твоей старшей сестрой, — невозмутимо ответила Сюй Юань.
Чжэн Цзяо замахала руками:
— Ой, только не надо. Учитель, вам не кажется, что вы ведете себя по-детски? Ваш психологический возраст точно меньше моего, это скорее вы должны называть меня сестрой.
Сюй Юань нахмурилась, словно прозрев:
— Чжэн Цзяо, вот ты о чем… Неудивительно, что мне вечно казалось, будто ты не воспринимаешь меня как учителя, глядя на всё с таким видом, будто жалеешь весь мир.
Чжэн Цзяо хлопнула по столу — в конце концов, завтра они разойдутся, как в море корабли, так что бояться гнева учителя не стоило:
— Да не жалею я никого! Это вы слишком инфантильные. Учитель, вы такая взрослая, а всё время капризничаете!
— Ничего я не капризничаю! — Сюй Юань была возмущена. Мало того, что над ней с детства смеялись из-за того, что она плакса, так теперь еще и ученица — первая, которую она учит в жизни, — позволяет себе такие слова. Если не утвердить учительский авторитет сейчас, как потом приказы отдавать?
Чжэн Цзяо хмыкнула:
— Ничего? Да всё как раз наоборот! — она вытащила телефон, экран загорелся, и Чжэн Цзяо нажала на кнопку воспроизведения. Словно на пыточном инструменте, по кругу начало крутиться только что сказанное Сюй Юань кокетливое: «Ничего! Ничего! Ничего! Ничего!»
Сюй Юань, которая только что чувствовала себя такой решительной, внезапно услышала в этих повторяющихся звуках совсем иную интонацию. И правда… в них действительно звучало нечто капризное.
Чжэн Цзяо, как вредный ребенок, не знающий меры, протянула руку и ущипнула Сюй Юань за щеку. Надо сказать, очень приятную на ощупь, и добавила:
— Учитель, видите? Вы снова капризничаете.
— Что?! — Сюй Юань была в шоке. — И где здесь капризы? — Похоже, у Чжэн Цзяо совсем нет друзей, и коммуникативные навыки оставляют желать лучшего.
http://bllate.org/book/38008/4758002
Готово:
