Мгновенно в деревянном доме, окутанном ароматом сандала, воцарилась такая тишина, что был слышен лишь мерный стук — это Чжоу Чэнфу раскладывал книги. Атмосфера стояла тихая, почти суровая.
— Жофэн.
Густой запах благовоний заставил Бай Жофэна немного отвлечься, и лишь когда его окликнули, он пришел в себя.
— Слушаю, учитель.
Чжоу Чэнфу на мгновение замолчал, жестом призывая Бай Жофэна следовать за ним.
Обойдя рабочий кабинет, они остановились перед книжным шкафом, встроенным в стену. Чжоу Чэнфу протянул руку, отворил створки и, глядя на аккуратно расставленные тома, спросил стоявшего за спиной юношу:
— Знаешь ли ты, почему я велел тебе при любой возможности каждый день ходить в Западный Дворец?
Помолчав немного, Бай Жофэн поднял глаза на высокую фигуру перед собой; его взор запечатлел изящные одежды цвета индиго. С тех пор как Ло Чэнь из Западного Дворца исчез, учитель приказал ему отыскать способ ежедневно бывать там и проверять обстановку. Он и действовал по своему разумению, используя собственные методы, и теперь оставалось лишь гадать, что на это скажет учитель.
— Раз учитель велел мне так поступать, значит, на то есть свои причины.
Перебирая взглядом ровные ряды книг, Чжоу Чэнфу лишь слегка одобрительно отозвался на слова Бай Жофэна:
— Мм.
После этого воцарилось молчание.
— Держи.
Вскоре Чжоу Чэнфу извлек из шкафа фолиант и протянул его Бай Жофэну.
Бай Жофэн поднял взгляд, растерянно моргнув. Он на миг задержал дыхание, брови его взлетели вверх, а глаза заметно округлились. Книги из Восточного Дворца — те были сложнейшими и непонятнейшими из всех, книг он боялся больше всего на свете!
Он помнил, как в первые дни в Восточном Дворце они вместе с соучениками читали подобные труды: стоило учителю и Владыке Дворца отвлечься, как те норовили сбежать, стараясь держаться от книг как можно дальше. При одном взгляде на них голова готова была расколоться! Но в конце концов суровые учительские палки неизменно брали верх: пристроив книгу на макушке и буквально грызя ее зубами, он мучился так целый год.
Но теперь...
Скорчив кислую минду и стараясь не выдавать истинных чувств, он судорожно сжал пальцами ткань штанов у бедра, а второй рукой принял книгу из рук Чжоу Чэнфу.
Хотя Бай Жофэн и держал голову слегка опущенной, Чжоу Чэнфу прекрасно видел все его движения.
Невольно он мысленно вздохнул: этот Жофэн, хоть и одарен от природы, до чего же не любит книги — совсем не похож на Жоси...
— Открой, — строго глядя на собеседника, скомандовал Чжоу Чэнфу, заложив руки за спину.
Бай Жофэн сглотнул слюну. У этой книги не было ни начала, ни конца: лицевая и обратная стороны обложки выглядели совершенно одинаково и были настолько чистыми, что на них не нашлось ни единого иероглифа. Он наугад перевернул страницу — и вместо рядов мелкого текста предстала лишь девственно белая бумага! Решив, что случайно открыл пустой разрыв, он полистал туда-сюда, но обнаружил, что все страницы были пусты. Озадаченно подняв голову, он тут же встретился взглядом с пронзительными глазами учителя.
— ...
Угадав мысли юноши, Чжоу Чэнфу пояснил:
— Это Фолиант воспоминаний. Поскольку ты почти ничего не знаешь о Владыке Дворца Западного Дворца, эта книга способна воплотить образ из твоих собственных мыслей. Тебе останется лишь зарисовать все его движения.
Уставившись на белый лист в руке, Бай Жофэн отозвался:
— Понятно.
— Свободен.
Выйдя за порог покоев Владыки Дворца, Бай Жофэн с изрядным сомнением посмотрел на чистый лист. В его голове внезапно родилась одна мысль.
Стоило ему сосредоточиться на ней, как на первой же странице книги проявилось то, о чем он думал.
— !
Стоило взглянуть, как у Бай Жофэна до самых мочек покраснели уши: человек на бумаге вышел... вышел до невероятного живописным!
Глядя на это изображение, Бай Жофэн почувствовал, как в голове все смешалось в кашу: только что он почему-то вспомнил, каким предстал перед ним Ло Чэнь в купальне.
Взглянув на нарисованного человека снова, он почувствовал, как рука, державшая книгу, слегка задрожала.
Юноша на бумаге, облаченный в белые одежды, с рассыпанными по плечам черными волосами, смотрел взглядом, в котором играли мириады переливов глазури, словно мерцающие во тьме ночи звезды. Его кожа, белая как снег, казалось, сама источала сияние, а скрытая в водной дымке нижняя часть тела лишь угадывалась. Прекрасное лицо с тонкими губами, хрупкая фигура — неизъяснимая, непревзойденная красота.
Его собственное побелевшее лицо мгновенно залилось ярчайшей краской, и внезапно Бай Жофэн почувствовал странное буйство в носу, будто изнутри хлынул горячий источник.
Он торопливо захлопнул книгу и закрыл лицо ладонями, лихорадочно думая про себя: да разве это человек нарисован?! Настоящий же демон из потустороннего мира!
Спрятав фолиант за пазуху, он поспешно зашагал прочь.
Легкий верок донес знакомое ощущение: кто-то сзади наотмашь крепко вцепился Ло Чэню в изящную шею. Несмотря на столь внезапное нападение, в его глазах не дрогнул ни один мускул. Помолчав секунду, Ло Чэнь перевел взгляд на чужую руку и, легко вздохнув, отвел в сторону тонкое запястье, обтянутое черным напульсником.
Нахмурившись, он крайне недовольным тоном произнес:
— Дунфан Удао, я же говорил тебе не приходить сюда.
Юноша в черном качнулся, плавно перетекая из-за спины ему под бок — сочетание черного и белого выглядело ослепительно прекрасно.
Дунфан Удао носил распущенные черные волосы, а шею лебединой белизны небрежно обвивала черная лента, завязанная наспех — от всего его облика веяло абсолютной, ничем не сдерживаемой свободой. Он прислонился к каменному столу напротив Ло Чэня, подперев голову рукой, и из-под изогнутых длинных ресниц пара соблазнительных, чарующих глаз феникса с улыбкой взирала на собеседника.
Его появление вызвало у Ло Чэня вполне оправданный гнев: Дунфан Удао вечно творил что вздумается, совершенно не заботясь о последствиях. Меж бровей залегла еще более глубокая складка, и он поторопил гостя:
— Убирайся отсюда. Это Восточный Дворец, а не место для твоих глупых выходки.
Уголки губ беззастенчиво изогнулись в ухмылке, но Дунфан Удао ничуть не смутился — не было такой силы, которая могла бы остановить его там, куда он решил явиться.
— Подумаешь, кучка зеленоротых молокососов, чего тут бояться? Тебе не о чем со мной беспокоиться~
Чарующий, бархатный голос слетел с его губ. Дунфан Удао прекрасно знал устройство Восточного Дворца: в этих краях обитали сплошь молодые, горячие обладатели Цзыи Линъюй. Все те, кто постарше и поопытнее, находились в других владениях, так что даже если бы Дунфан Удао обнаружили, он ни в грош не ставил этих мальчишек.
В упор глядя на наглеца, Ло Чэнь протянул руку и перехватил его тонкое запястье, все еще покоившееся на столе, а в голосе его прорезались нотки гнева:
— Их Пурпурный Меч не стоит недооценивать. Ты никогда с ними не сражался, с чего вдруг решил, будто эти юнцы тебе не ровня?
http://bllate.org/book/37662/4704896
Готово:
