Мальчик, сидевший рядом с Янь Шу, был совершенно ошеломлён — похоже, он и впрямь оказался её поклонником.
Он так нервничал, что чуть не задохнулся, но в конце концов не выдержал и тихо, почти шёпотом, обратился к ней:
— Ст… старшая сестра… э-э… я ваш поклонник, меня зовут Чэнь Юэ. Я… я очень восхищаюсь вашим фотографическим стилем!
Янь Шу слегка повернула голову.
Чэнь Юэ был миловидным юношей. Не такой ослепительно красивый, как Шэнь Юйшу, чья внешность будто бросала вызов самой природе, но всё же выделялся из толпы. Янь Шу никогда не скупилась на обворожительные улыбки для красивых парней и теперь лишь приподняла бровь:
— Спасибо.
Этот первокурсник оказался совсем не готов к её игривому флирту — от одного лишь намёка на внимание он покраснел до корней волос. Именно поэтому Шэнь Юйшу казался ей по-настоящему стойким к её чарам. Если бы она не убедилась не раз и не два, что он действительно порядочный человек, она бы с удовольствием сорвала с него одежду, чтобы заглянуть под эту скромную, благопристойную оболочку и увидеть, какая же «ветреная кость» скрывается внутри.
В классе имя Янь Шу вызвало такой переполох, словно в сотню ульев, которые держал профессор Чэнь, бросили камень — жужжание не утихало ни на секунду. Сам профессор, похоже, не возражал: он открыл какой-то древний PowerPoint и начал лекцию. Поскольку это был факультатив по фотографии, на занятие пришли не только профильные студенты, поэтому рассказывал он самые основы и простейшие вещи.
У Янь Шу были все основания подозревать, что профессор Чэнь открыл этот факультатив специально ради неё.
Она никогда не тратила много энергии на занятия, а тут ещё и сосед-первокурсник усердно пытался завязать с ней разговор. Она отвечала ему время от времени, рассеянно переводя взгляд с пышных чёрных волос Шэнь Юйшу на его аккуратно выпрямленную шею. Ей казалось, что на этой чистой шее чего-то не хватает.
Чэнь Юэ оказался настоящим фотографом-энтузиастом и умудрялся находить темы для разговора, несмотря на заикание. Его взгляд упал на камеру, которую Янь Шу крутила в руках, и глаза его загорелись:
— Старшая сестра, это Canon EOS-1Ds Mark III?
Янь Шу кивнула:
— Ага.
Она заглянула в его чистые глаза и спросила:
— Хочешь купить?
Чэнь Юэ кивнул:
— Да! Я планирую купить такую же, как только получу стипендию в этом году. Но с объективом ещё не определился. Старшая сестра, не могли бы вы мне посоветовать?
Янь Шу окинула его взглядом, словно сканируя на подлинность. Спустя мгновение, будто получив результат, она озарила его тёплой, как весенний ветерок, улыбкой и терпеливо ответила:
— Если ты не собираешься делать фотографию своей профессией, не стоит гнаться за совершенством. Хобби — это прежде всего для радости. Как только начнёшь слишком много требовать от себя, снимки уже не будут запечатлением красоты — ты сам окажешься в клетке.
— Снаружи не проникнуть, а тебе не выбраться.
Эта камера была самой дешёвой в её коллекции, но даже в таком виде комплект оборудования стоил гораздо больше, чем могла позволить себе стипендия студента.
Чэнь Юэ слушал, ничего не понимая, но в полной мере проявил «слепое восхищение» — ему оставалось только захлопать в ладоши:
— Старшая сестра, вы так мудро сказали!
Потом Янь Шу подробно рассказала ему о разных объективах, их функциях, достоинствах и недостатках. Какой бы ни была она в остальном, когда речь шла о профессиональных вещах, она могла говорить увлечённо и убедительно, заставляя слушателя замирать в восхищении.
Будь здесь Вэнь Юй, она сразу бы поняла: это её излюбленный приём — заваливать таких парней кучей специальных терминов, чтобы, не понимая ни слова, они сами шли в пасть лисе, даже не подозревая об этом.
Янь Шу небрежно откинулась на спинку складного синего стула, но умудрилась придать ему вид кресла из пятизвёздочного отеля. Она то любовалась прекрасным профилем Шэнь Юйшу впереди, то терпеливо объясняла что-то своему соседу — и всё это одновременно.
Но «младший брат», на которого она так откровенно любовалась, явно не был рад её вниманию.
Сидя позади него под углом, Янь Шу ясно видела в его периферийном зрении, как она улыбается другому — совсем не так, как ему. Сначала он услышал о её славе и слухах, и в душе у него всё перемешалось. А теперь, слушая, как она флиртует с обычным одногруппником, он внезапно почувствовал, как в груди вспыхивает ярость.
В прошлый раз был профессор Сунь, теперь — самый заурядный сосед по парте. Сколько мужчин уже преклонилось перед её юбкой?
Он сдерживал себя почти восемнадцать лет, но теперь впервые понял, насколько трудно это — сдерживаться.
— Янь Шу.
Голос профессора Чэня прозвучал резко, как раз в тот момент, когда она оживлённо беседовала с первокурсником. В его тоне явно слышалось раздражение — видимо, он уже не выдержал.
Жужжание «пчелиного роя» в классе мгновенно стихло, и все взгляды устремились на самую заметную девушку в аудитории.
Её элегантное белое платье в французском стиле, которое на любой другой девушке выглядело бы скромно и благородно, на ней приобретало соблазнительные нотки и ярко выделялось среди стандартной студенческой формы.
Профессор Чэнь нахмурился:
— Ответь на только что заданный вопрос.
Янь Шу вежливо и послушно улыбнулась:
— Профессор Чэнь, не могли бы вы повторить вопрос?
Профессор Чэнь фыркнул, словно говоря: «Мечтаешь!» — и перевёл взгляд на парня впереди:
— Ты, в белой рубашке, отвечай.
Шэнь Юйшу встал, будто загородив её своей тенью, и спокойно произнёс:
— Объектив 16–24 мм называется сверхширокоугольным.
Вопрос был настолько простым, что она легко могла бы ответить, но просто не слушала. Профессор Чэнь нарочно хотел унизить её и, конечно, не собирался давать второй шанс.
— Посмотри, — сказал он, глядя на неё с укором, — даже студенты на факультативе такие внимательные. Тебе, профессионалу, не стыдно?
Янь Шу небрежно скользнула взглядом по профилю Шэнь Юйшу и невозмутимо ответила:
— Откуда стыд? Я просто даю младшим братьям и сёстрам возможность проявить себя.
В классе раздался смех.
Шэнь Юйшу даже не взглянул на неё.
После занятия в коридоре поднялся шум — все спешили в столовую, чтобы занять место.
Только из их аудитории никто не торопился — все хотели хоть слово сказать легендарной «Zero».
Её сосед, похоже, решил, что момент идеален, и застенчиво произнёс:
— Старшая сестра, можно… добавиться в вичат? У меня ещё много вопросов.
Янь Шу как раз повесила камеру на шею. Услышав это, она взяла телефон со стола —
В этот момент Шэнь Юйшу, который вставал впереди, неожиданно обернулся, наклонился к ней и тихо сказал:
— Старшая сестра, те лунные пряники, что вы подарили на Праздник середины осени, были очень вкусными.
Янь Шу подняла глаза и встретилась с его взглядом. Взгляд юноши был холоден, и казалось, будто скрытый намёк в его словах — лишь плод воображения слушательницы.
«Праздник середины осени», «лунные пряники» — каждое слово ясно давало понять окружающим, что они вместе отмечали этот праздник.
Она вдруг рассмеялась, без спроса провела указательным пальцем по его чёлке и тихо сказала:
— Вкусно?.. В следующий раз старшая сестра ещё даст тебе попробовать, хорошо?
Шэнь Юйшу будто невзначай взглянул на Чэнь Юэ и спокойно ответил:
— Хорошо.
Линь Чжи тоже очень хотел получить контакты своей идола, но, увидев эту сцену, сразу понял: тут явно зарождается поле боя. Он немедленно решил расчистить пространство для соседа по комнате:
— Всё, занятие кончилось! Идёмте обедать!
— Факультатив ведь каждую неделю.
Чэнь Юэ смутился и больше не стал просить вичат. Он попрощался с Янь Шу:
— Старшая сестра, я пойду.
Янь Шу рассеянно кивнула, будто только что не вела с ним задушевную беседу. Потом она с игривым интересом посмотрела на Шэнь Юйшу и, улыбаясь, сказала, будто потакая капризному ребёнку:
— Прогнал человека, теперь доволен?
— …Старшая сестра, — позвал он её, и его взгляд стал глубже.
— А? — Янь Шу с любопытством смотрела на него, в её тёплых карих глазах мелькали разные оттенки света — хитрая лиса.
Оказывается, даже простое «старшая сестра» может звучать так прекрасно.
Шэнь Юйшу пристально смотрел на неё, медленно наклонился, пока их лбы почти не соприкоснулись, и тихо, протяжно произнёс:
— Спасибо, старшая сестра, за предоставленную возможность. Я постараюсь проявить себя.
Янь Шу на мгновение опешила, потом с интересом оглядела его лицо и, делая вид, что ничего не понимает, сказала:
— Тогда хорошо учись, не подводи профессора Чэня.
Это было бессмысленно: какое ожидание может быть у профессора Чэня к студенту факультатива, у которого нет никаких видимых перспектив?
В классе почти никого не осталось. Профессор Чэнь на кафедре бросил на них взгляд, потом, словно от боли в глазах, поморщился и покачал головой. Он не стал вмешиваться, а просто взял наполовину выпитую газировку и неспешно вышел.
Шэнь Юйшу молча смотрел на неё.
На мгновение Янь Шу показалось, что она уловила скрытый смысл за его бесстрастным выражением лица. Хвост лисы «пух!» поднялся вверх, и пушистая шерсть на нём с довольным видом распушилась. Она развернула телефон на 180 градусов и подтолкнула его к нему, улыбаясь:
— Ты прогнал того, кто хотел добавиться в вичат. Значит, теперь добавляйся ты. Добавишься?
— Младший брат?
Слова «младший брат» будто долго крутились у неё на языке, прежде чем вылететь наружу. От одного звука у любого бы кости раскисли.
Шэнь Юйшу чуть поджал губы, будто с неохотой достал телефон и отсканировал её QR-код. В контактах он записал её как «Большая лиса-обманщица».
Янь Шу попыталась заглянуть, но он мгновенно прикрыл экран. Она цокнула языком и помахала телефоном у него перед носом:
— Видишь, какая старшая сестра щедрая.
— В книге есть Янь Жу Юй, — с важным видом процитировала она и подняла на него глаза. — Скажи, в книге есть я — Янь Жу Юй? Или именно ты — Янь Жу Юй?
Она записала его как «Младший брат Янь Жу Юй». И правда, он вполне соответствовал этим трём иероглифам: лицо как нефрит, голос — как звон горного ручья, в котором видны плывущие рыбки.
Но после её слов эта цитата не только сблизила их, но и наполнилась скрытой, почти незаметной интимностью. Видно, лиса, привыкшая играть в цветущих садах, умеет незаметно создавать атмосферу двусмысленности, которую невозможно не почувствовать, но и невозможно уловить.
Шэнь Юйшу, казалось, повторил про себя эти слова, потом едва заметно улыбнулся и сказал:
— Эта цитата подчёркивает важность чтения книг. Поэтому, старшая сестра…
Он сделал идеальную паузу и спокойно добавил:
— Читайте больше.
Янь Шу: «…»
«Zero», всегда непобедимая на любовном фронте, впервые столкнулась с парнем, в котором сочетались ревнивость и холодная сдержанность. И это показалось ей забавным.
— Младший брат прав, — сказала она, вставая и делая серьёзный вид. Она похлопала его по плечу: — Так что младший брат должен хорошо учиться и не вступать в ранние отношения.
Она двусмысленно поставила его на место и с удовлетворением покинула аудиторию. Даже её спина, казалось, выражала лисью гордость и скрытую за соблазнительной шкурой холодную безжалостность.
Линь Чжи, давно сидевший у двери и совершенно забытый, наконец не выдержал:
— Они уже скрылись из виду! Хватит смотреть!
Шэнь Юйшу отвёл взгляд, взял блокнот и ручку и спокойно сказал:
— Пойдём.
Линь Чжи коснулся его дорогой камеры и спросил:
— Ты же не любишь фотографию. Зачем так старательно конспектируешь?
Шэнь Юйшу ответил:
— Раз записался — значит, надо учиться.
Линь Чжи скривился. Он ему не верил. Но как хороший сосед и друг, он всё же после секундного колебания предупредил:
— Слушай… Я раньше не знал, что Янь-сестра — мой кумир. Теперь знаю… Советую тебе, пока не вляпался по уши, выбрать кого-нибудь другого.
Шэнь Юйшу взглянул на камеру перед ним и спросил:
— Почему?
За два с лишним года учёбы Линь Чжи всегда защищал своего легендарного кумира. Его внезапный совет был удивителен. «Выбрать кого-то другого»… Разве это как сменить рубашку?
Сегодня, узнав, что Янь Шу — его богиня, Линь Чжи был в восторге и не заметил, что Шэнь Юйшу не возразил. Он продолжил:
— Мне нравится не только стиль и техника Zero, но и её дерзкий, вольный характер. Какой бы она ни была — она всегда моя богиня. Но если ты в неё влюбишься… По слухам, кроме фотографии её страсть — охота на мужчин. И почти все её «трофеи» — одного типа. Говорят, у неё есть недостижимая «белая луна», поэтому она одержима мужчинами определённого типа.
Они вышли из прохладного учебного корпуса, и яркий солнечный свет заставил их инстинктивно прищуриться.
«Белая луна»… Шэнь Юйшу вдруг вспомнил профессора Суня. Он медленно спросил:
— Какого типа?
Линь Чжи невольно посмотрел ему в лицо и с жалостью сказал:
— Ну, такого, как ты… Вежливый, благородный… «ароматный, как орхидея»… «интеллигентный развратник»…
http://bllate.org/book/3750/402112
Готово:
