Цзи Жусюэ смотрел на рассеянный вид Линь Жосюаня, немного помедлил, затем мягко взял его за руку и успокаивающе произнес:
— Все будет хорошо.
Линь Жосюань не ответил, лишь ошеломленно смотрел на побелевшую рану на тыльной стороне руки Цзи Жусюэ.
Цзи Жусюэ чувствовал, что ладонь собеседника покрыта влажным, скользким холодным потом. Он невольно сжал его руку чуть крепче, словно так можно было передать ему немного сил или хотя бы утешить.
Окружающие постепенно подошли ближе и обступили Цзи Жусюэ, Линь Жосюаня и окровавленную тушу бешеной собаки, оживленно переговариваясь.
— Что с этой собакой?
— Кажется, она взбесилась...
Цзи Жухай, все еще не оправившись от испуга, спросил:
— Как такое могло случиться?
Цзи Жухань, лениво обмахиваясь веером, задумчиво посмотрел на мрачного Цзи Жуюаня, но ничего не сказал.
Сюэ Цзинь, проследив за взглядом Цзи Жуханя, тоже бросил взгляд на Цзи Жуюаня. Казалось, он что-то понял, и его лицо приняло сложное выражение. Однако командир цзиньивэев был человеком скользким и не любил лезть в дрязги императорской семьи. Потому он сделал вид, что ничего не понимает, и с улыбкой перевел тему:
— Глава Линь разбирается в медицине? Я раньше слышал от своих людей, что глава Линь умеет вправлять кости и даже мастерит кресла-каталки. Думал, они выдумывают, а оказывается, это правда.
Линь Жосюань рассеянно буркнул:
— Угу.
Сюэ Цзинь посмотрел на лежащую рядом лошадь и вздохнул:
— Передняя нога, похоже, сломана. Лекарь из Императорской конюшни вчера взял отгул, так что этого скакуна, боюсь, уже не спасти.
Один из цзиньивэев вставил:
— Может, попросим главу Линь взглянуть? Думаю, переломы у лошади и у человека лечатся примерно одинаково.
Те, кто занимался боевыми искусствами, обычно любили лошадей, и остальные цзиньивэи закивали:
— Верно, верно.
Линь Жосюань продолжал бессмысленно смотреть на руку Цзи Жусюэ, витая мыслями где-то далеко и, похоже, совершенно не слушая их разговор.
Цзи Жусюэ, глядя на его состояние, почувствовал, как дрогнуло его сердце, но болтовня цзиньивэев его уже раздражала. Ему было совершенно плевать на жизнь или смерть какой-то лошади, и он уже хотел отказаться за Линь Жосюаня:
— Боюсь, это неудобно...
Не успел он закончить, как вдруг вспомнил слова Линь Жосюаня о том, что нужно наладить хорошие отношения с Сюэ Цзинем и Чжун Хуайсю.
Цзи Жусюэ запнулся, немного помедлил и наконец кивнул:
— Командир Сюэ, глава Линь сегодня слишком устал. Если вы не против, можете отправить лошадь в Холодный дворец. Когда у главы Линь будет время, он, возможно, сможет взглянуть, но ничего гарантировать не берется.
Сюэ Цзинь тут же обрадовался:
— Вот и отлично! Всё равно терять нечего, попробуем спасти.
— Угу. — Цзи Жусюэ кивнул, а затем, почувствовав что-то, медленно поднял взгляд.
Он встретился взглядом с Цзи Жуюанем.
Цзи Жусюэ спокойно смотрел на Цзи Жуюаня. Тот поначалу свирепо сверлил его взглядом, но через мгновение невольно захотел отступить. Однако ноги словно приросли к земле и не слушались. Что происходит? У него было такое чувство, словно он — лягушка, на которую уставилась ядовитая змея. Этот взгляд маленького ублюдка...
Лу Хэн тихо спросил:
— Ваше высочество, что случилось?
Цзи Жуюань тут же почувствовал себя неловко и, вспыхнув от злости, резко махнул рукавом:
— Мы уходим!
Прошло немало времени, прежде чем Линь Жосюань вышел из этого полуобморочного состояния и постепенно пришел в себя, вернув себе хладнокровие. Уроки верховой стрельбы, разумеется, пришлось отменить. Линь Жосюань попрощался с Сюэ Цзинем, позвал двух молодых евнухов и велел нести Цзи Жусюэ обратно в Холодный дворец.
— Вы двое, приведите его высочество в порядок.
— Слушаюсь, глава.
Вернувшись в Холодный дворец, Линь Жосюань, не давая возразить, внес Цзи Жусюэ в спальню. Он велел двум молодым евнухам умыть и переодеть его, а сам прошел в соседний кабинет, плотно закрыл дверь и начал вызывать систему.
«Система, система!»
【Дудуду, система на связи. Какие у вас вопросы?】
«Цзи Жусюэ укусила бешеная собака, можно обменять баллы на вакцину от бешенства?»
【Дорогой, повторяю правила обмена: первое, баллы можно обменивать на виртуальные предметы, то есть электронные книги; второе, если вы получите травму, можно обменять баллы на медицинские материалы, но только три раза; третье, обмениваемый предмет должен помогать в выполнении задания и не влиять на линию мира; четвертое, когда баллы отрицательные, нельзя обменивать ничего. Ситуация Цзи Жусюэ не соответствует правилам.】
Линь Жосюань немного помедлил:
«Получается, если я получу травму, то смогу обменять баллы на медицинские материалы, верно?»
【Именно так.】
Линь Жосюань уверенно заявил:
«Хотя меня бешеная собака не кусала, но я высасывал ядовитую кровь у Цзи Жусюэ, так что тоже мог заразиться. Мне нужна вакцина от бешенства.»
【Но если вы обменяете вакцину, вы ведь планируете использовать ее для Цзи Жусюэ?】
Линь Жосюань в полной мере проявил смекалку в поисках лазеек:
«Во втором правиле сказано только, что если я получу травму, то могу обменять баллы на медицинские материалы. Но там не сказано, что после получения материалы обязательно должны быть использованы на мне самом.»
Система, похоже, никогда не сталкивалась с таким наглым клиентом и просто зависла: 【Дудуду, дудуду...】
Линь Жосюань заволновался:
«Так можно или нет? Ты вообще будешь отвечать?»
【Дудуду, правило действительно такое. В сложившейся ситуации вы можете обменять баллы на вакцину от бешенства.】
«Правда? Отлично! Быстрее давай вакцину!»
【Вакцина от бешенства стоит 1000 баллов. А у вас сейчас всего 20 баллов. После обмена у вас будет минус 980 баллов. Пока баллы не станут положительными, вы не сможете ничего обменивать.】
Линь Жосюань стиснул зубы, принимая эту грабительскую цену:
«Согласен!»
【Дудуду, вакцина выдана. Пожалуйста, проверьте панель пользователя. Способ использования такой же, как у «Искусства войны»: просто мысленно произнесите название, и она активируется.】
Линь Жосюань закрыл глаза. В его сознании медленно проявилась панель. В правом верхнем углу ярко-красным горела надпись «-980 баллов» — очевидно, с него только что списали 1000 баллов. Под баллами располагалась таблица. В первой ячейке лежала ранее обмененная «Детская аннотированная версия Искусства войны», а во второй — пять ампул вакцины, как раз на один курс.
Он мысленно произнес «вакцина», и в его руке действительно материализовалась одна ампула.
Линь Жосюань вздохнул с облегчением. Отдыхать было некогда, он тут же развернулся и вышел из комнаты. Первую вакцину от бешенства нужно было ввести в течение суток, и чем скорее, тем лучше.
Он толкнул дверь в соседнюю спальню:
— Ваше высочество, вам лучше?
Цзи Жусюэ, полулежа у изголовья кровати, поднял на него взгляд:
— Намного лучше.
Линь Жосюань подошел и сел на край кровати. В душе он сильно мучился: маленький черный лотос был очень подозрителен. Как бы уговорить его сделать укол?
Цзи Жусюэ с недоумением спросил:
— Что случилось?
Линь Жосюань не мог придумать ничего путного и решил наплести небылиц:
— Ваше высочество, вас только что укусила бешеная собака. У той собаки мог быть «водобоязнь». У меня есть семейный секретный рецепт иглоукалывания. Достаточно пяти сеансов, чтобы вылечить «водобоязнь». Но эта техника иглоукалывания очень особенная. Я давал отцу клятву, что никогда не позволю посторонним смотреть, как я ее применяю. Поэтому, когда я буду ставить иглы, вашему высочеству придется закрыть глаза.
— Водобоязнь? Иглоукалывание?
Цзи Жусюэ нахмурился. Он смутно слышал от молодых евнухов, что «водобоязнь» — это какая-то странная болезнь, которой заражаются бродячие собаки, и от нее вроде бы умирают. Неужели именно поэтому Линь Жосюань так переполошился?
На душе у него потеплело, но тут же возникли сомнения. Что за такая техника иглоукалывания, при которой нужно закрывать глаза? Не подвох ли это? Он колебался довольно долго, но потом вспомнил, как Линь Жосюань бросился на него, заслоняя от бешеной собаки. Температура тела этого человека была такой теплой... Пожалуй, он не причинит ему вреда.
Можно попробовать довериться ему. Каков бы ни был результат, он готов рискнуть.
А если он ошибется в человеке... он не станет церемониться.
Цзи Жусюэ медленно кивнул:
— Хорошо.
Сказав это, он закрыл глаза. Почувствовал, как собеседник мягко взял его за запястье, а затем на тыльной стороне руки возникло легкое холодное прикосновение, за которым последовала резкая колющая боль.
Что такое? Ресницы Цзи Жусюэ невольно дрогнули, и он попытался открыть глаза.
Но в этот момент теплая ладонь накрыла его глаза, а мягкий, слегка хриплый голос произнес:
— Будет немного больно, но скоро все пройдет. Ваше высочество, потерпите немного.
Цзи Жусюэ стиснул зубы и перестал сопротивляться. И действительно, меньше чем через мгновение боль прошла. Он открыл глаза и увидел, что Линь Жосюань уже убрал руку и улыбается:
— Готово.
— Так быстро? — Цзи Жусюэ посмотрел с недоумением. Линь Жосюань сидел на краю кровати и с улыбкой смотрел на него. Его выражение лица было таким, словно у него отлегло от сердца, а глаза буквально сияли. Он протянул руку, словно собираясь коснуться его волос.
Цзи Жусюэ не привык, чтобы его трогали, и инстинктивно хотел уклониться, но, к своему удивлению, на этот раз его тело не шелохнулось.
Видя, что тот не уклоняется, Линь Жосюань слегка удивился, а потом обрадовался. Его холодные, тонкие пальцы легонько опустились в его волосы и, словно пробу, слегка растрепали их. Затем он тихо пробормотал:
— Какой милый. Эх, хочется еще и за щеку ущипнуть.
Цзи Жусюэ подумал, что ослышался:
— Что?
Линь Жосюань поспешил отмахнуться:
— Ничего, ничего. Кстати, ваше высочество, вы голодны? Я схожу на малую кухню, приготовлю что-нибудь. Что изволите желать?
Цзи Жусюэ задумался и, слегка сжав губы, ответил:
— Танъюань с кунжутной начинкой.
Помедлив, он добавил:
— Сварите побольше.
— Понял. В прошлый раз я сварил слишком мало. Дети растут, им нужно есть побольше, — Линь Жосюань невольно рассмеялся, еще раз энергично растрепал его волосы и, поднявшись, вышел.
Цзи Жусюэ проводил его взглядом. Он невольно коснулся своих волос. Тот человек растрепал их, и в них словно еще теплилось остаточное тепло.
Он откинулся на изголовье, глядя на белоснежный полог. Ему казалось, что бабочка в его груди снова затрепетала. Это чувство было и теплым, и легким, от него почему-то защипало в глазах. Он никогда не испытывал ничего подобного, такого чуждого и слабого. Из-за этого ему казалось, что он почти перестал быть собой.
Цзи Жусюэ закрыл глаза рукой, с трудом подавляя это странное чувство. Ему не нужны эти слабые эмоции. У него есть дела поважнее... Перед его мысленным взором медленно возникли жестокие глаза Цзи Жуюаня.
При мысли о Цзи Жуюане лицо Цзи Жусюэ мгновенно помрачнело. Он оперся на руки и сел, затем медленно опустил левую ногу на пол. Опираясь на колонну кровати, он поднялся и попробовал сделать пару шагов.
Его нога уже зажила.
Просто раньше он не доверял Линь Жосюаню, поэтому притворялся, что она все еще не зажила. А теперь... Цзи Жусюэ вспомнил змеиный взгляд Цзи Жуюаня. Тот непременно что-то задумает. А он, Цзи Жусюэ, не станет сидеть сложа руки. Ни за что.
Даже если его мать — благородная наложница. Даже если его дед — главный великий секретарь. Даже если его дядя — командующий войсками столичного региона. Он заставит этого глупого и жестокого наследного принца заплатить за все, что он натворил в прошлом.
Цзи Жусюэ стоял посреди спальни, мрачно глядя на колышущиеся за оконной решеткой тени деревьев. В его голове лихорадочно перебирались тысячи планов. Прошло немало времени, как вдруг за дверью послышались легкие шаги. Он тут же пришел в себя и мгновенно юркнул обратно в кровать.
Дверь отворилась. Вошел Линь Жосюань, неся в руках две пиалы. Он поднял бровь и сказал:
— Сварил восемнадцать больших танъюань. Шесть мне, двенадцать вам. На этот раз хватит?
Цзи Жусюэ слегка сжал губы, и на его белоснежном лице проступила застенчивость:
— Я ем слишком много?
http://bllate.org/book/37150/4649372
