— Конечно, это правда, ваше высочество — самый сильный. — Линь Жосюань льстил, но в то же время тайно усмехался. Редко доводилось видеть маленького черного лотоса таким упрямым, наконец-то в нем проступили детские черты.
— ...Правда. — Цзи Жусюэ тихо повторил, его ресницы легонько дрогнули.
Линь Жосюань опустил взгляд, наблюдая за легким вздрагиванием длинных ресниц маленького черного лотоса и за его белоснежным ушком, слегка отливающим розовым. На мгновение у него снова возникло желание ущипнуть его за щеку или растрепать волосы, но он сдержался. В конце концов, маленький черный лотос был очень чувствителен к физическим прикосновениям: на него можно было только смотреть, но не трогать.
Окружающие продолжали расхваливать его, и Линь Жосюань, улыбнувшись, сказал:
— Вы только послушайте, все вас хвалят.
— А. — На этот раз выражение лица Цзи Жусюэ осталось безразличным, совсем не таким, как раньше, когда Линь Жосюань его хвалил: удивленным и смущенным.
Линь Жосюань подумал про себя: как и следовало ожидать, к лести быстро привыкают, и она перестает вызывать реакцию.
Цзи Жуюань, стоявший неподалеку, не сводил с них глаз. В его ушах отдавались слова толпы, особенно фразы вроде «расщепил стрелу наследного принца», и эти слова, словно ядовитые клыки змеи, безжалостно терзали его сердце.
Те не унимались:
— Если Четвертый принц поупражняется еще несколько лет, его искусство стрельбы, боюсь, достигнет совершенства!
— И правда, в таком возрасте обладать таким мастерством... даже страшно представить, чего он добьется в будущем!
— Попасть в яблочко легко, а вот расщепить стрелу куда труднее!
Цзи Жуюань был крайне мелочен и всегда хвастался своим мастерством стрельбы. Сейчас он почувствовал, что полностью опозорился. Его лицо побелело, затем покраснело, позеленело и наконец почернело. Не в силах сдержать гнев, он со всей силы пнул стоявшего рядом молодого евнуха:
— Бесит! Мешаешь под ногами!
Молодой евнух потерял равновесие, рухнул вперед и упал прямо перед «Черным генералом», которого вел Цзи Жуюань. В мгновение ока тибетский мастиф размером с теленка внезапно раскрыл огромную пасть и впился клыками в заднюю часть шеи евнуха!
Евнух забился в судорогах и заорал дурным голосом:
— А-а-а!
Цзи Жуюань остолбенел и инстинктивно резко дернул поводок. Мастиф от боли был вынужден разжать пасть. Из его рта текла слюна, глаза налились кровью, а из горла вырывалось глухое рычание:
— У-у...
Цзи Жуюань вышел из себя:
— Что с этой собакой?
Придворный чтец наследного принца Лу Хэн, стоявший рядом, испугался и невольно сглотнул:
— Неужели она взбесилась? Но, кажется, она еще слушается вашего высочества, возможно, она не совсем бешеная?
— Взбесилась? Не может быть. Ладно, эй, кто-нибудь... — Цзи Жуюань нахмурился и уже собрался приказать утащить мастифа, как вдруг замер.
Он очень медленно поднял голову и посмотрел на Цзи Жусюэ, стоявшего неподалеку. Тот маленький ублюдок сидел в инвалидном кресле и не мог нормально передвигаться. Если его укусит бешеная собака, винить будет некого.
Уголки губ Цзи Жуюаня медленно поползли вверх, затем он слегка ослабил поводок и прошипел:
— Черный генерал, фас!
Мастиф не сводил кровавых глаз с Цзи Жусюэ и вдруг издал оглушительный рев, после чего стремительно рванул в его сторону!
Гав! Гав-гав!!
— Что случилось?
— Собака взбесилась!!
Все произошло слишком внезапно, все остолбенели. Несколько цзиньивэев поспешили обнажить мечи, чтобы преградить путь, но мастиф, словно обезумев, обладал неимоверной силой и рвал всех на своем пути. Как его удержишь?
— Тварь! — Сюэ Цзинь резко дернул поводья и поскакал верхом, пытаясь остановить бешеную собаку!
Казалось, еще мгновение — и лошадь столкнется с мастифом. Но в этот момент бешеная собака вдруг издала яростный вой: У-у-у, и этот звук был похож не на собачий лай, а на волчий вой!
Лошадь внезапно испугалась и, резко развернувшись боком, понеслась прямо на Цзи Жусюэ и Линь Жосюаня!
Сюэ Цзинь не смог удержать лошадь, его лицо побелело от страха, и он заорал:
— Четвертый принц, глава Линь, быстрее отойдите!
Линь Жосюань сильно испугался. Он толкнул кресло, пытаясь увернуться, но было уже поздно. Цзи Жусюэ, даже не моргнув, натянул лук, вложил стрелу и одним выстрелом попал в переднее копыто лошади!
Лошадь от боли издала протяжное ржание, но не смогла остановить бег. Она тяжело рухнула вперед, и было видно, что она вот-вот раздавит их обоих!
В эту критическую секунду Линь Жосюань собрал все силы и со всей силы толкнул кресло! Они вдвоем вместе с креслом упали и покатились в сторону!
В то же время лошадь тяжело обрушилась рядом. Раздался глухой удар, поднявший клубы пыли!
— Ваше высочество, вы... — Линь Жосюань не успел закончить, как бешеная собака, снова с красными глазами, развернулась и бросилась на них!
В голове Линь Жосюаня все помутилось. В этот момент у него была только одна мысль: ни за что не позволить бешеной собаке укусить Цзи Жусюэ! Он резко перевернулся и всем телом накрыл Цзи Жусюэ!
Только он успел заслонить Цзи Жусюэ, как почувствовал тяжесть на спине — огромная бешеная собака уже налетела. Он почти ощущал тяжелое, влажное звериное дыхание у себя на затылке!
— Тварь, убирайся! — прорычал Цзи Жусюэ, но мастиф, казалось, совсем обезумел и, опустив голову, попытался разорвать Линь Жосюаня!
В крайнем хаосе Цзи Жусюэ, словно решившись на все, резко разжал огромную пасть бешеной собаки, по которой текла слюна, а другой рукой стал на ощупь искать на земле и наконец нащупал стрелу с белым оперением!
Он поднял руку и глубоко вонзил стрелу с белым оперением в глаз бешеной собаке!
У-у...
Линь Жосюань услышал вой, похожий на волчий, и затем почувствовал, как с его спины спала тяжесть. Бешеная собака, биясь в судорогах, упала в сторону, но Цзи Жусюэ и не думал останавливаться. Он всем телом навалился на собаку, левой рукой намертво удерживая ее пасть, а правой крепко сжимая стрелу с белым оперением, и снова и снова со всей силы вонзал ее: одну стрелу, другую и еще одну!!
Не прошло и мгновения, как голова бешеной собаки превратилась в окровавленную кашу. Лицо Цзи Жусюэ исказилось до крайности, его бледные черты почти скривились, все тело было в крови и пыли. Он выглядел как сам демон, но продолжал безостановочно и со всей силы вонзать острые стрелы вниз!
Неизвестно когда наконечник стрелы исчез, и в его руке осталось лишь голое древко, но он по-прежнему со всей силы втыкал его в окровавленную голову бешеной собаки!
На тренировочной площадке воцарилась мертвая тишина. Люди, испытав сильный испуг, теперь переглядывались.
Линь Жосюань лежал на земле и ошеломленно смотрел на Цзи Жусюэ. Он чувствовал, как пересыхает в горле.
Прошло много времени, прежде чем он тихо потянул Цзи Жусюэ за полу одежды:
— Ваше высочество, она уже мертва.
Тело Цзи Жусюэ слегка дрогнуло. Казалось, он услышал голос Линь Жосюаня и наконец остановился. Он очень медленно повернул голову и уставился на Линь Жосюаня. Его губы слегка шевелились, голова и лицо были покрыты грязной кровью и мозгами бешеной собаки, а выражение лица было растерянным.
Линь Жосюань вздрогнул, поспешил встать на колени, крепко обнял ребенка и стал непрерывно утешать:
— Ваше высочество, все хорошо, все хорошо, бешеная собака мертва.
Прошло много времени, прежде чем Цзи Жусюэ медленно пришел в себя и пробормотал:
— Мертва?
Линь Жосюань мягко ответил:
— Да, мертва. Ваше высочество, вы были очень храбрым, вы поступили очень хорошо.
— Угу. — Цзи Жусюэ прикрыл глаза, и его взгляд наконец прояснился.
Они оба устали до крайности и так и сидели, обнявшись, на земле. Цзи Жусюэ что-то вспомнил, повернул голову к инвалидному креслу рядом. Кресло было совершенно сломано. Он невольно слегка сжал губы:
— Кресло-каталка, которое вы сделали, сломано.
Линь Жосюань еще не успел ответить, как вдруг заметил что-то и дрожащим голосом спросил:
— Ваше высочество, ваша рука... ее укусила бешеная собака?
— А, кажется, да.
Цзи Жусюэ поднял левую руку. На ее белоснежной тыльной стороне виднелось несколько окровавленных следов зубов. Линь Жосюань не сводил глаз с этих ужасных следов. У него закружилась голова, и появилось ощущение, что земля уходит из-под ног. У той бешеной собаки могло быть бешенство!
Цзи Жусюэ опустил голову, посмотрел и небрежно сказал:
— Укусила, когда я разжимал пасть. Это всего лишь легкая рана, ничего страшного.
Какая еще легкая рана, это же бешенство! А в эту эпоху нет вакцин!
Линь Жосюань совершенно запаниковал. Он отчаянно пытался вспомнить клинический протокол обработки укусов собак и заорал на ошеломленную толпу:
— Быстрее несите чистую воду, чем больше, тем лучше! Есть мыло? Нет-нет, есть мыльные бобы? Точно, еще нужно крепкое вино... Быстрее, быстрее! Несите мне!!
В этот момент Линь Жосюань был растрепан и говорил бессвязно. Цзиньивэи переглядывались, не зная, стоит ли слушать его.
— Быстрее! — заорал Линь Жосюань.
Сюэ Цзинь поднялся с земли, немного помедлил и решительно приказал:
— Двое идите и принесите то, что нужно главе Линь!
Двое цзиньивэев торопливо отозвались и выбежали.
Линь Жосюань перевел дух, сильно сжал ладони, заставляя себя успокоиться. Точно, обработка укуса при бешенстве особенно важна. Если обработать правильно, плюс собственный иммунитет, есть шанс спастись.
Цзи Жусюэ нахмурился и сказал:
— Это всего лишь небольшая рана, достаточно перевязать.
Говоря это, он оторвал кусок ткани от подола одежды, пытаясь перевязать раненую левую руку.
— Нельзя перевязывать! — Линь Жосюань заволновался и резко сорвал ткань. Вирус бешенства анаэробный, рану обязательно нужно держать открытой. Точно, можно еще сначала отсосать ядовитую кровь!
Цзи Жусюэ посмотрел на его вид и слегка остолбенел.
У Линь Жосюаня не было времени объяснять. Он глубоко вздохнул, провел языком по рту. Отлично, никаких ран, никаких язв. Затем он наклонил голову и, не давая возразить, схватил Цзи Жусюэ за запястье, пытаясь высосать ядовитую кровь из раны.
— Тьфу! Тьфу! — Он сплевывал, пока сосал, и от нервов его руки слегка дрожали.
Цзи Жусюэ растерянно смотрел на него, совершенно не понимая, почему он так нервничает.
Так, высосав более десяти порций крови, Линь Жосюань наконец остановился. Цзи Жусюэ уже хотел что-то сказать, как двое цзиньивэев подбежали с большим ведром чистой воды и кучей всякой всячины:
— Глава Линь, вот мыльные бобы, чистая вода и крепкое вино, которые вы просили.
Цзи Жусюэ тихо утешал:
— Что с вами? Это всего лишь небольшая рана, не стоит так нервничать...
— Ваше высочество, не двигайтесь, я промою вашу рану. — Линь Жосюань прямо перебил его.
Цзи Жусюэ немного помедлил и послушно замер.
Линь Жосюань зачерпнул большой черпак чистой воды и тщательно промывал рану на тыльной стороне руки Цзи Жусюэ. Промыв более десяти черпаков воды, рана уже слегка побелела. Затем он натер мыльными бобами много пены и старательно мыл рану. Мыльные бобы, как и мыло, являются слабощелочными моющими средствами и разрушают вирусный белок.
Неизвестно, сколько он мыл, но пальцы Линь Жосюаня уже сморщились, а вся куча мыльных бобов закончилась. Он слегка перевел дух, чувствуя полное истощение, а спина была покрыта холодным потом.
Цзи Жусюэ тихо сказал:
— Все в порядке.
— Заткнись, ты ни черта не понимаешь!! — не выдержав, заорал Линь Жосюань.
За все это время Линь Жосюань ни разу не повышал голос. Цзи Жусюэ от такого крика слегка остолбенел. Линь Жосюань взял бутылку крепкого вина и вылил ее всю на рану.
— С-с... — Цзи Жусюэ от боли резко втянул воздух.
Вылив целую бутылку крепкого вина, Линь Жосюань наконец рухнул на землю. Он смотрел на побелевшую рану, которая была почти «чрезмерно обработана», и чувствовал себя одновременно уставшим и напуганным.
Та бешеная собака с вероятностью девяносто девяти из ста болела бешенством. Как только бешенство проявляется, смертность составляет сто процентов, и процесс смерти очень мучителен. В эту эпоху нет вакцин, и даже если они старательно обработали рану, есть огромная вероятность, что Цзи Жусюэ...
При одной мысли об этой возможности Линь Жосюань почувствовал, как сжалось его сердце, и он почти не мог дышать. В современности он был сиротой, без семьи, и не заметил, как уже начал воспринимать этого жалкого и упрямого коварного медвежонка как своего родного младшего брата.
http://bllate.org/book/37150/4649200
