Слуги семьи Линь украдкой поглядывали на помрачневшее лицо Куан Янья. Он, конечно, был красив — даже среди именитых гостей семьи Линь его внешность выделялась, — но вот характер, судя по всему, оставлял желать лучшего.
Может, это врожденное? Все они гадали, не пахнет ли феромон этого Альфы порохом.
Чжоу Цзайси отпил чаю и легко бросил взгляд на Куан Янья:
— Мань Юй скоро спустится, прошу, потерпите еще несколько минут.
Настроение Куан Янья испортилось окончательно, и он лишь глухо хмыкнул в ответ.
На столе были расставлены закуски, чай, фрукты и напитки, приготовленные семьей Линь для гостя, но Куан Янья даже не удостоил их взглядом. Он бросил быстрый взгляд на часы, и его сведенные к переносице брови выразили явное нетерпение.
Он не выдержал:
— Я жду уже десять минут, почему он до сих пор не спустился?
Куан Янья старался подавить гнев, но голос его звучал отрывисто.
Чжоу Цзайси мягко ответил:
— Мань Юй вчера переутомился, поэтому сегодня поспал подольше. Разве мы не договаривались на десять часов? Сейчас только половина десятого, мы даже пришли раньше.
Куан Янья наткнулся на вежливый отпор. Срываться на Омегу было неудобно, поэтому всю досаду пришлось проглотить. Он не мог даже выместить злость на терминале, оставалось лишь мысленно ворчать на родителей, которые с самого утра отправили его сюда любезничать с семьей Линь.
***
Когда Линь Мань Юй встал с постели, его тело ныло от боли, а ноги слегка подражали.
Ночью они испачкали кровать, поэтому перебрались спать в гостевую. Открыв глаза и увидев незнакомую обстановку, он несколько секунд растерянно хлопал глазами, а осознав, в чем дело, пошел к себе умываться. Вспомнив, что сегодня еще нужно нанести визит семье Куан, он больше не стал медлить, переоделся и спустился вниз.
В поле зрения Линь Мань Юя появилась незнакомая фигура, и в первую очередь взгляд приковали ярко-золотые волосы. Он невольно залюбовался ими: этот цвет был таким сияющим и насыщенным, куда приятнее пшеничных полей или меда.
Человек повернул голову, обнаружив поразительно красивое лицо и пару глубоких, как холодное озеро, прозрачных зеленых глаз. Однако в его взгляде читалась пугающая строптивость.
Незнакомец уставился на него, застыв на долгое время. А затем его взгляд стал оценивающим — казалось, он хочет сорвать с него одежду и тщательно изучить, что он за человек.
Линь Мань Юй почувствовал себя неуютно под этим напором, кожа будто начала гореть. В тот миг, когда он опустил глаза, Куан Янья тоже отвел взгляд.
Чжоу Цзайси подал голос:
— Мань Юй, присаживайся, я представлю тебя.
Указательный палец Линь Мань Юя нервно дернулся. При звуке этого голоса у него снова подкосились ноги, а в сокровенном месте вдруг кольнуло — болезненное напоминание о том, что произошло. Он посмотрел на Чжоу Цзайси с испугом и сел, отступив на одно кресло дальше.
Чжоу Цзайси на мгновение замер, а затем слегка улыбнулся:
— Это младший господин семьи Куан, Куан Янья. Он приехал за тобой, чтобы отвезти в семью Куан вместо своего старшего брата.
Линь Мань Юй посмотрел туда, куда указывал Чжоу Цзайси; его живые, любопытные глаза были чистыми, как горное озеро. Он одарил Куан Янья сладкой, послушной улыбкой:
— Здравствуйте.
Куан Янья ответил вовсе не так дружелюбно, в его голосе слышались колючие нотки:
— Невестка заставила меня долго ждать.
Линь Мань Юй:
— Я…
Чжоу Цзайси внезапно перебил его:
— Свадьба еще не подготовлена, называть его невесткой пока рановато.
Куан Янья:
— Разве невестка не хочет войти в нашу семью Куан?
Он в упор смотрел на Линь Мань Юя, почти вынуждая его ответить. Линь Мань Юй сжал в пальцах край одежды и слегка помял его:
— Младший брат, этот вопрос мне стоит обсудить с твоим братом.
Его голос был тихим и мягким, но прозвучал отчетливо, словно удар грома, отозвавшись в ушах Куан Янья.
— Как ты меня назвал?
Куан Янья опешил.
Линь Мань Юй невинно и удивленно повторил:
— Младший брат, конечно. Ты называешь меня невесткой, я называю тебя младшим братом, разве это не правильно?
— Пф, кхм… — Чжоу Цзайси отставил чашку и поспешно вытер губы салфеткой. — Прошу прощения, не сдержался.
Куан Янья сердито сверкнул глазами на них обоих, слова выдавливая сквозь зубы:
— П-правильно, хорошая н-невестка.
Глава 3
Слуги вереницей вошли в комнату, расставили чай и закуски, а затем так же организованно удалились.
Отец Куан пробыл здесь всего несколько минут, поздоровался с Линь Мань Юем и Чжоу Цзайси, перекинулся парой фраз и ушел.
Мать Куан с извинением на лице произнесла:
— В последнее время у него много государственных дел, он очень занят, надеюсь, вы не в обиде.
На лице Чжоу Цзайси заиграла легкая улыбка:
— Что вы, о чем вы говорите. Господин Куан возглавляет военное училище, сейчас как раз время поступления новых студентов во всех звездных системах, да и выпускники распределяются в армию, так что занятость — дело естественное.
Линь Мань Юй добавил:
— Мы очень благодарны, что господин Куан нашел время встретиться с нами, несмотря на свою занятость. Мы и требовать большего не могли.
Люди из семьи Линь всегда умели говорить учтиво и к месту.
Мать Куан посмотрела на Линь Мань Юя так, словно он был ее собственным младшим родственником:
— Сидеть и слушать нас скучно, вам, молодым, наверняка есть о чем поговорить.
Она перевела взгляд на Линь Мань Юя и Куан Янья.
Спина Куан Янья напряглась, у него возникло нехорошее предчувствие. Его сопротивление было подобно детской шалости, и мать Куан легко подавила его одним лишь взглядом.
Она спокойно продолжила:
— Мы устраивали банкет, но Мань Юй вряд ли успел тогда рассмотреть наш дом. Янья, проводи Мань Юя на прогулку, так будет лучше для вас, молодых.
Куан Янья согласился.
Линь Мань Юй посмотрел на Чжоу Цзайси. Из-за вчерашнего случая они немного поссорились, и вот уже почти полдня не говорили друг с другом наедине.
Чжоу Цзайси прищурился и махнул ему рукой:
— Иди, я не буду мешать вам, молодежи.
Мать Куан рассмеялась:
— Ты ведь и сам еще молод, к чему это брюзжание.
Они продолжали перекидываться словами, и Куан Янья, хоть и не желал того, бросил Линь Мань Юю:
— Пошли.
Линь Мань Юй замер, а Куан Янья, закончив фразу, зашагал прочь, не давая ему времени на раздумья. Пришлось встать и пойти следом.
Чжоу Цзайси равнодушно проводил их взглядом, затем опустил глаза и принялся пить чай, скрывая чувства, промелькнувшие в его взоре.
*
Куан Янья был явно никудышным экскурсоводом. Выйдя из гостиной, он зашагал широкими шагами, не заботясь о том, поспевает ли за ним гость.
Линь Мань Юю приходилось идти быстрым шагом, чтобы не отстать. Видя, что расстояние между ними увеличивается, он, наплевав на правила этикета из Академии невеСТ, стиснул зубы и перешел на бег.
— Не ходи так быстро, младший брат!
Куан Янья резко остановился и обернулся, его лицо было чернее тучи.
Он прорычал:
— Перестань называть меня младшим братом!
Линь Мань Юй:
— Тогда как мне тебя называть?
Куан Янья скрестил руки на груди и нетерпеливо бросил:
— Просто по имени.
Линь Мань Юй послушно согласился:
— Янья.
Куан Янья глубоко вздохнул, с силой выдохнул и не стал больше спорить. Он отвернулся и снова собрался идти вперед.
Линь Мань Юй поспешил обогнать его и преградил путь:
— Не уходи так быстро, я за тобой не успеваю. Ты ведь обещал показать мне свой дом, а так я ничего не могу рассмотреть.
Куан Янья уставился на дерзкого маленького Омегу, не проронив ни слова.
Они были примерно одного возраста, но обычно такие Омеги старались не приближаться к нему. Они всегда боялись таких свирепых Альф, как он — капризные, проблемные, трусливые, как мыши. Даже если кто-то из Омег и зарился на статус его семьи, стоило ему нахмуриться, как они тут же давали деру.
Омега, воспитанный семьей Линь, и правда оказался не из робкого десятка.
Куан Янья всматривался в его черные глаза и заметил, что зрачки Линь Мань Юя были даже темнее, чем обычные янтарные глаза — как черный нефрит на инь-ян, они словно воронка затягивали взгляд.
Он должен был бы восхититься этой красотой, но в голове крутились слова матери, сказанные вчера:
— Мань Юй — хороший мальчик, у него высокая совместимость с твоим старшим братом, и характер вовсе не взбалмошный. Он определенно подходит твоему брату больше любого другого Омеги, не будь упрямым, Янья.
Это было наставление и предупреждение.
Куан Янья вновь стал бесстрастным:
— Пошли.
На этот раз он не стал идти напролом, как раньше. Линь Мань Юй почувствовал, что тот не в духе, и молчал.
Дом семьи Куан был в целом похож на дом семьи Линь, но отличался деталями оформления.
У виллы семьи Линь была длинная галерея с бамбуковыми шторами, а с одной стороны располагалась стеклянная оранжерея с множеством редких растений.
В доме семьи Куан, едва выйдя из виллы, они увидели небольшой пруд с журчащей водой, от которой летели белые брызги. Несколько живых золотисто-красных карпов кои вынырнули на поверхность, их чешуя поблескивала на солнце.
В каждом месте Куан Янья лаконично пояснял:
— Пруд.
— Фонтан.
— Газон.
— Парковка.
Линь Мань Юй:
— …
Наконец они поднялись с первого этажа на второй.
Вдоль коридора висели картины маслом — портреты поколений семьи Куан, как семейные, так и индивидуальные. Классические полотна перед глазами Линь Мань Юя были написаны в реалистичной манере, с яркими, насыщенными красками, такими же, как золотые волосы Куан Янья.
Линь Мань Юй вдруг вспомнил, что видел своего жениха Куан Сюйвана лишь несколько раз в детстве, а с тех пор больше не встречал — у него даже не было ни одной фотографии жениха в зрелом возрасте.
По какой-то причине портретов этого поколения семьи Куан здесь не висело, и винно-красные стены с цветочным узором выглядели какими-то пустыми.
http://bllate.org/book/36903/4592333
Готово:
