И Кэ уже давно был готов: одной рукой он придерживал мальчика за лоб, а другой, подхватив и приподняв, полностью взял ребёнка на руки. Воспитательница к тому моменту уже вывела остальных детей из лифта. Чжуан Нинъюй нажал кнопку закрытия дверей и легко похлопал Сяо Цун по спине:
— Не бойся.
Сяо Цун по-прежнему сжался в комок и хриплым голосом выкрикнул:
— Мама!
И Кэ на самом деле не умел успокаивать детей и обладал не слишком большим терпением, но при мысле о том, что этот ребёнок, возможно, когда-то сорвался вниз с крыши, его тон невольно смягчился. Он опустил голову и спросил:
— Кто твоя мама?
Однако Сяо Цун наотрез отказался отвечать, лишь отчаянно вопил: «Не надо!». Когда двери лифта снова открылись, он принялся отчаянно вырываться из объятий И Кэ, пуская в ход руки и ноги — кусаясь и брыкаясь. И Кэ слегка нахмурился, ухватил его за загривок, пытаясь отодвинуть от себя подальше, но мальчик вдруг широко вытаращил глаза, его лицо исказилось в жуткой гримасе, из глаз, ушей, нога и рта хлынула кровь, а шея вывернулась под совершенно немыслимым, зловещим углом — точно так же, как у того, кто только что рухнул с террасы.
— Быстро отпусти меня! — завопил он, с искажённым, свирепым выражением лица бросаясь на них. — Злые люди, вы все злые люди!
Чжуан Нинъюй резким движением ухватил его за воротник сзади, а И Кэ одновременно откинулся назад, едва успев пронестись в сантиметрах от этого окровавленного лица. Чжуан Нинъюй вовсе не хотел причинять вреда этому безумному маленькому монстру, да и не мог: в конце концов, было доподлинно известно, что он — главный герой текущей игры, и если с ним что-то случится, это с наибольшей вероятностью будет означать провал задания.
Остальные двое бойцов оперативной группы окружили их, но Чжуан Нинъюй знаком велел им пока не вмешиваться. Сам он изо всех сил попытался зафиксировать ребёнка обеими руками, а затем повернулся и крикнул И Кэ:
— На крышу!
И Кэ стремглав бросился к панели управления лифтом, чтобы нажать кнопку закрытия дверей. Во время бурных попыток освободиться пальцы Сяо Цун случайно зацепились за многофункциональный ремешок часов Чжуан Нинъюя, и спрятанное внутри лезвие мгновенно распороло нежную детскую кожу. Резкая боль заставила мальчика с удвоенной яростью замахать ногами и приняться всех пинать. Часы сорвало с запястья, и твёрдая подошва ботинка тяжело врезалась в старую травму на колене Чжуан Нинъюя. Раздался глухой щелчок, на лбу Чжуан Нинъюя тут же выступил холодный пот, а руки на мгновение потеряли всю силу. Воспользовавшись этим моментом, Сяо Цун вцепился обеими руками в створки лифта и с силой раздвинул их, проделав узкую щель, в которую тут же протиснулся, согнувшись в три погибели.
— Не калечьте его! — Чжун Му с людьми попытался зайти наперерез спереди, но Сяо Цун находился в состоянии полной потери контроля и проявлял сильнейшую агрессию, так что остановить его было просто невозможно.
Единственным способом заставить его успокоиться, пожалуй, было вернуть на террасу, чтобы чувство страха заставило его снова сжаться в комок. У Чжуан Нинъюя только что была точно такая же мысль, но, к сожалению, удержать мальчика вовремя не удалось, а теперь затащить его обратно в лифт было практически невыполнимой задачей.
— Как нога? — И Кэ поддержал Чжуан Нинъюя и присел на корточки, собираясь осмотреть его колено.
— Пустяки, — Чжуан Нинъюй отстранился и сам попробовал пошевелить ногой. Было больно, но подвижность не ограничивалась, что временно укладывалось в допустимые рамки. Он похлопал И Кэ по плечу: — Брось меня, где твоя машина?
— Машина? — И Кэ опустил полу его брюк. — Прямо за этим зданием.
— Подгоняй сюда, — сказал Чжуан Нинъюй. — Поедешь следом за ним по пятам.
И Кэ не до конца понял, зачем это нужно, но расспрашивать не стал. Помогла Чжуан Нинъюю устроиться поудобнее, он широким шагом бросился к машине. Протектор шин скрежетнул по асфальту, тормоза издали резкий визг. Остальные бойцы поспешно отскочили в стороны, совершенно не понимая, что за представление решил устроить И Кэ. Чжун Му в ужасе выпалил:
— Ты что, собрался его насмерть сбить?
Едва затихли его слова, как машина плавно остановилась прямо позади ребёнка. Холостой ход двигателя ревнул и зашелся гудением, и Сяо Цун действительно сразу утих. Он присел на корточки, обхватив себя руками, и весь крупно дрожал. Чжуан Нинъюй, хромая, попытался подойти ближе, но подоспевший И Кэ преградил ему путь. Чжун Му тем временем наклонился и поднял ребёнка на руки, заметив, что тот плачет — беззвучно, охваченный первобытным ужасом слезами, крупными капельки катились из глаз, а сам он тихонько бормотал: «Мама».
Прижав мальчика к груди, Чжун Му уселся на бордюр клумбы, подальше от пригнанной И Кэ машины, и ладонью раз за разом успокаивающе гладил его по спине, мягко спрашивая:
— Твоя мама похожа на ту тетю?
— …Не похожа. — Сяо Цун теребил в руке её длинные, пахучие волосы, неуклюже прижимая их к собственной щеке, а затем закрыл глаза и затих. Казалось, он выбился из сил от следов и выплаканных слёз, что-то бормоча под нос, и вскоре погрузился в тяжелый, полусонный забытьем.
Сяо Цун был возвращен на свою маленькую кроватку в общежитии, а Чжун Му по-прежнему сидел рядом, не отходя от него. В комнате для совещаний Цянь Юэ задал вопрос:
— Глава, откуда вы узнали, что он панически боится автомобилей?
— Вчера во время игры перед сном он проявил явное отторжение к карточке с изображением машины: закрыл глаза руками и завизжал. Реакция была точно такой же, как при виде террасы сегодня, включая утреннее нежелание приближаться к автобусной остановке — судя по всему, причина та же самая.
Цянь Юэ недоумленно нахмурился:
— Странно. В нормальных условиях подавляющее большинство мальчишек его возраста просто обожают машины. Даже если не любят, вряд ли станут до смерти бояться. Неужели его когда-то сбила машина?
— Такая вероятность существует, но вряд ли одно лишь столкновение вызвало бы столь жуткий страх, — ответил Чжуан Нинъюй. — Я предполагаю, что когда он сорвался с крыши, то, скорее всего, был еще жив. После этого кто-то подоспевший следом затащил его в машину, однако в больницу вовремя не отвезли, и его жизнь оборвалась прямо в салоне. Короче говоря, крыша и автомобиль убили его вместе — вот почему он испытывает к ним одинаковый, парализующий ужас.
— Кто-то... Кто именно? Его родной папа, Юань Дали? — предположил Цянь Юэ. В конце концов, раз ребёнка не стало, нормальные родители в любом случае подняли бы вой и стали добиваться правды. Старожилы тех мест никак не могли совсем ничего не запомнить. Есть лишь одна причина, по которой родители могут хранить молчание: если этот родитель сам является убийцей, или, по крайней мере, одним из сообщников.
Свежая версия результатов расследования была уже загружена на сервер. Взглянув на обновившуюся страницу, Чжуан Нинъюй слегка сузил зрачки. И Кэ тоже нахмурился:
— Ду Сяохе... Предположительно... утонула?
— Юань Дали разбогател, но не забыл свои корни, а после разорения не стал портить жизнь односельчанам, поэтому пользовался в деревне прекрасной репутацией — настолько хорошей, что абсолютно все покрывали одну и ту же его тайну.
Сотрудники, занимавшиеся расследованием, с самого начала почувствовали неладное, поэтому потратили уйму сил и времени, пока наконец не разыскали одного жителя той же деревни, который когда-то крепко повздорил с Юань Дали и последние годы постоянно работал на заработках вдали от дома. Именно от него они узнали, что первая девушка Юань Дали, Ду Сяохе, вовсе не бросила его — она погибла. Десяток с лишним лет назад при невыясненных обстоятельствах она утонула в глубоком горном пруду неподалеку от Деревни Юань.
Жизнь этого односельчанина складывалась не лучшим образом, а поскольку Юань Дали некогда подставил его, прикрывать того он, разумеется, не собирался. Закурив, он рассказал:
— В ту зиму Сяо Лю поздно вечером привез в деревню на трехколесном мотоцикле какую-то женщину. Сказал, что это жена Юань Дали, приехала навестить родственников, они случайно встретились на станции, ну он и подбросил попутчицу.
Из родственников Юань Дали, всё еще проживавших в деревне, тогда оставалась лишь одна дальняя тётушка. Старуха была глуха, слепа и рассудком уже не блистала: открыв дверь и невнятно выслушав пару фраз, она впустила женщину в дом. Однако едва забрезжил рассвет, как эта женщина в страшной спешке побежала к дому Сяо Лю, забарабанила в дверь и, вытащив пачку крупных купюр, заявила, что перепутала место, хочет вернуться на междугородний автовокзал и сесть на самый первый утренний автобус, попросив Сяо Лю снова отвезти ее.
— Сяо Лю тогда спросил, почему она так спешит, а она ответила, что приехала не туда, — этот сельский житель в те времена часто выпивал с Сяо Лю, а потому был осведомлен о многих деталях. Выглядела женщина нездоровой, словно только что оправилась от тяжелой болезни: бледная, замотанная по самую голову ярко-красным шарфом, прихрамывая на одну ногу, она сидела в кузове трехколесного мотоцикла, скорчившись донельзя жалко. Говоря об этом, односельчанин смачно сплюнул: — Эта баба в свое время не погнушалась его нищеты, а он — хорош гусь! Разбогател, а отблагодарить человека по-человечески ума не хватило.
Чжуан Нинъюй полистал материалы дела. Согласно показаниям этого свидетеля, когда Юань Дали только сошелся с Ду Сяохе, у него за душой не было ни гроша. Сама же Ду Сяохе, хоть и тоже являлась круглой сиротой, всегда работала на чужбине и имела кое-какие сбережения, так что жила вполне сносно. Сойдясь вместе, они поскребли по сусекам, заняли денег, оформили кредит и купили большой грузовик. Юань Дали честно крутил баранку на дальних рейсах несколько лет подряд, и лишь после этого у него постепенно завелись деньги.
Односельчанин выпустил клуб дыма:
— С тех пор как Сяо Лю отвез ее обратно, жена Юань Дали больше никогда не появлялась в деревне. А еще через два года в пруду у Горы Гаолинь обнаружили человеческий скелет — женские останки пролежали в воде больше года.
В полицейской сводке значилось, что у утопленницы была старая травма ноги. Жители деревни не были дураками и, вспомнив хромающую женщину в ту метельную ночь, конечно же, начали строить догадки. Но догадки догадками, а соваться к полисменам с подобными разговорами никто не пожелал: улик нет, и портить себе жизнь лишними хлопотами никому не улыбалось.
Поскольку тело никто не опознал, полиция в конце концов закрыла дело, отправив его в архив нераскрытых преступлений.
Чжун Му продолжил:
— Кроме того, есть продвижение по поводу той башни подавления духов на верхнем этаже. Коллеги из следственной группы наконец разыскали сотрудника управляющей компании тех лет. По его воспоминаниям, верхний этаж первого корпуса в те годы почему-то внезапно начал протекать. Расценки сторонних строительных компаний оказались слишком высокими, а процедура использования фонда капитального ремонта была слишком сложной и забюрократизированной, из-за чего руководство ломало голову. И тут как раз объявился какой-то прораб и заявил, что готов взяться за эту работу.
Чжуан Нинъюй выдвинул предположение:
— Юань Дали?
— Нет, — покачала головой Е Цзяоюэ. — К тому моменту Юань Дали из-за азартных игр уже по уши залез в долги и скрывался от кредиторов повсюду. Тот прораб предоставил всю необходимую строительную квалификацию по правилам — это была крошечная ремонтная бригада-одиночка. В управляющей компании сначала сомневались, но подрядчик пообещал сперва сделать работу и только потом получить оплату, а жильцы верхних этажей продолжали наседать с жалобами, так что им в итоге разрешили попробовать.
В итоге эта строительная шабашка выполнила работу на удивление быстро и на совесть, да заодно бесплатно отремонтировала жильцам несколько бельевых столбов. Поскольку расценки оказались поистине божескими, все сотрудники управляющей компании рассыпались в благодарностях, а один из них даже захотел нанять эту бригаду для ремонта собственного старого дома. Поэтому он потратил немало сил: долго искал и наконец вышел на след этой команды.
— Тот сотрудник выяснил, что они вовсе не были какими-то «вольными каменщиками», а числились официальными сотрудниками строительной компании Юанье. Что же касается причин скрывать свою истинную принадлежность к компании, то тогдашнее объяснение прораба сводилось к тому, что у него туго с деньгами, поэтому он тайком подрабатывал на стороне.
Цянь Юэ не поверил:
— Какие еще подработки на стороне? Даю голову на отсечение, что это Чэн Е по поручению Юань Дали затирал чужие следы.
И Кэ спросил:
— Разве одного только колодца, который Чэн Е соорудил на крыше, недостаточно, чтобы вызвать его на допрос?
Е Цзяоюэ кивнула:
— Глава Хо встретится с ним лично уже завтра.
Чжуан Нинъюй разложил по полочкам наиболее очевидные на данный момент улики:
1. Юань Дали и Ду Сяохе некогда снимали жилье в Жилом комплексе Таоли, они состояли в романтических отношениях;
2. Ду Сяохе вела домашнее хозяйство, а Юань Дали занимался дальними перевозками и зарабатывал деньги;
3. Жильцы комплекса не считали Ду Сяохе жертвой домашнего насилия;
http://bllate.org/book/36750/4572019
Готово:
