Пэй Вань с полуулыбкой бросил взгляд в сторону, как вдруг встретился с Лу Вэньсином взглядом. Тот приподнял бровь и беззвучно одними губами спросил:
— Простудился?
Лу Вэньсин улыбнулся и ничего не ответил.
Пэй Вань понял, что тот выручает его из неловкого положения, и больше ничего не говоря, последовал его примеру — взял чашку с водой и сделал небольшой глоток.
Однако все присутствующие здесь не были дураками. Разве могли они не заметить царившую в воздухе напряжение, натянутую до предела, словно тетива? Прекрасно понимая, что их провели и они примчались сюда даром, люди всё же были вынуждены проглотить свой гнев и под первым попавшимся предлогом удалились.
В гостиной остались только трое. Пэй Вань понимал, что сейчас начнётся самое главное, но по-прежнему невозмутимо пил воду, не проявляя ни малейшего намерения заговорить первым.
Молчание нарушил Сун Цзяньцин:
— Мам, разве ты не хотела кое о чём поговорить с Сянсяном?
Лишь тогда Сун Я неохотно перевела взгляд на Пэй Вань, а в её тоне всё так же сквозило раздражение:
— Из тех людей выбери одного для замужества.
— Замужества? — Пэй Вань опустил чашку, и в его голосе послышалась усмешка. — Я что, расслышал?
Сун Я нахмурилась:
— Ты думаешь, я с тобой шучу?
Пэй Вань пожал плечами:
— Звучит и вправду дико.
— Дико? Разве это более дико, чем то, как ты в открытую подыскивал себе мальчиков-моделей на ежегодном банкете Цимин? Знаешь ли ты, что подумают окружающие, если это выплывет наружу? Что они скажут о Цимин и о семье Пэй? Если тебе твоё лицо не дорого, то мне дорого! — Сун Я говорила с явным отвращением. — К тому же, разве ты не хочешь просто развлечься? Неужели эти люди менее чисты, чем те мелкие знаменитости?
— Сянсян, мама вовсе не это имела в виду, — поспешно вмешался Сун Цзяньцин, пытаясь всё сгладить. — Раз уж у тебя возникла мысль найти спутника жизни, стоит подойти к этому более обдуманно. Выбери кого-нибудь без особых амбиций, составь грамотный брачный контракт — по крайней мере, посторонние не смогут посягнуть на твоё имущество. Как раз эти семьи считаются вполне ровней дому Пэй, ты…
Пэй Вань с глухим стуком опустил чашку на стол и произнёс холодным, ровным тоном:
— С каких это пор какой-то посторонний человек получил право указывать, кому переступать порог моего дома?
— И ещё, я разве не говорил тебе много раз — не смей называть меня по имени, — Пэй Вань бросил на него леденящий взгляд, полный презрения. — Ты хоть этого достоин?
Маска фальшивой заботы мгновенно треснула на лице Сун Цзяньцина.
Больше всего на свете он ненавидел, когда кто-то попрекал его происхождением. Но, столкнувшись с абсолютно безразличным взглядом Пэй Ваня, он мгновенно взял себя в руки: и что с того, что он не родной ребёнок семьи Пэй? Материнская любовь, за которую Пэй Вань так отчаянно цеплялся и которую пытался завоевать всеми возможными способами, всё равно с такой лёгкостью досталась ему!
Да и кто из тех людей за пределами этого дома не отзывался о Пэй Ване с жгучей ненавистью? Если сравнивать их двоих, то именно Пэй Вань был жалким существом, которого никто не любил!
Заметив, что у Сун Цзяньцина покраснели глаза, Сун Я крепко сжала челюсти, и её взгляд, устремлённый на Пэй Ваня, наполнился нескрываемой ненавистью:
— Это что ещё за тон, которым ты разговариваешь с родной матерью и братом?
Что-то промелькнуло совсем рядом с его ухом, на щеке тут же вспыхнуло влажное тепло. До слуха донёсся звон разбитого фарфора и испуганный возглас Сун Цзяньцина, но в голове Пэй Ваня билась лишь одна-единственная мысль: оказывается, она тоже знает, что он — её настоящий, кровный сын.
Непонятно почему, глядя на такое знакомое лицо Сун Я, Пэй Вань вдруг почувствовал из глубины души, до чего же чужой и жуткой она стала.
— Мам, не сердись, — Сун Цзяньцин торопливо подбежал к Сун Я, помогая ей восстановить дыхание. — Не порть здоровье из-за него.
Сун Я полуприслонилась к нему, опираясь рукой о его локоть:
— Какое счастье, что ты у меня есть.
Какая трогательная картина: любящая мать и преданный сын. Пэй Вань опустил взгляд на чаинки, плавающие в чае, и подумал: надо же, прошло столько времени, а он всё так же ненавидел зелёный чай.
Переведя взгляд через плечо Сун Цзяньцина, Пэй Вань посмотрел на пылающую гневом Сун Я:
— Вы ведь позвали меня сюда явно не для того, чтобы сводить меня с кем попало? Давайте к делу, я спешу.
Сун Цзяньцин слегка кашлянул.
— Раз уж зашёл разговор о деле, — Сун Я оправила волосы, слегка приподняла подбородок и заговорила командным тоном, не терпящим возражений: — Проект №1 передай в ведение Цзяньцина.
С такой уверенной правотой, словно была заранее убеждена, что он покорно послушается.
Пэй Вань нашёл это лишь забавным:
— С какой стати?
— Да это же изначально вещь Цзяньцина! Если бы не твои интриги и палки в колёса!
Сун Я говорила с такой яростью, что на мгновение Пэй Валю показалось, будто она смотрит на кого-то другого сквозь его пелену:
— Ты всё ещё гордишься собой? То, чего другим приходится добиваться упорным трудом долгие годы, ты можешь забрать в два счёта, совершенно не считаясь с чувствами окружающих! Тебя волнует лишь то, будет ли удовлетворено твоё собственное тщеславие! Ты всегда был таким — эгоистичным, капризным и невероятно тщеславным!
Лицо Сун Цзяньцина уже начало бледнеть:
— Мам, что ты говоришь? Сянсян наверняка не со зла, он…
— При чём тут «не со зла»? — Сун Я прервала мольбы Сун Цзяньцина, глядя на него с досадой и отчаянием. — Он довёл тебя до депрессии, а ты всё ещё говоришь, что он не со зла?
Сун Цзяньцин больше ничего не сказал. Он отвернулся, и его плечи слегка задрожали.
Увидев, что тот плачет, Сун Я посмотрела на Пэй Ваня с ещё большим отвращением:
— Ты уже довёл своего брата до такого состояния, чего тебе ещё нужно? Всё равно ты рано или поздно умрёшь, и в конце концов всё это достанется Цзяньцину! Если сегодня же ты не вернёшь Проект №1 своему брату, можешь больше никогда не появляться у меня на глаза.
[Всё равно ты рано или поздно умрёшь, и в конце концов всё это достанется Цзяньцину!]
Эти слова, словно заклинание, эхом отдавались в голове Пэй Ваня. Переступая порог этого дома, он был готов к тому, что его снова ранят до крови, но сейчас, услышав эту фразу, он не почувствовал внутри ни малейшего отскока, даже капли грусти не шевельнулось в душе.
В голове мелькнула лишь странная мысль: а не включить ли и этот пункт в его брачный контракт?
Пэй Вань молча выдержал долгий взгляд глаза в глаза с Сун Я, а затем они услышали, как он с улыбкой произнёс:
— Хорошо.
Сун Цзяньцин мгновенно обернулся:
— Ты согласен?
— Согласен, — Пэй Вань отвёл взгляд и произнёс ровным голосом, наблюдая, как лица Сун Цзяньцина и Сун Я озаряются неподдельной радостью. — Это мой последний визит в этот дом.
Улыбка застыла на лице Сун Цзяньцина, глаза расширились от неверия:
— Что ты сказал?
Молча насладившись переменой в их лицах, Пэй Вань поднялся с места. Голос его звучал бесстрастно:
— Я сказал, что это мой последний приход сюда. Больше нам видеться не придётся, госпожа Сун должна быть счастлива?
Но Сун Я вдруг взвизгнула, словно ей наступили на больной мозоль, и завопила:
— Что ты снова мелешь? Неужели ты успокоишься только тогда, когда доведёшь меня до могилы?!
http://bllate.org/book/36547/4541418
Готово:
