Затем дядя Мань повернулся к капитану и, подняв большой палец, одобрительно произнёс:
— План Сяо Се отличный. Делаем именно так!
Так он без обиняков поддержал предложение капитана.
Су Вэнь перевела взгляд с одного участника группы на другого. Её интуиция подсказывала: между этими четверыми явно что-то не так. Отношения у них вовсе не такие безоблачные, как уверял дядя Мань.
К тому же, похоже, капитан не обладает абсолютным авторитетом в коллективе.
Взгляд Су Вэнь остановился на юноше с миндалевидными глазами.
Фэн Шэнцзе — тот самый, кто только что усомнился, умеет ли Су Вэнь петь, — пожал плечами в сторону парня с миндалевидными глазами.
Тот лишь слегка покачал головой, сохраняя на лице едва уловимую улыбку.
Их молчаливый обмен взглядами и жестами не ускользнул от внимания Су Вэнь.
Теперь она точно знала, кто из них по-настоящему не рад её появлению.
Общение с четырьмя незнакомцами было неловким. Су Вэнь молча стояла в стороне, не собираясь первой нарушать молчание.
Раз она сама не открывала рта, четверо юношей и подавно не спешили заговаривать.
Сначала дядя Мань этого не заметил.
Он с воодушевлением взял на себя обязанности ассистента: нашёл для Су Вэнь женщину-визажиста, чтобы та подправила макияж, а затем сбегал за запасной маской.
Лишь когда немного передохнул, он вдруг вспомнил, что так и не представил новичка остальным.
— Ох, какая у меня решетчатая память! Ну-ка, сейчас всё исправлю. Это Су Хао. С сегодняшнего дня он — пятый участник группы «Тяньлан», — сказал дядя Мань, потянув Су Вэнь за руку.
— Дядя Мань, я как раз подкрашиваю ему брови! Не тяните его! — возмутилась визажистка, не отрывая взгляда от лица Су Вэнь. Она отлично заметила, как тот невольно поморщился от рывка, и не удержалась, чтобы не отчитать дядю Маня.
Тот опешил — не ожидал, что даже простая визажистка осмелится на него повысить голос.
Су Вэнь, видя замешательство, спокойно сказала:
— Здравствуйте, я Су Хао.
Она улыбнулась в сторону четверых юношей.
Услышав её представление, дядя Мань на мгновение замялся, но решил не вступать в спор с визажисткой и занялся тем, что пытался наладить первый диалог между пятью участниками «Тяньлан».
— Ну же, представьтесь и вы. Что с вами? Все лица кислые, — сказал он, внимательно оглядывая каждого.
Даже у обычно невозмутимого капитана выражение лица было странным — будто он увидел нечто по-настоящему удивительное.
Молчаливый юноша вдруг вырвался:
— Он улыбается, как девчонка.
Как девчонка?!
Чёрт! Она уже раскрылась?!
Сердце Су Вэнь заколотилось, лицо мгновенно стало ледяным.
Она знала: её маскировка не идеальна. Даже если она понижала голос, ставила стельки и специально наносила мужской макияж, всё равно в ней оставалась некоторая женственность.
Наверное, именно сейчас, когда визажистка подправила ей макияж, убрав большую часть контуринга, её улыбка стала слишком мягкой, слишком женственной.
«Спокойно, нельзя паниковать», — твердила себе Су Вэнь.
Ведь тот парень сказал лишь «похож», он ещё не раскусил её настоящую сущность!
В этот момент система, до сих пор молчавшая в её голове, вдруг ожива:
— Заплати десять единиц желаний — и кризис раскрытия личности будет устранён.
Су Вэнь мысленно возмутилась: «…Как я могу говорить вслух при всех?»
Система, словно уловив её мысли, тут же добавила:
— Отныне можешь просто думать — я услышу. Десять единиц желаний — и твой кризис идентичности разрешён.
Су Вэнь мысленно ответила: «У меня нет желаний. Наоборот, я тебе должна тысячу. Откуда мне платить?»
Система невозмутимо парировала: «Можешь взять в долг».
В долг?
Неужели система так добра?
Су Вэнь подавила сомнения и уклончиво ответила: «Подумаю».
Она уже начала понимать характер этой самопровозглашённой «Системы Желаний». Та жаждет желаний — и не подаст голоса, если не увидит шанса их получить.
Это даже к лучшему: с таким подходом общаться проще, а пользоваться системой — безопаснее.
Пока Су Вэнь размышляла, дядя Мань, услышав слова молчаливого юноши, тут же обернулся к ней, чтобы оценить реакцию.
И у него сердце ёкнуло.
Выражение лица Су Вэнь стало ледяным. В этот момент он напоминал оскорблённого божества — с холодом, присущим лишь высшим силам, и с такой давящей аурой, что дышать становилось трудно.
«Ох и наворотил же я дел! — подумал дядя Мань. — Не прошло и нескольких минут с момента знакомства, а они уже готовы друг друга рвать!»
Он сердито уставился на молчаливого юношу:
— Сы Чжихан, закрой свой рот!
Этот болтун Сы Чжихан! Стоит ему раскрыть рот — и он обязательно кого-нибудь обидит.
Какой же нормальный парень обрадуется, если ему скажут, что он похож на девчонку?!
Разве такое можно говорить вслух? Это же чистой воды провокация!
Дядя Мань давно работал с артистами «Тяньлан» и знал их характеры. Если бы ему пришлось ранжировать, кого из них опаснее всего злить, он бы без колебаний поставил Сы Чжихана на первое место.
Даже самый нелюдимый капитан Се Ицзэ легче в общении, чем этот парень.
Сы Чжихан обычно молчал, разве что иногда спорил с Фэн Шэнцзе. Но если уж открывал рот — говорил прямо в глаза, без обиняков, и всегда попадал в больное место. Хорошо ещё, что он молчалив по натуре — иначе бы его давно избили до полусмерти за язвительные замечания.
Услышав выговор, Сы Чжихан помолчал несколько секунд. Дядя Мань уже подумал, что тот одумался, но юноша серьёзно добавил:
— Он улыбается очень похоже на девчонку.
«Боже мой, да заткнись ты уже!» — чуть не застонал дядя Мань.
Он чувствовал, как взгляд Су Вэнь превратился в острые клинки, готовые разорвать Сы Чжихана на куски.
Этот юнец не просто уколол — он вонзил нож дважды!
Дядя Мань с горечью подумал о том, насколько низок эмоциональный интеллект Сы Чжихана.
— Да где же он похож?! — торопливо возразил дядя Мань. — Просто Сяо Хао красив! Просто прекрасен!
Су Вэнь не сводила глаз с Сы Чжихана. Тот, казалось, не замечал ни гнева дяди Маня, ни ледяного взгляда Су Вэнь. Его внимание было приковано к Су Вэнь, и он медленно, с головы до ног, внимательно её разглядывал.
Когда его взгляд достиг её рук, он несколько раз пересмотрел их. Его выражение лица явно изменилось.
«Нельзя позволить ему продолжать!» — поняла Су Вэнь.
Женские и мужские кости отличаются — хотя бы размерами.
Если он продолжит так пристально смотреть, она точно раскроется!
Автор примечает: Су Вэнь: крепко-накрепко прижимает свой маленький секретик >ω<
[Исправлено]
— Десять единиц желаний — и кризис раскрытия личности будет устранён.
Система снова появилась в голове Су Вэнь, предлагая ей взять в долг.
Су Вэнь на мгновение задумалась.
«Если каждый раз, когда возникнет подобная экстренная ситуация, я буду бежать к системе за помощью в долг, — подумала она, — то скоро стану её рабыней».
Поэтому, если только не будет крайней необходимости, она не собиралась идти на уступки системе.
Но пока она колебалась, произошло неожиданное.
— Больше нельзя тянуть! Группа «Тяньлан» немедленно на сцену! — ворвался в гримёрную запыхавшийся сотрудник организационного комитета музыкального фестиваля.
Он с такой силой прорвался сквозь толпу помощников, что прямо перед Су Вэнь и другими участниками образовался свободный проход.
Дядя Мань был ошеломлён:
— Я же только что договорился с вами — наш номер переносится на финал!
Когда он ходил за маской для Су Вэнь, он заодно обсудил с организаторами: у них возникли небольшие трудности, и им нужно время, чтобы адаптировать выступление. Поэтому они просили перенести номер на самое последнее место.
Организаторы согласились без возражений.
Дядя Мань думал, что всё улажено, но теперь снова возникла проблема.
Сотрудник организационного комитета растерянно спросил:
— Вы же сказали «отложить»? Мы уже немного подождали.
Дядя Мань онемел.
«Отложить» и «перенести на самый конец» — это две большие разницы.
Но делать нечего. Дядя Мань обернулся к четверым юношам:
— Вы слышали. Надо выходить сейчас. Сможете?
Капитан взглянул на остальных троих. Те молча кивнули.
— Дядя Мань, сможем, — ответил капитан.
Дядя Мань бросил мимолётный взгляд на Су Вэнь, похлопал её по плечу и успокаивающе сказал:
— Я сначала провожу их на сцену. Подожди здесь.
— Хорошо, — ответила Су Вэнь.
Она только рада была избавиться от пристального взгляда Сы Чжихана.
Су Вэнь боялась, что юноша уже заподозрил неладное.
Сы Чжихан, казалось, молчалив и послушен — он шёл за капитаном, не произнося ни слова.
Четверо старых участников «Тяньлан» отправились на сцену под присмотром дяди Маня.
— Су Хао, давай я подкрашу тебе макияж? — осторожно спросила визажистка, которая ранее заступилась за Су Вэнь.
Су Вэнь, понизив голос, спросила:
— Успеем?
Она заранее изучила детали фестиваля: фанаты сообщили, что «Тяньлан» исполнит всего одну песню.
А это максимум пять минут.
Ранее визажистка работала медленно, и Су Вэнь уже хотела сказать, что на сцене будет в маске и макияж не нужен.
Но без макияжа тоже рискованно.
Вдруг какой-нибудь неадекватный фанат сорвёт маску прямо на сцене?
В фанатских кругах полно странных случаев — сорвать маску — это ещё цветочки.
Если бы её маску сорвали, и перед сотнями зрителей предстала бы девушка без макияжа…
Су Вэнь хоть и была уверена в своей внешности, но решила: лучше следовать совету дяди Маня и выйти на сцену в профессиональном макияже, чтобы предстать перед публикой в самом лучшем виде.
Кто мечтает стать звездой, тот должен всегда заботиться о своём имидже.
Иначе после дебюта старые фото всплывут в сети — и станут чёрной меткой на всю жизнь.
Су Вэнь была очень дисциплинированной.
Визажистка смущённо улыбнулась:
— Обычно я быстро крашусь. Просто у тебя кожа такая идеальная и черты лица прекрасные — я даже не знаю, что улучшать! Сейчас подкрашу брови потемнее. Фанаты наверняка будут снимать видео — макияж должен быть ярким.
— Спасибо, — сказала Су Вэнь.
— Да что вы! Это совсем не трудно! — замахала руками визажистка.
Видимо, почувствовав лёгкое доверие со стороны Су Вэнь, она, подкрашивая брови, таинственно прошептала:
— Су Хао, дядя Мань, который привёл тебя сюда, на самом деле недавно ушёл с поста главы отдела по связям с общественностью, но всё ещё держит в руках часть акций компании. Поэтому, хоть он и ушёл с должности, у него ещё есть реальная власть. Конечно, он не сравнится с братом Цзян, так что тебе не обязательно ему угождать. Кстати… Су Хао, теперь ты официально участник группы — если понадобится визаж, обращайся ко мне. Я всегда свободна.
Су Вэнь на мгновение опешила — неужели визажистка специально заигрывает с ней?
С лёгкой усмешкой она спросила:
— Откуда ты знаешь, что я точно стану участником группы? Я ещё не подписал контракт — всё ещё под вопросом.
— Какой же тут вопрос! — широко раскрыла глаза визажистка. — Се Ицзэ уже согласился. Дядя Мань лично всем сказал. А если Се Ицзэ согласен, то для брата Цзяна — это просто формальность. Тебе остаётся только подписать бумаги!
Су Вэнь мысленно повторила имя «Се Ицзэ» — оно показалось ей знакомым.
— Се Ицзэ — это имя капитана? — уточнила она.
Визажистка вдруг вспыхнула и сжала кулаки:
— Да! Это капитан. Се Ицзэ невероятно крут! Особенно когда он… — тут она запнулась, будто забыв о работе.
Су Вэнь воспользовалась моментом и надела маску, которую дядя Мань принёс ей ранее.
За время, пока дядя Мань якобы ходил за маской, он успел сделать немало: договорился с организаторами фестиваля, сообщил сотрудникам агентства Хэнъюнь о своём влиянии, чтобы те не смели пренебрегать Су Хао, и заодно принёс эту маску — чтобы скрыть лицо новичка и добавить загадочности.
http://bllate.org/book/3647/393891
Готово:
