Кто бы мог подумать, что, дойдя до угла сбоку от бара и еще не успев повернуть в сторону туалета, Вэй Тин увидит драку.
Среди дерущихся было трое охранников в одинаковых черных костюмах и черных рубашках, а также двое мужчин в яркой одежде, судя по всему, посетители бара. Они грязно ругались, выкрикивая бессвязные фразы вроде: «Строишь тут из себя недотрогу, да сюда все за этим ходят», «Просто цену набиваешь» и «Я сегодня все равно тебя получу». А с другой стороны…
Черт!
С другой стороны неожиданно оказались Кэйн и какой-то незнакомый мальчик.
Не успев толком во всем разобраться, Вэй Тин сделал пару быстрых шагов вперед и с размаху ударил ногой в спину охранника, который как раз занес кулак, чтобы врезать Кэйну по лицу.
Охранник потерял равновесие и рухнул вперед, его тяжелое тело с глухим стуком врезалось в пол.
Остальные двое охранников на секунду замерли, но, сообразив, что Вэй Тин только что сбил их товарища, тут же толпой бросились на него, намереваясь скрутить.
Вэй Тин, уворачиваясь от ударов и одновременно отбиваясь кулаками, заорал на Кэйна:
— Уходи отсюда!
Вообще-то, судя по прежней боевой подготовке Кэйна, с такими охранниками из бара — не то что с тремя, а даже с пятью или десятью — он справился бы в одиночку. Но теперь, когда один его глаз не видел, а правая нога хромала, он неминуемо оказался в невыгодном положении, столкнувшись с несколькими взрослыми мужчинами.
Поэтому, как бы Кэйну ни было противно и обидно, он понимал, что его присутствие станет лишь обузой, и, схватив за руку незнакомого Вэй Тину мальчишку, бросился к выходу из бара.Вэй Тин тоже не хотел навлекать на себя неприятности. Быстро и решительно разобравшись с тремя охранниками, он стремглав выскочил из бара через заднюю дверь.
По привычке, оставшейся ещё со времён службы в наёмном отряде, при временном разделении члены группы должны были самостоятельно направляться к точке сбора, расположенной в одном километре к востоку от места рассеивания.
Шаг у Вэй Тина был быстрый, и, не пробежав и нескольких сот метров, он догнал Кэйна с мальчишкой.
На всякий случай Вэй Тин прямо с дороги поймал такси, усадил внутрь Кэйна с ребёнком, а затем и сам юркнул за ними на заднее сиденье.
Подобные заведения с сомнительной репутацией всегда находились под чьим-то покровительством, и Вэй Тин прекрасно понимал, что для приезжих чужаков вроде них, заступиться за которых некому, учинить драку и остаться на прицеле у местных — сущий кошмар. Самым разумным решением было убираться как можно дальше и как можно скорее.Сев в машину, Вэй Тин предусмотрительно не стал называть водителю настоящий адрес их с Кэйном квартиры, а вместо этого назвал случайную станцию метро, расположенную совсем в другой стороне.
После этого Вэй Тин слегка повернулся на сиденье и принялся внимательно разглядывать незнакомого парня, сидевшего на заднем ряду рядом с Кэйном.Этот мальчик выглядел крайне молодо — ему было максимум лет двадцать, со светлыми волосами, голубыми глазами и нежной белой кожей. Он был очень красив, но с некоторым женственным налётом в чертах лица.В этот момент глаза мальчика были полны слёз, и он в испуге и растерянности переводил взгляд то на Кэйна, то на Вэй Тина, то снова на Кэйна.
Вэй Тин приподнял бровь и перевёл взгляд на Кэйна.
— Только что в уборной я увидел, как кто-то принуждает его продавать себя, — небрежно бросил Кэйн. — Вот и помог.Вэй Тин сопоставил это с грязными словами, которые только что выкрикивали те клиенты, когда они проезжали мимо места драки, и сразу догадался о сути происходящего — Кэйн сидел за выпивкой и захотел в туалет, а по пути наткнулся на клиентов, которые принуждали этого парня к продаже тела. Парень, видимо, не согласился и огрызнулся, а Кэйн как раз это увидел, не стерпел и вступился за него, в результате чего сцепился с теми клиентами с кулаками, да еще и привлек охрану бара.
Ладно, Вэй Тин пожал плечами: такое проявление справедливости в духе «увидел несправедливость — обнажил меч» было вполне в стиле Кэйна.
Поэтому Вэй Тин больше ничего не стал говорить, развернулся и устроился на пассажирском сиденье. Он слышал, как сидящий сзади Кэйн спросил парня: «Где ты живешь? Сначала отвезем тебя домой».
— Я... — парень робко посмотрел на Кэйна, а затем на Вэй Тина своими чистыми изумрудными глазами и долго не мог вымолвить ни единого связного слова.
Вэй Тин чувствовал, что парень немного боится Кэйна — в конце концов, внешность у Кэйна действительно довольно устрашающая.
Но, немного помедлив, парень всё же повернулся к Кэйну и очень серьезно произнес: — Спасибо, большое спасибо вам, господин, спасибо, что только что помогли мне.
Кэйн беспечно пожал плечами и вернулся к прерванному разговору: — Разве ты еще не совершеннолетний? Сбежал от родителей в бар, поэтому боишься возвращаться домой?
На самом деле тон, которым Кэйн разговаривал с мальчиком, был уже чрезвычайно мягким — по крайней мере, по мнению Вэй Тина, это вполне можно было назвать «ласковым». И всё же парень слегка вздрогнул и срывающимся от слез голосом ответил: — Нет! Мне уже девятнадцать лет! Я устроился в бар официантом... то есть нет, не таким официантом! Я только продаю алкоголь, а не... Мне, мне нужно вернуться. Сегодня мой второй рабочий день, я даже внес залог за униформу — больше трехсот кредитов, мне нужно забрать эти деньги...
Услышав это, Вэй Тин бросил взгляд назад через зеркало заднего вида и только тогда заметил, что на парне действительно была надета та самая белая рубашка, черные брюки и черный галстук-бабочка, которые носили барные официанты.
Эта форма явно была ему не по размеру: тощая хрупкая фигурка болталась в просторной рубашке, создавая ощущение какой-то болезненной хрупкости.
Кэйн не выносил мужских слез, и даже если плачущий был едва совершеннолетним мальчишкой, его это тоже раздражало. Он нахмурился и сурово бросил: — У тебя в голове дерьмо вместо мозгов? Если ты сейчас вернешься, та компания клиентов, возможно, еще не ушла. Ты хочешь лечь с ними в постель?!
Мальчик остолбенел. Он уставился на Кэйна своими чистыми зелеными глазами, словно не понимая, как кто-то может произносить столь вульгарные и грязные вещи с таким невозмутимым видом.
Кэйна от этого взгляда перекосило от раздражения, и он резко отвернулся, перестав смотреть на парня.
Парень чувствовал себя до крайности обиженным. Ему хотелось заговорить с Кэйном, но он не смел. Жалобно поглядев на него добрую половину минуты и поняв, что тот вовсе не собирается продолжать с ним диалог, он был вынужден перевести полный мольбы взгляд на Вэй Тина, сидевшего спереди.
— Г-господин, можно ли всё-таки вернуться? М-мне нужно уволиться у хозяина и забрать деньги за форму.
Вэй Тин закатил глаза. Сам он изначально тоже не отличался мягким характером, но теперь, на фоне Кэйна — этого «плохого полицейского», ему самому приходилось играть роль «хорошего полицейского», утешающего ребенка. Безобразие какое-то.
— Если ты сейчас вернешься, та компания тебя живым не выпустит, — прямо сказал Вэй Тин. — Они еще и повесят на тебя недавнюю драку. Деньги за форму тебе никто не вернет, да еще и заставят выплачивать компенсацию за стекло, разбитое во время потасовки.
http://bllate.org/book/36450/4527523
Готово:
