Конечно, ощущения были скверными. Сяо Юй облизал пересохшие губы и спросил:
— Сколько дней я проспал?
— Три. Ю Фу говорил, что ты впал в демоническое помешательство. Если бы тебя вовремя не вырубили, остаток жизни провёл бы на постели.
Сяо Юй подумал про себя, что удар у этого парня был поистине тяжёлым.
— Сколько ты услышал той ночью?
— Ничего не услышал, спал крепко-крепко.
Пэй Нин посмотрел на него с таким видом, будто совершенно ничего не знает.
Даже если в тот момент, когда Сяо Юй потерял рассудок, он и сам понимал, какую подняли шумиху, Пэй Нин всегда спал чутче обычных людей, так что не услышать он просто не мог. А заявления о том, что он не просыпался — не более чем предлог.
В голове Сяо Юя роились тяжёлые мысли: с одной стороны, он боялся, что слова того парня по имени Сяо Пин окажутся правдой, с другой — подозревал, что вся эта шайка просто водит его за нос.
Пока он колебался, разрываясь между сомнениями, Пэй Нин, похоже, о чём-то вспомнил.
— Хочешь кое на кого посмотреть?
Пэй Нин отдёрнул занавеску и крикнул наружу:
— Цайнян, глянь сюда!
На козлах передней повозки сидела маленькая девочка, похожая на исхудавшую мартышку. Услышав голос, она обернулась и помахала им рукой.
Сяо Юй поймал себя на мысли, что лицо кажется ему знакомым, и только тогда сообразил, что это та самая девчушка, которая предупредила их о мошенничестве.
— Эта девчонка сообразительная, мне стоило немалых трудов её отыскать.
Пэй Нин обнял Сяо Юя за плечи и с улыбкой произнёс:
— Раз уж тебе не хватает ребёнка для уюта, я возьму её в приёмные дочери, а тебя она признает приемной матерью. Как тебе такое?
Глава девятая. Ючжоу (часть первая)
Сяо Юй, у которого теперь неожиданно появился ребёнок, все эти дни ходил мрачнее тучи. Пэй Нин заметил его дурное настроение, и как раз в этот момент они прибыли в пределы Ючжоу, так что он решил вывезти спутника развеяться.
Ючжоуский префект был учеником семьи Пэй, но сам приезд Пэй Нина сюда преследовал иные цели.
— Ты хочешь вернуть мне память?
Сяо Юй покосился на него, глядя с недоверием.
— Всё равно ведь никуда не денешься. Раз уж ты ходишь хмурый, а у этого молодого господина паршивое на душе, так и быть, помогу тебе разрешить эту заботу — ещё подумают, будто в семье Пэй принято притеснять слуг.
Пэй Нин приподнял его за подбородок, слегка потерев больший палец о указательный, наслаждаясь порождённым смущением и лёгким гневом на щеках Сяо Юя, заодно позволив себе тайком полакомиться нежным персиковым убранством.
Вроде бы и было решено искать, но в такой огромной Подданной с чего именно начать?
Сяо Юй испытывал беспокойство.
— Не спеши. Человек не может прожить жизнь, не оставив следов. Металлическая руда, из которой сделан меч, присланный тебе той шайкой, добывается только в Ючжоу. Твоих родителей погубил императорский двор, к тому же кто-то пачками скупает сирот и обучает из них наемных убийц с немалой силой. Если тянуться за этим хвостом, в конце концов докопаешься до правды.
Префект Ючжоу связан давней дружбой с моим отцом. В эти дни мы обратимся к нему за помощью, посмотрим, удастся ли отыскать какие-нибудь зацепки.
— Разве ты не говорил, что в ту ночь ничегошеньки не слышал?
— Сначала-то я собирался прикинуться глухой мартышкой, которой до всего нет дела. Да только ты все эти дни ходил поникший, точь-в-точь вяленая рыба на солнце. Твой муж всё же предпочитает прежнего тебя.
Закончив говорить, Пэй Нин подался ближе, намереваясь приласкать его, но Сяо Юй проявил проворство и молниеносно увернулся.
— Тц, — Пэй Нин, чей хитрый замысел провалился, изобразил лёгкое сожаление. — Всё-таки раньше было лучше: тело мягкое, словно без костей, чуть что — сразу на колени падает, что ни прикажешь — всё исполнит.
Пэй Нин даже мысленно упрекнул себя, пожалев, что не воспользовался возможностью уделить побольше внимания и потискать его.
Сяо Юй промолчал и вместо ответа спрыгнул с повозки, направляясь к Цайнян.
Когда Цайнян только появилась здесь, она была чёрной, как смоль, тощей мартышкой, но стоило Пэй Нину несколько дней покормить её вволю хорошей едой, как она на глазах округлилась. Вот только смуглый оттенок кожи остался прежним, а на голове красовались два торчащих кверху хвостика. Когда она задирала подол платья и неслась куда-то, то выглядела вылитым Ли Куем в юбке.
Зрелище получалось не слишком благопристойное, поэтому спустя всего несколько дней Пэй Нин велел переодеть её в штаны — теперь она напоминала Ли Куя уже гораздо гармоничнее, и вид стал куда приятнее.
Саму же Цайнян это ничуть не заботило: в часы отдыха она по-прежнему носилась вокруг, оглашая окрестности звонкими криками.
В такие моменты Пэй Нин неизменно любил покричать:
— Цайнян, беги помедленнее, а то носом в грязь угодишь!
Цайнян неизменно отмахивалась:
— Не бойтесь, родной батюшка, всё в порядке!
Когда Пэй Нин впервые заявил, что хочет удочерить Цайнян, эта маленькая побирушка, кочевавшая повсюду и перебивавшаяся случайными объедками, не колеблясь ни секунды, рухнула перед ним на колени и принялась ожесточённо стучать лбом о землю, едва убедившись, что над ней никто не издевается.
— Раз уж приёмный отец сегодня признал Цайнян своей дочерью, отныне он для меня — родной батюшка, даровавший вторую жизнь родитель. С этого дня, даже если у Цайнян будет всего одна маковая булочка, она никогда не позволит приёмному отцу голодать!
С этими словами она вдогонку отвесила ещё несколько гулких поклонов, всем своим видом показывая страх, что Пэй Нин передумает.
Весь этот ритуал привёл спутников в полное оцепенение, после чего люди вокруг разразились громким смехом, в то время как сама девчонка осталась совершенно невозмутимой — ни единой капли смущения на лице.
К моменту, когда Сяо Юй очнулся, Цайнян уже успела со всеми перезнакомиться. Когда же настала его очередь представиться, он долго мялся и запинался, не зная, как именно себя назвать.
В конце концов пришлось заявить, что он — слуга при чернильнице Пэй Нина.
Цайнян хлопнула себя по бедру:
— Ясно! Ты — сердечный друг батюшки!
И, не унимаясь, сложила пальцы в кольцо, а указательным пальцем другой руки принялась ритмично втыкать внутрь, изображая некие движения.
— Учитель Сунь из Восточной Деревни ведёт себя точь-в-точь так же. Он со своим мальчиком-слугой Жунь-эром днем вместе книги читают, а ночью под одно одеяло ложатся. Тетушка Чжао говорит, что это зовется сердечными друзьями.
Сяо Юй лишился дар речи, залившись краской до самых ушей, однако возразить не смел и был вынужден смириться с таким положением дел.
Повозка неспешно катила вперёд, и вскоре их отряд добрался до Ючжоу. Этот город славился водными путями и процветающей торговлей. Пэй Нин не стал торопиться на встречу с префектом, а вместо этого задержался в городе на несколько дней, скупив бесчисленное множество вещей и набив до отказа и без того заполненные фургоны.
Делать было нечего, пришлось раскошелиться ещё на серебро и приобрести несколько дополнительных упряжек.
Лишь когда всё диковинное и приглянувшееся было куплено, Пэй Нин наконец назначил визит к ючжоускому префекту.
Префект Сунь внешне напоминал дородного военачальника. Увидев Пэй Нина, он чрезвычайно обрадовался и принялся расспросить о здоровье старших в семье Пэй.
Пэй Нин с улыбкой ответил на каждый вопрос, а попутно упомянул о деяниях своего старшего брата Пэй Циня, выбрав для префекта самые важные и примечательные детали.
— Я поступил на службу благодаря военным заслугам и некогда удостоился покровительства твоего отца. Прошло уже тринадцать лет с тех пор, как я покинул столичный Цзинчэн — поистине минуло целое преисподнее мгновение.
Префект Сунь погладил бороду со вздохом, а затем перевёл взгляд на спутника за спиной Пэй Нина:
— А это что за молодой человек? Раньше я его здесь не видел.
Сяо Юй не представлял, как отрекомендовать себя, и сжался от неловкости, со стиснутыми кулаками и нескрываемой паникой на лице глядя на Пэй Нина.
Пэй Нин, напротив, сохранял полное спокойствие и лишь бросил, что Сяо Юй — его личный телохранитель, после чего перешёл к беседе о местных обычаях Ючжоу.
Проведённые в праздности дни не пропали даром: Пэй Нин сумел потрафить префекту Суню, изрядно того развеселив.
Закончив светскую беседу, Пэй Нин перешёл к истинной цели визита:
— Беспокоя префекта своим визитом, я преследую одну личную просьбу. У меня есть младший названый брат, пострадавший от рук злодеев. Он лишился памяти и позабыл собственное имя, помня лишь то, что его родина находится где-то в пределах Ючжоу. Мой брат доверился мне, уповая на помощь, но силами нашего скромного отряда нам не справиться, поэтому мы дерзнули надеяться на содействие господина префекта в поисковых делах.
Оказывается, требовалось разыскать человека.
Префект Сунь огладил бороду и промолвил:
— Дело немудрёное. Погостите пока здесь, в моем ведомстве служит один Управляющий, ведающий подушными списками и архивами. Человек он на редкость памятливый и сведущий, с его помощью вы непременно отыщете того, кого ищете.
Пэй Нин с товарищами несказанно обрадовались, горячо поблагодарив хозяина дома, после чего все устроились на постой.
Поскольку Ючжоу находился неподалёку от их конечного пункта назначения, Пэй Нин распорядился, чтобы половина людей с вещами и припасами тронулась в путь первой — подготовить к заселению старый родовой дом и попутно облегчить обоз, тогда как они сами решили остаться здесь ради поисков прошлого.
Упомянутый префектом Управляющий носил фамилию Лю, но все звали его Лю Баньбай. Один его глаз затянула мутная белесочная пленка, и издалека казалось, что человек этот полностью слеп.
Впрочем, скорее всего, так оно и было.
Когда Пэй Нин разыскал его, тот, горбясь, уткнулся носом в разложенные на полу фолианты. Его хрупкая, пораженная болезненной иссушенностью спина выгнулась дугой подобно креветке, здоровый глаз почти касался бумаги, а второй, покрытый белесой мутью, лениво вращался кверху, разглядывая непрошеного гостя.
Своим видом он пугающе напоминал призрака.
Пэй Нин невольно вздрогнул.
Заметив отворившуюся дверь, мужчина впотьмах стремительно подскочил, отряхивая одежду, и склонил голову набок, уставившись на гостя. Тем не менее бледное, но сохранившее проблески крови лицо выдавало в нём живого человека.
Позднее выяснилось, что глаза Лю Баньбая с рождения были устроены необычно: хотя зрение он кое-как сохранял, один глаз страдал близорукостью, а другой днём вовсе ничего не видел, из-за чего ему и приходилось принимать столь странные позы при чтении.
Развеяв недоразумение, Пэй Нин изложил причину их визита, однако никак не ожидал, что Лю Баньбай в упор уставится на лицо Сяо Юя, потеряв дар речи от изумления.
— Управляющий Лю? Не найдётся ли среди ючжоуских уроженцев кого-то похожего?
Взгляд Лю Баньбая блуждал, не отвечая на вопрос Пэй Нина. Его единственный полноценный глаз завороженно и растерянно вжался в фигуру Сяо Юя, словно сидел в попытке вычитать из его облика нечто сокровенное.
Пэй Нин сработал с опережением и, движимый интуитивным предчувствием, заслонил Сяо Юй собой, но не успел и слова вымолвить, как Лю Баньбай грубо оттолкнул его в сторону.
— Молодой господин!
К счастью, Ю Фу успел подскочить и подхватить Пэй Нина, не позволив тому упасть.
Пэй Нин уже собирался вспылить, как вдруг услышал, что Лю Баньбай принялся яростно хлопать себя по шапке и браниться:
— Знакомо! До боли знакомо! Как же до жути знакомо! Не мешай мне!
Сяо Юй почувствовал, как внутри у него всё сжалось, а сердце заколотилось птицей.
— Нет, погоди... Не ты... Но ведь похож же! Черт возьми!
Лицо Лю Баньбая исказилось безумием, губы беззвучно шептали какие-то бессвязные для Сяо Юя обрывки фраз.
По мере того как неистовство в поведении Лю Баньбая нарастало, росло и напряжённое ожидание в груди Сяо Юя.
— Восточные горы Ючжоу... Нет... Едва ли он уцелел...
Лю Баньбай перевёл на него мутный взгляд. В тусклой желтизне его зрачков отражалась фигура Сяо Юя, а сам старик погружался во всё большую исступленную горячку.
— Сколько тебе лет?
Сяо Юй и сам страстно желал узнать собственный возраст, но мог лишь честно признаться:
— Не знаю.
— И впрямь похож! Как же похож! Ты просто обязан быть им!
Едва последние слова сорвались с его губ, глаза Лю Баньбая закатились, изо рта показалась пена, и он замертво рухнул без чувств.
Сердце Сяо Юя в одно мгновение рухнуло на дно пропасти, зато Пэй Нин рядом разразился звонким смехом, словно происходящее было не более чем фарсовым представлением. Насмеявшись вдоволь, он распорядился позвать лекаря для потерявшего сознание Управляющего.
Когда Лю Баньбай пришёл в себя, первым, на кого упал его взгляд, оказался Сяо Юй. Ловя на себе полный тревожного ожидания взор парня, старик прохрипел:
— Погодите... Дайте-ка мне собраться с мыслями...
http://bllate.org/book/36420/4523354
Готово:
