Хотя Хуаньшэн и была моделью, ни на одном показе и ни на одной фотосессии ей ещё не приходилось быть столь откровенной. Она чувствовала лёгкий страх и неловкость. Тогда Вэйвэй предложила простое решение: надеть под рубашку белые шорты до середины бедра — всё равно рубашка такая просторная, что полностью их скроет. Чжэн согласилась без колебаний.
Что до Фу Чжи Дуна, то он без возражений последовал указаниям стилиста: белая рубашка с чуть расстёгнутым воротом, обнажающим соблазнительные ключицы; чёрные джинсы; причёска нарочито слегка растрёпана для естественности, а чёлка подкручена в мелкие завитки. Весь он напоминал изысканного персидского кота — ленивого, но величественного.
.
Когда они вышли навстречу друг другу, в глазах обоих мелькнул лёгкий огонёк. Особенно у Хуаньшэн: она и раньше слышала, что настоящую красоту мужчины лучше всего видно в белой рубашке. А перед ней стоял человек, для которого эта рубашка словно была сшита на заказ: идеально подчёркивала фигуру, придавая ему благородную, интеллигентную внешность — будто он хирург с операционным скальпелем в руках: стройный, утончённый, неотразимо красивый.
Пока Хуаньшэн любовалась Фу Чжи Дуном, она не замечала, что и он тайком разглядывает её. Её волосы для съёмки распустили, отчего она выглядела особенно нежной и чистой; её белоснежные, гладкие ноги напоминали крошечную кошечку, которая умеет царапаться. Миниатюрность и изящество девушки пробуждали в мужчине сильнейшее желание защищать. Фу Чжи Дун невольно отвёл взгляд, не решаясь смотреть прямо: внутри уже разгорался огонёк, но он с трудом подавил его.
Фотограф улыбнулся и повёл их в ванную. Чтобы не мешать и не вызывать лишнего стеснения, Чжэн, Вэйвэй и Ак остались снаружи.
.
— Ага… да-да… ещё чуть ближе… Хуаньшэн, подвинься к Чжи Дуну… вот так… обними его за шею… хорошо… давай-давай…
Фотограф, прижимая к себе камеру, постоянно корректировал их позы, и расстояние между ними постепенно сокращалось. Оба сидели в ванне, поверхность которой заранее украсили белой пеной. На них были белые рубашки, плавно переходящие в пену, — получалась удивительно чистая и гармоничная картина.
Они обнимались в воде, ощущая тепло друг друга. Дыхание, касавшееся их лиц, словно лёгкие перышки, щекотало сердца.
Но, возможно, Хуаньшэн слишком нервничала: её состояние явно ухудшилось по сравнению с обычным. Движения и улыбка выглядели скованными. Фотограф взглянул на снимки и недовольно нахмурился:
— Хуаньшэн… ты, наверное, слишком напряжена? Выражение лица какое-то не то…
Фу Чжи Дун ослабил руки, обнимавшие её за талию, и встал, вытирая лицо.
Хуаньшэн опустила голову и прошептала почти неслышно:
— Я… я… немного нервничаю…
Фотограф подстроил фокус и продолжил:
— Давайте попробуем ещё разок. Чжи Дун, повтори предыдущую позу…
Хуаньшэн снова прижалась к Фу Чжи Дуну, и он обнял её. Она не смела пошевелиться. Над головой звучало его ровное дыхание — лёгкое, почти неуловимое, но оно щекотало ухо и вызывало лёгкую дрожь по всему телу.
Она снова окаменела, словно превратилась в камень. Фу Чжи Дун не удержался от улыбки и, словно шаловливый ребёнок, наклонился и тихонько дунул ей прямо в ухо. Всё! Хуаньшэн моментально свела пальцы ног вместе — она нервничала до невозможности.
Фотограф, увидев эту шалость знаменитого актёра, тихо рассмеялся. Казалось, будто этот «король экрана» вдруг превратился в маленького мальчишку — такой детской выходкой он разрядил обстановку.
Чтобы помочь Хуаньшэн расслабиться, фотограф начал вести с ней беседу, одновременно ловя на камеру их самые естественные, непринуждённые моменты близости.
— Я слышал от Вэйвэй, что ты фанатка Чжи Дуна! Это впервые так близко общаешься со своим кумиром?
Хуаньшэн совсем не ожидала такого вопроса. Она напряглась ещё сильнее и не смела взглянуть на мужчину за спиной, лишь неопределённо пробормотала:
— М-м…
— А давно ты его любишь?
— Уже несколько лет…
— Какой его фильм тебе больше всего нравится?
— «Цзян Цзюнь».
— Ого! Не ожидал, что такая девчушка любит военные фильмы.
— Нет-нет, на самом деле мне все его фильмы очень нравятся…
— А как тебе его игра в этом фильме?
— Мне кажется, он сыграл потрясающе! Сам Цзян Цзюнь — настоящий мужчина с железной волей, пылкий патриот. Старший товарищ буквально оживил этого героя!
Когда речь зашла о фильме с участием Фу Чжи Дуна, девушка явно раскрепостилась. Фотограф мягко улыбнулся и продолжил:
— Давай, Хуаньшэн, обними Чжи Дуна за шею. Скажи, тебе показалась трагичной концовка Цзян Цзюня? Ты тогда плакала?
Внимание Хуаньшэн полностью переключилось. Она смело обвила руками шею Фу Чжи Дуна и с жаром заговорила:
— Думаю, в то время за страну погибло немало людей. Цзян Цзюнь — уважаемый, настоящий мужчина. Он пожертвовал собой ради Родины, и такая смерть достойна восхищения.
Фу Чжи Дун перевёл взгляд на неё. На этом юном лице читалось глубокое понимание той эпохи и её ценностей — совсем не как у других девушек. В этот момент Нин Хуаньшэн словно сияла изнутри, и это было завораживающе.
— Думаю, любой, кто смотрел этот сериал, плакал, когда умирал Цзян Цзюнь. Такая всепоглощающая любовь к родине, такое мужество — зная, что погибнешь, но всё равно не отступая и не страшась… — она говорила и всё больше вникала в чувства героев, — он шёл вперёд без колебаний… это и означало… что его путь… вёл… к…
Она вдруг осеклась и расплакалась. Инстинктивно прижавшись к Фу Чжи Дуну, она спрятала лицо у него на плече и тихо всхлипывала. Фотограф совсем не ожидал такого поворота и растерялся, уже собираясь позвать кого-нибудь на помощь, но увидел, как Фу Чжи Дун нежно погладил её по спине, а в его глазах читалась забота и трепет. В этот самый миг фотограф быстро нажал на кнопку — щёлк! — и запечатлел идеальный кадр: объятия, доверие, искренняя зависимость девушки от этого мужчины.
Неизвестно, помог ли ей этот приступ слёз, но последующая съёмка прошла гораздо легче.
Серия за серией — они работали слаженно, и полученные снимки всем понравились.
Во время переодевания Хуаньшэн вспомнила, как фотограф тихо шепнул ей:
— Просто представь, что твой кумир — твой парень. Такой шанс выпадает раз в жизни, не упусти его! Даже если это всего лишь игра — всё равно ведь приятно!
Да! Именно так! Это же уникальная возможность быть рядом со своим кумиром. Если она и дальше будет стесняться и нервничать, то не только станет посмешищем, но и может упустить единственный шанс. А ещё Фу Чжи Дун, возможно, решит, что она непрофессиональна, — и это испортит о ней впечатление.
Лучше быть смелой и решительной! Ведь это всего лишь обложка журнала, а она работает в этой сфере — разве ей не под силу?
Разобравшись с собой, Хуаньшэн заметно изменилась: выражение лица стало естественным, движения — свободными. По сравнению с началом съёмки, она словно превратилась в другого человека.
А Фу Чжи Дун, будучи профессиональным актёром, с лёгкостью и мастерством исполнял каждое прикосновение так, будто действительно был заботливым и нежным парнем.
Хуаньшэн невольно позавидовала: кому же повезёт стать той счастливицей, что проведёт с ним всю жизнь?
Эта женщина, наверное, в прошлой жизни спасла всю Галактику!
Как же завидно…
.
Последняя серия съёмки была посвящена повседневной парной жизни на кухне.
Чтобы передать сладкую, романтичную атмосферу влюблённой пары, они надели высокие свитера пастельных оттенков: розовый и голубой — классические цвета для влюблённых.
Хуаньшэн резала болгарский перец, а Фу Чжи Дун слегка наклонился, засунув руки в карманы, и положил голову ей на плечо, слегка потеревшись, как ласковый котёнок.
Хуаньшэн тихо рассмеялась, не отстраняя его, и продолжила готовить. Когда она подошла к плите, чтобы опустить нарезанные овощи в сковороду, его голова мешала ей идти. Она бросила на него игривый укоризненный взгляд. Фу Чжи Дун обиженно надул губы — настоящее мастерство милоты!
Фотограф чуть не растаял от этой парочки!
Щёлк! Щёлк!
Он не переставал жать на кнопку. Глядя в объектив, он чувствовал, как его «кровавый запас» стремительно иссякает. На самом деле, они выглядели очень гармонично вместе. Рост Хуаньшэн был выше 165 см — для девушек из южных регионов это довольно высокий показатель, но у неё хрупкое телосложение и совсем нет лишнего веса, поэтому она казалась миниатюрной и изящной.
Фу Чжи Дун же был намного выше — почти 190 см, с длинными ногами, настоящая «вешалка» для одежды: в чём бы он ни был, всегда выглядел отлично. К тому же его лицо было необычайно красивым, и многие девушки без ума от него. Хуаньшэн едва доходила ему до груди — эта разница в росте вызывала умиление до слёз!
Пока Хуаньшэн жарила овощи, Фу Чжи Дун всё ещё не отходил от неё. В этот момент она даже поверила, что они настоящая пара. Голова закружилась от сладкой иллюзии, и она глупо улыбнулась, поворачиваясь к нему. Как раз в этот миг он наклонился, и они неожиданно столкнулись лбами.
Бум! Хуаньшэн почувствовала, будто у неё из ушей пошёл пар!
Их лица были так близко, что дыхание смешивалось. Она могла пересчитать каждую ресницу на его глазах. От волнения Хуаньшэн задержала дыхание. Фу Чжи Дун тоже не ожидал такого поворота, на секунду замер, но тут же ласково потерся носом о её нос и улыбнулся:
— Глупышка.
Щёлк! Неожиданная удача! Фотограф удовлетворённо улыбнулся.
— Окей! Заканчиваем!
Фу Чжи Дун, улыбаясь, выпрямился и, проходя мимо Хуаньшэн, слегка потрепал её по голове.
Хуаньшэн же осталась стоять на месте, будто парализованная. Лицо её мгновенно вспыхнуло от жара. Смущённо прикрыв лицо ладонями, она думала только об одном:
«Только что… было… слишком… близко!»
.
Съёмка обложки журнала завершилась успешно. Чжэн и фотограф сидели перед компьютером, выбирая и ретушируя снимки. Даже сквозь экран чувствовалась приторная сладость этих кадров. Никто не ожидал, что они так хорошо сработаются! Это превзошло все ожидания.
Чжэн с удовлетворением улыбнулась: обложка для этого выпуска готова, и теперь она сможет спокойно отчитаться перед руководством.
После завершения работы с фотографиями Чжэн угощала всех ужином. Их первое совместное сотрудничество завершилось на высокой ноте.
Теперь оставалось только ждать выхода журнала.
.
Журнал «Вива» всегда был законодателем моды: и подбор одежды, и выбор моделей почти всегда радовали широкую публику. А выпуск с Фу Чжи Дуном и Нин Хуаньшэн стал настоящим рекордсменом — тираж разошёлся мгновенно, побив все предыдущие рекорды. Их даже окрестили «тёплой зимней парочкой», и этот хэштег постоянно возглавлял топы в соцсетях.
Продажи оказались ещё выше, чем предполагали: журнал срочно отправили в допечатку, и экземпляры раскупались со скоростью один в минуту. Хуаньшэн тоже стала знаменитостью: её узнали миллионы, число подписчиков в соцсетях перевалило за десять миллионов. Большинство пользователей отмечали, что девушка идеально передала чувства девушки, влюблённой в своего парня, вызвав живой отклик у читателей. А совместный дуэт с Фу Чжи Дуном сделал её ещё популярнее.
Однако вместе с популярностью пришла и волна ненависти: некоторые фанатки Фу Чжи Дуна обвиняли Хуаньшэн в том, что она использует его для самопиара и продвижения. СМИ безжалостны: как только ты попадаешь в центр внимания, тебя осыпают не только любовью, но и злобой.
К счастью, Хуаньшэн уже не была наивной девчонкой — в шоу-бизнесе она давно, и знала: лучший ответ на подобные нападки — молчание.
.
Редакция журнала решила пригласить обоих на презентацию нового выпуска. Учитывая беспрецедентный успех, издательство и бренд одежды хотели, чтобы они снова выступили вместе: во-первых, чтобы поддержать популярность «тёплой зимней парочки» и поднять ажиотаж до максимума, а во-вторых, чтобы дать Хуаньшэн возможность публично ответить на обвинения.
Это предложение поддержали не только компании, но и семья Хуаньшэн. Хотя родные и не вмешивались в её карьеру, всё же хотели помочь из тени. Их любимая внучка, которую они лелеяли и берегли, теперь подвергалась жестокой критике в интернете. Дедушка не мог спокойно смотреть на это и решил принять меры.
http://bllate.org/book/3633/392900
Готово:
