А Линь Хэчэнь уже давно ждал его в коридоре.
К счастью, он подготовился заранее и еще в четыре часа стоял у двери, благодаря чему возвращение Гу Моцзэ не выглядело так, будто начальник нагрянул с внезапной проверкой, а он — словно застигнутый за бездельем сотрудник.
Как и ожидалось, сегодня с работы тот ушел еще раньше оговоренного времени.
Стоило Гу Моцзэ увидеть его, как он, казалось, снова собрался обнять его, но в отличие от прошлого раза, завел руки за спину и замер в нерешительности.
Линь Хэчэнь все еще стоял у входа.
Не двигаясь, он просто смотрел на него.
Линь Хэчэнь понял без слов:
— Что такое?
— Я принес тебе кое-что, — ответил Гу Моцзэ.
Он наконец вытащил из-за спины скрываемую левую руку, являя взору свежий, с капельками росы букет лилий, и посмотрел на Линь Хэчэня взглядом, полным ожидания.
Линь Хэчэнь: «……»
Сказал бы раньше — он бы и ужин не стал готовить.
— Спасибо… Мне очень нравится.
С трудом выдавил он из себя, протянул руку, взял цветы и поставил их на тумбочку у прихожей, но тут же заметил, что правая рука Гу Моцзэ все еще спрятана за спиной: «……»
Эти глаза по-прежнему ждали чего-то с надеждой.
— Что еще?
Линь Хэчэну пришлось задать вопрос во второй раз.
— И это.
Гу Моцзэ достал небольшую коробочку.
Линь Хэчэнь уставился на нее.
Форма выглядела до боли знакомо… Только не говорите ему, что это…
Гу Моцзэ открыл коробочку.
Внутри обнаружилось кольцо.
С какого ракурса ни посмотри, это было самое настоящее обручальное кольцо с выгравированным на нем словом «навсегда».
Даже простое гладкое кольцо не могло изменить этот факт.
К тому же было очевидно, что стоит оно целое состояние.
В глазах Линь Хэчэня оно буквально излучало дорогую сердцу капиталистическую ауру с надписью «я стою целое состояние».
Гу Моцзэ возбужденно произнес:
— Я увидел по дороге, как кто-то примеряет такое… Сказали, что его нужно покупать для любимого человека, и я сразу же его купил.
Разве это сюрприз?
Это… скорее шок.
Он понятия не имел, зачем тот притащил ему эту вещь.
Картина выглядела до нелепости неуместно.
Если бы только Гу Моцзэ не стоял столбом у входа в виллу, не опускаясь на одно колено, Линь Хэчэнь и впрямь подумал бы, что это сцена предложения руки и сердца.
Но на деле все, конечно, было совсем не так.
Скорее всего, Гу Моцзэ просто слишком сильно вжился в роль.
В конце концов, это был тот еще любитель поиграть, способный заставить других называть себя хозяином.
Каждый раз, когда тот уходил на работу, а он оставался один, ему неизменно попадались люди, знакомые с Гу Моцзэ, и это начисто меняло его представление о последнем.
При этой мысли на душе у Линь Хэчэня стало чуточку легче.
Наверное, этот парень просто захотел примерить на себя роль жениха при обмене кольцами, но без какой-либо ответственности.
— Спасибо? — произнес Линь Хэчэнь, заметив, что кольцо всего одно. — А где твое кольцо?
Гу Моцзэ замер.
Спустя пару секунд он слегка озадаченно переспросил:
— Мое… кольцо?
Линь Хэчэнь:
— У таких колец должно быть по два.
Идеальная улыбка на губах Гу Моцзэ слегка застыла, выдавая легкое напряжение:
— Оказывается, их должно быть два…
Ох. Ох.
Линь Хэчэнь все понял.
Тот вообще не собирался носить кольцо сам.
Как исполнитель заказа, Линь Хэчэнь тут же проявил понимание:
— Ничего страшного, одного вполне достаточно.
Он взял кольцо и надел его себе на палец.
— Красиво, — сказал он.
— Прости, завтра после работы я обязательно куплю второе себе.
Глухим голосом произнес Гу Моцзэ и, наклонившись, крепко обнял его.
Тело Линь Хэчэня мгновенно напряглось, но в этот раз он расслабился куда быстрее, чем в прошлый.
Поскольку он был готов к этому заранее, он даже поднял руку и положил ее парню на спину. Возникла иллюзия невероятной близости.
Пока тот щекой терся о его шею, Линь Хэчэнь погрузился в серьезные раздумья.
Тот сделал ему подарок.
Судя по его стоимости, вещь была крайне дорогой, и он не мог оставить это совсем без ответа.
Поэтому, когда Гу Моцзэ отстранился, Линь Хэчэнь негромко произнес:
— У меня тоже кое-что есть для тебя.
Гу Моцзэ явно не ожидал такого:
— Что именно?
В его глазах вспыхнул огонек ожидания.
Его взгляд, прикованный к Линь Хэчэню, стал еще более проникновенным и эмоциональным, чем до того, как он сам преподнес подарок.
Под таким пристальным вниманием Линь Хэчэнь вдруг засомневался.
Ему внезапно показалось…
Что подарок, который он приготовил, совсем никуда не годится.
— Может, не надо…
Слова еще не успели сорваться с губ, как Гу Моцзэ внезапно подался вперед и поцеловал его в глаза.
— Я хочу это увидеть, — произнес он.
Поцелуй опустился на переносицу.
— Покажи мне.
— Просто…
— Ну покажи же.
Гу Моцзэ снова поцеловал его в глаза, затем в щеку:
— Я правда очень хочу посмотреть.
— Пожалуйста.
Это был настоящий хаотичный шквал поцелуев.
Из-за разницы в росте Линь Хэчэню едва ли удавалось увернуться.
Не говоря уже о том, что руки парня лежали у него на талии, и даже если бы он попытался отстраниться, их разница в силе не позволила бы ему легко достичь цели.
— Ладно, ладно!
Испугавшись, когда очередные поцелуи начали подбираться к губам, Линь Хэчэнь пошел на попятную:
— Я покажу, только отпусти сначала. Хватит целоваться.
Гу Моцзэ с легким оттенком сожаления разомкнул объятия.
Линь Хэчэнь направился в гостиную.
Тот неотступно следовал за ним по пятам.
Взяв свой блокнот для заметок, Линь Хэчэнь вырвал оттуда листок и протянул Гу Моцзэ.
— Вот.
Это был тот самый портрет, который он почему-то нарисовал после увиденных днем следов крови.
Гу Моцзэ несколько секунд молча всматривался в рисунок.
Ничего не говоря.
Сердце Линь Хэчэня перестало бешено колотиться и тяжело опустилось на дно: он так и знал, что это трудно назвать приличным подарком…
Однако в следующий миг Гу Моцзэ заговорил, и в его голосе послышалось искреннее трогательное умиление:
— Спасибо, это впервые кто-то вкладывает столько души в подарок для меня…
Линь Хэчэнь: «……»
Эта фраза звучала уж слишком…
Видя, как сильно тому понравился рисунок, он поневоле почувствовал укол совести.
Ему вдруг показалось, что он бессовестно дурачит чистейшего в душе типичного мажора, который способен заявить я не прошу много денег, но мне нужно много любви или высказаться в духе любовь нельзя купить за деньги.
Вдобавок ко всему, вспомнив про приготовленный на ужин быстрорастворимый рамен, он смутился еще сильнее.
Кто здесь вообще заказчик, а кто исполнитель?
Парень выкладывался на эмоциональном уровне настолько щедро, что Линь Хэчэнь искренне им восхищался.
Планка требований была задрана так высоко, что он уже сам толком не понимал, какое место ему занимать во всей этой истории.
Но стоило ему вспомнить бесконечные обращения «хозяин», как его растаявшее сердце вновь покрывалось ледяной коркой.
— Ты приготовил мне ужин?
Мгновение спустя Гу Моцзэ моргнул, заметив оставленную в гостиной еду, и радостно улыбнулся:
— Мне правда, правда очень нравится.
Не давая Линь Хэчэню опомниться, Гу Моцзэ подхватил его на руки и, пока тот от неожиданности едва не вскрикнул, с легкостью покружил его на месте.
Прямо сценка из какого-то фильма.
Иногда он вполне обоснованно подозревал, что этот парень учился жизни по романтическим мелодрамам. В обычной, повседневной рутине вряд ли кто-то станет вытворять подобное.
Большинство людей живут пресно и буднично.
Но надо признать, ощущения от этого были потрясающие.
Словно он вдруг превратился из простого смертного в главного героя какой-то истории.
Довольно занятно.
— Спасибо, ты так старался.
Гу Моцзэ опустил его на пол, прижался лбом к его лбу, и приятный, легкий парфюм окутал его с ног до головы:
— Давай поужинаем вместе.
Взгляд Линь Хэчэня невольно сместился в сторону коридора.
Лилии все еще стояли там.
Если подумать о хорошем — по крайней мере, тот больше не заводил речи о том, чтобы их съесть.
Гу Моцзэ, казалось, вовсе не хотел выпускать его из объятий.
Но в конце концов, подгоняемый Линь Хэчэнем, он послушно и даже с энтузиазмом отправился на кухню за палочками для еды.
Линь Хэчэнь специально проследил за тем, чтобы взять палочки правой рукой и есть исключительно ею, хотя левой ему было бы гораздо удобнее.
К сожалению, Гу Моцзэ, похоже, совершенно не оценил его стараний.
Подождав немного, когда обстановка станет подходящей, Линь Хэчэнь заговорил:
— Завтра давай поужинаем вне дома.
— Хорошо, — без малейших колебаний согласился Гу Моцзэ. — Куда ты хочешь пойти?
— Я выберу место и скину тебе сообщение.
Гу Моцзэ кивнул:
— Договорились.
По крайней мере, план сработал.
Линь Хэчэнь даже немного возгордился собой — с Гу Моцзэ оказалось на редкость легко договориться.
До сих пор тот не отверг ни единой его просьбы, каковой бы она ни была.
Именно поэтому Линь Хэчэнь даже не стал заикаться насчет этого его «хозяина».
Он опасался нарушить хрупкий баланс в их отношениях.
Их нынешняя «покровительская» идиллия развивалась как по маслу, и ему совсем не улыбалось навлекать на себя лишние проблемы.
Пусть даже кое-что здесь казалось странным, лучше было закрыть на это глаза.
У каждого свои причуды.
Точно так же, как Гу Моцзэ не лез к нему с расспросами о его делах и не выдвигал никаких требований — такая лишенная чувства собственника терпимость определенно заслуживала ответной честности.
Однако на всякий случай Линь Хэчэнь все же вкратце рассказал парню о людях, с которыми столкнулся днем, чтобы тот не узнал обо всем от посторонних и это не бросило тень на их связь.
Впрочем, он описал произошедшее лишь в общих чертах.
К примеру, пожелание «счастливого медового месяца» и те вещи, о которых позже упомянул стажер из полиции, он благоразумно оставил при себе.
Гу Моцзэ молча слушал, пока он не закончил.
— …Ты хочешь сказать, что тот развозчик молока перевел тебе миллион и шестьсот юаней?
Спустя мгновение произнес тот:
— То есть прямо сейчас в твоем распоряжении есть шестьсот юаней, которые дал он, и ровно миллион — от меня?
Шестьсот юаней.
Всего лишь… миллион?
http://bllate.org/book/36324/4512437
Готово:
