Юноша, по-видимому, очень спешил повидаться с наставником, поэтому, отвечая Ту Инькэ, был до крайности прямолинеен:
— А мне-то какое дело?
***
Вся душа Се Жэньяо сжалась в комок в самом центре того крошечного участка Моря Сознания, который еще не был захвачен чужеродной силой. Всего в дюйме от него бушевало беспощадное золотое сияние.
Его дух был истощен, и он не осмеливался вступать в прямое противоборство с золотым светом. Прячась в этом островке безопасности, Се Жэньяо мог лишь инстинктивно пытаться направить и обуздать течение энергии в собственных меридианах.
Однако каждая попытка вызывала в ответ сокрушительный удар золотого сияния, после чего следовал удар по самой уязвимой части — его божественной душе.
Мир был огромен, и никто не мог помочь Се Жэньяо в такой ситуации. К счастью, хотя внешне он казался мягким и покладистым, в глубине души у него таилась упрямая стойкость.
Пустое Море Сознания, окруженное золотым сиянием, походило на одинокий островок, дрейфующий посреди океана. Серебристо-белый сгусток души Се Жэньяо мягко пульсировал в его центре, раз за разом — и никто не знал, сколько раз — пробуя и терпя неудачу.
В этой долгой, изматывающей борьбе, где нельзя было поддаваться нетерпению, Се Жэньяо вновь и вновь пытался установить связь со своими меридианами и даньтянем. После десятков тысяч попыток в золотом свете, терзавшем его, медленно начали проступать иные оттенки.
Эти слабые, разрозненные крупицы духовной энергии были ничтожно малы, но они шаг за шагом теснили золотой свет, просачиваясь в душу Се Жэньяо.
В конце концов, это было его собственное тело.
Мало-помалу духовной энергии становилось всё больше. Эфирные потоки сталкивались и сливались воедино, превращаясь из тонких нитей в ручейки.
Душа Се Жэньяо тоже преобразилась: из серебристого сгустка она постепенно сформировала уменьшенную копию самого Се Жэньяо.
Маленький Се Жэньяо сидел, скрестив ноги, с закрытыми глазами и безмятежным лицом. Духовная энергия, подплывавшая к нему, входила в его тело, чтобы в итоге обернуться на запястье пятицветной татуировкой. Узор обвивал белоснежную кожу, издали напоминая браслет — это были его Пять Духовных Корней.
Как только его одежды обрели четкие очертания, маленький Се Жэньяо протянул пухлый пальчик и коснулся золотого света, замершего в шаге от него.
В следующее мгновение золотое сияние безудержным потоком хлынуло в его тело через кончик пальца.
Маленький Се Жэньяо нахмурился, боль на мгновение лишила его сознания, но тут же вспыхнула энергия на запястье. Она переплелась с золотым светом, направляя его движение.
Когда в Море Сознания не осталось ни следа золотого сияния, Се Жэньяо открыл глаза.
В ту же секунду в них блеснул темно-золотой отблеск.
Этот свет показался лишь иллюзией — он мгновенно исчез, и зрачки Се Жэньяо вновь стали черными, как тушь.
— Очнулся! — Ван Вэньцин, увидев, что тот открыл глаза, расплылся в такой широкой улыбке, что глаз не стало видно. Он довольно оскалился, покрутился на месте и радостно добавил: — С этой штукой я тебе помочь никак не мог, хорошо еще, что ты сам справился, а то остался бы дураком на всю жизнь.
Се Жэньяо все еще пребывал в оцепенении от боли и не сразу осознал весь ужас того, что с такой легкостью произнес его непутевый наставник. Вэй Сяоэр и Юй Чжаоди склонились над кроватью, рассматривая его, и, увидев, что старший брат выглядит несколько растерянным, оба рассмеялись.
Услышав их смех, Се Жэньяо наконец пришел в себя.
Боль отступила, и первым, что он ощутил, было невероятное чувство контроля над своим телом. Стоило лишь мысленно пожелать, как духовная энергия, словно рыба в воде, тут же устремилась к кончикам его пальцев.
Ван Вэньцин, наблюдая за этим, погладил подбородок и усмехнулся:
— Скоро достигнешь Стадии Закладывания Основы.
Се Жэньяо отозвал энергию, потянулся и растрепал волосы Вэй Сяоэру и Юй Чжаоди, которые смотрели на него с нескрываемым обожанием. Обведя взглядом комнату, он спросил Ван Вэньцина:
— Где Гу Ну?
Тогда, сразу после выхода из Секретного Царства Ваньчжоу, он из последних сил выкрикнул слово бежать, но стоило им сделать пару шагов под присмотром Ван Вэньцина, как свет Золотого Посоха принудил Се Жэньяо потерять сознание, и его душа укрылась в Море Сознания.
Последним, что он запомнил, было то, как Гу Ну подхватил его, падающего.
Он пробыл без сознания больше месяца. Голос его прозвучал хрипло, когда он заговорил. Ван Вэньцин протянул ему чашку воды и сказал:
— Я отправил твоего младшего брата за лекарствами, судя по времени, он скоро вернется.
Видя, что Се Жэньяо по-прежнему выглядит озадаченным, Ван Вэньцин почесал затылок и забормотал:
— Секта Чаннин и императорская семья подняли слишком много людей на наши поиски. Вы все то ранены, то без сознания, вот я и подумал: нашли в городке пустующий дом, чтобы отсидеться какое-то время.
Он хмыкнул:
— Тот щенок из Секты Чаннин до сих пор рыщет по всему городу, пытаясь вынюхать, где ты. Как только он уйдет, а вы подлечитесь, я отвезу вас в нашу Секту Лоцюн.
Се Жэньяо хотел было спросить, сможет ли Ван Вэньцин их спрятать, но тут же одернул себя: его непутевый наставник был никудышен во многих вещах, зато всякого разного барахла у него всегда хватало.
Раз сказал, что спрячет — значит, спрячет.
Се Жэньяо изменил вопрос:
— С чего это Гу Ну стал учеником наставника?
— Разве он не твой младший брат? — Ван Вэньцин был крайне изумлен таким вопросом. — Раз он твой младший брат, значит, само собой, он и мой ученик... — спохватившись, он хлопнул себя по бедру и сокрушенно воскликнул: — Ах ты негодник, ты что, вздумал предать секту?!
Се Жэньяо:
— ... — он бессильно махнул рукой, не в силах продолжать разговор.
— Стать моим учеником не так-то просто, — принялся утешать его Ван Вэньцин. — Не волнуйся, у меня были свои глубокие причины принять его.
Се Жэньяо посмотрел на Вэй Сяоэра, потом на Юй Чжаоди, подумал о себе и решил, что слова Ван Вэньцина не звучат убедительно.
Его взгляд потускнел.
Мало ему было двоих детей, так еще и третий объявился.
Ван Вэньцин, заметив, что тот приуныл, взъерошил ему волосы:
— Не грусти, посмотри, что рядом с тобой.
Се Жэньяо опустил взгляд и замер.
Вэй Сяоэр, увидев, что старший брат смотрит на него, отвел взгляд, полный вожделения, и подтолкнул предмет к Се Жэньяо с помощью веера.
Юй Чжаоди рядом послушно добавила:
— Теперь это вещь старшего брата.
Золотой Посох тихо лежал рядом с Се Жэньяо, золотое сияние полностью угасло. Се Жэньяо пошевелил пальцами, и посох взлетел ему прямо в ладонь, послушно замирев в ней.
Поразглядывав его некоторое время, Се Жэньяо поднял голову и спросил:
— Почему он стал таким маленьким?
Посох был лишь немногим длиннее его ладони.
— Божественные артефакты куда выше уровнем, чем лучшие духовные артефакты. Этому маленькому предку для поддержания сил нужно как минимум культивирование Стадии Зарождающейся Души, а ты чего достиг? — Ван Вэньцин пренебрежительно скривился. — То, что он не сжался до размеров иголки, уже милость. До того, как ты сможешь им пользоваться, еще далеко!
Се Жэньяо перекатывал посох в пальцах, слушая Ван Вэньцина. Когда наставник закончил, взгляд Се Жэньяо упал на основание посоха.
Там были выгравированы два четких и острых иероглифа: Сяньюй.
Посох назывался Сяньюй.
— Сяньюй, — Се Жэньяо опустил ресницы, повторяя это имя, и спрятал артефакт в рукав. — Гу Ну еще не вернулся?
— Должен быть скоро, — Ван Вэньцин подпрыгивающим шагом направился к выходу, выглядывая за окно, словно наседка. — Он здесь всё знает, каждый раз за лекарствами ходит он, и еще ни разу не было проблем.
***
Первое, что увидел Гу Ну, вернувшись во двор, был Се Жэньяо.
Ван Вэньцин нашел заброшенный дворик, и под низким покосившимся навесом Се Жэньяо слегка опирался на дверной косяк.
У его ног стоял маленький глиняный горшочек — тот самый, в котором Ван Вэньцин уже больше месяца варил лекарство для Вэй Сяоэра, — и в ранней весенней прохладе из него поднимался пар.
Се Жэньяо внимательно наблюдал за горшочком, держа в руке драный веер Вэй Сяоэра и сосредоточенно раздувая огонь.
Гу Ну, обремененный охапками лекарственных трав, которые едва не выпадали из рук, осторожно обогнул раскидистое древнее дерево, но, засмотревшись на золотистый отблеск в волосах Се Жэньяо, случайно наступил на сухую ветку.
Се Жэньяо использовал Сяньюй в качестве заколки, придерживая им густые волосы; кончик посоха чуть выдавался наружу, обнажая безупречно белую, изящную шею.
Забыв о смертельной опасности, Гу Ну смотрел на этот изгиб и еще глубже осознал, что значит слово красота.
Се Жэньяо услышал шум, повернул голову и увидел Гу Ну с лекарствами.
Он стоял в пестрой тени деревьев — юноша, открытый и прямой. Тени, падавшие на его одежду и предплечья, казались лишь игрой солнечного света.
Это было не Секретное Царство Ваньчжоу, полное смертельных схваток. В лучах ясного солнца, увидев, как на него смотрят, юноша утратил всю свою суровость, с которой сражался в Миазмовом Лесу, и даже выглядел немного смущенным и послушным.
Чистый, словно юный господин из знатного рода, которого окружили заботой.
Помолчав, он произнес, и голос его растворился в тишине утреннего света:
— Старший брат.
Это был первый раз, когда он, официально приняв наставничество Ван Вэньцина, назвал его так — искренне и без капли насмешки.
Се Жэньяо, услышав это, машинально взмахнул веером, не подумав о том, что этот потрепанный веер Вэй Сяоэра, хоть и был при смерти, всё еще сохранял остатки мощи, и Се Жэньяо тут же окатило облаком горького лекарственного аромата.
Солнце слепило, и Се Жэньяо, зажмурившись от едкого запаха, подумал: и правда, смешно — в их Секте Лоцюн пять человек, а ни одного приличного веера на всех не наберется.
Подумав так, Се Жэньяо небрежно кивнул.
Он поманил Гу Ну веером и сказал:
— Удачно ты пришел, иди сюда, помоги старшему брату сварить лекарство.
Глава 11. Трудности
Болезнь Вэй Сяоэра была не такой уж страшной, скорее, он просто был сильно напуган. После выхода из Секретного Царства он очнулся даже раньше Се Жэньяо, но так как он еще не начал культивацию и не привел энергию в тело, Ван Вэньцину приходилось поддерживать его жизнь лишь лекарствами.
А вот для Се Жэньяо и Гу Ну Ван Вэньцин тратить снадобья не хотел.
— Твои внутренние раны уже затянулись, — он заставил Се Жэньяо сесть во дворе в позу для медитации и, паря вокруг него подобно призраку, продолжал: — Мы, культиваторы, не чета простым людям. Внешние раны могут выглядеть пугающе, но они и вполовину не так опасны, как внутренние. Попробуй направить внутреннюю духовную энергию, научись использовать её циркуляцию, чтобы заживлять внешние повреждения.
Се Жэньяо сидел посреди двора, скрестив ноги, и под хриплый голос Ван Вэньцина пытался самостоятельно управлять энергией. Рядом с ним Гу Ну уже закрыл глаза, погружаясь в состояние покоя.
— На него-то ты чего уставился? — Ван Вэньцин невесть откуда взял ветку и легонько постучал ею Се Жэньяо по голове. — Ты даже Двенадцать основных меридианов толком не прочувствовал, да к тому же у тебя Пять Духовных Корней — ты не такой, как он. Сначала попробуй провести духовную энергию по Двенадцати основным меридианам.
http://bllate.org/book/36316/4511801
Готово:
