Ши Тянь вернулся в класс, но никак не мог прийти в себя.
У него упорно создавалось впечатление, что под словом «бонусы», о котором говорил Вэнь Чжичжи, скрывалось совсем не то, о чем он подумал, — от этого веяло какой-то странной двусмысленностью. К тому же они едва знали друг друга: пообедать вдвое еще куда ни шло, но ужинать вместе — разве это не неловко?
Сяхоу Хоу, наевшись до отвала и услышав об этом, сильно удивился:
— Цзунчжу приглашает тебя поужинать?
Ши Тянь подпер рукой щеку, совершенно потеряв интерес к происходящему:
— Чет мне подсказывает, что ничего хорошего из этого не выйдет. Идти не хочу.
Сяхоу Хоу согласился с ним:
— Если кто-то без причины проявляет любезность, значит, либо замышляет недоброе, либо имеет злой умысел. Возможно, он хочет тебя оприходовать.
— …
Ши Тянь повернулся к Сяхоу Хоу:
— Скажи, что во мне тебе нравится? Я тут же это в себе исправлю.
— Да ничего особенного я в тебе не вижу. Разве что мордашка красивая.
Ши Тянь взял циркуль и в качестве эмоциональной разрядки приставил к лицу:
— Как думаешь, если вот так вот полоснуть вниз, нормально будет?
Сяхоу Хоу вытаращил глаза, сообразив, что это уже явный перебор:
— Ну, до такого всё же доводить не стоит.
Ши Тянь опустил веки, швырнул циркуль на парню и сплюнул:
— Поверхностные вы все.
Он терпеть не мог Альф, которые оценивают только внешность.
Сяхоу Хоу, по правде говоря, не придавал этому большого значения:
— Ну, они же Альфы, привыкли порхать по цветам. Возможно, ты интересен ему лишь временно. Потерпи, как только ты ему надоешь, он просто оставит тебя в покое.
Надоешь.
Что ж, логично.
Ши Тянь приоткрыл рот, поднялся, чтобы уступить Сяхоу Хоу место, как вдруг тот ухватил его за талию и приподнял:
— Эй ты, побереги-ка в эти дни свои штаны, смотри, чтобы с тебя их не сорвали и не сожрали со всеми потрохами. Главное — ни в коем случае не совершай ошибок.
— Да уж конечно!
Ши Тянь для вида одернул школьную форму, уткнулся лицом в парту и задремал.
После обеда Ши Тянь простоял у школьных ворот добрых полчаса, прежде чем отыскал возможность пройти в Восточный кампус. Внутри громоздилось множество высоких зданий, чьи переходы вились слоями, а повсюду земенели дорогие, аккуратно подстриженные декоративные рощицы.
Не прошло и десяти минут, как у него слегка закружилась голова.
у обочины стояла довольно симпатичная девчонка, и Ши Тянь подошел к ней:
— Привет, подскажешь, где находится кабинет первого класса выпускного года?
Девочка окинула Ши Тяня оценивающим взглядом.
На Ши Тяне была простая темно-синяя школьная форма в полоску, запястья тонкие, ноги прямые и длинные, а сонные лучи солнца падали на его красивое лицо, придавая ему особенно свежий и чистый вид.
В Чунчжи ношение формы не было обязательным, и парни, и девчонки в Восточном кампусе одевались стильно и ярко, поэтому она с первого взгляда поняла, что Ши Тянь из Западного кампуса.
Впрочем, поскольку он был хорош собой, отношение девушки к нему оказалось вполне благожелательным:
— Обходишь административное здание с западной стороны, пересекаешь площадь Б, поднимаешься по левой лестнице на третий этаж. Именно по левой, правая не подойдет — её только что перекрыли, центральная тоже мимо...
Ши Тянь дернул уголком рта, показывая, что ничего не понял.
Девушка тоже не растерялась:
— Ладно, я провожу тебя.
— Спасибо.
По дороге девушка то и дело поглядывала на него:
— Ты ведь... омега?
Ши Тянь на мгновение замер, затем кивнул:
— Угу.
На ее лице промелькнуло разочарование:
— Ой, мы же с тобой одного поля ягоды. А жаль, было бы здорово, будь ты альфой.
Ши Тянь усмехнулся, не зная, что ответить.
Девушка снова оглядела его:
— Ты идешь в класс выпускников... к кому-то конкретному?
Ши Тянь:
— Ага, верно.
Девочка всё поняла.
В первом классе выпускного года учились самые заносчивые мажоры-Альфы из Южного Региона, а этот парень мало того что хорошенький, так еще и из Западного кампуса, и вдобавок среди тех Альф в последнее время никто вроде бы не заводил пару... Значит, с огромной вероятностью его использовали как запасной вариант, а когда наигрались — он прибежал устраивать разборки, вымаливать внимание и канючить.
В конце концов, поговаривали, что публика из Западного кампуса очень уж легкодоступная: захотел — поиграл, захотел — пнул.
Девушка почему-то прониклась к Ши Тяню жалостью и хлопнула его по плечу.
Ши Тянь не совсем понял смысл этого жеста, но расспрашивать не стал.
Первый класс выпускного года располагался сразу у лестницы, и ламп в коридоре горело больше, чем в обычных кабинетах. После того как Ши Тянь поблагодарил спутницу, та не спешила уходить — она собиралась поглазеть на шоу и посмотреть, к какому именно Альфе этот парень заявился реветь и скандалить.
Девочка даже мысленно представила себе грядущую плачевную сцену и нащупала в кармане бумажные салфетки.
Ши Тянь заметил, что она не уходит, но зацикливаться не стал, подошел к задней двери и заглянул внутрь.
У окна сидели двое-трое парней; учителя на уроке для самостоятельной работы не было, и сидели они развязно, раскинувшись в самые наглые позы.
Вэнь Чжичжи сидел у стены на последнем ряду, за его спиной в окно пробивался широкий закатный свет. С бесстрашным выражением лица он слушал собеседника, затем взял бутылку минеральной воды, сделал глоток, его кадык дернулся, и он небрежным броском отправил бутылку по параболической траектории прямо в урну с характерным стуком.
Чжань Мин усердно уговаривал:
— Вэнь-гэ, раз уж ты решил угостить его ужином, нельзя ли взять меня с собой? Умоляю тебя, умоляю!!!
Вэнь Чжичжи:
— Нельзя.
У Чжань Мина даже губы побелели:
— Да я не буду третьим лишним, я побуду твоим советником по сердечным делам! Честно! С твоим-то диким характером я просто боюсь оставлять тебя с ним наедине в закрытой комнате.
Вэнь Чжичжи усмехнулся уголком рта, опустив взгляд на часы:
— И что же случится?
Чжань Мин с болью в сердце воскликнул:
— Больше всего я боюсь, что ты не сдержишься и прямо за обеденным столом прижмешь его к себе и поставишь метку!
— ………
Чжань Мин:
— Так нельзя, это никуда не годится, подобное поведение чересчур грубое! Ты нанесешь серьезный ущерб психологическому здоровью Омеги!
Вэнь Чжичжи крутил в пальцах ручку, совершенно не слушая этот бред. Подняв взгляд, он увидел за дверью высокую стройную фигуру, которая осторожно вытягивала шею, словно пугливый кролик, и всем своим видом излучала настороженность. Осмотрев первые ряды, фигура заметила его самого.
Встретившись с ним взглядом, Ши Тянь не знал, как его окликнуть, и нерешительно взмахнул рукой.
Вэнь Чжичжи поднялся и широким шагом направился к выходу.
Чжань Мин предпринял последнюю попытку умолять:
— Вэнь-гэ, пообещай мне не вести себя так дико, не позволяй своему Омеге пострадать от любви!
На губах Вэнь Чжичжи мелькнула едва заметная усмешка:
— Всё, я в твоих глазах только так и выгляжу?
Чжань Мин помолчал немного и изрек:
— В моих глазах ты ничем не отличаешься от животного.
— …
Вэнь Чжичжи с равнодушным видом повернулся назад, и Чжань Мин тут же вжался в кресло:
— Опять оборачиваешься? Твой Омега ждет тебя, иди же, иди!
Вэнь Чжичжи не стал с ним спорить и вышел к двери.
Короткое молчание.
Ши Тянь не знал, что ему сказать, и, поморгав, принялся усердно соображать, как бы сменить тему:
— Что будем есть?
— …
— …Просто я немного проголодался.
Заметив, что эти слова не вызвали у того особого восторга, Ши Тянь растерянно замигал глазами.
Вэнь Чжичжи прекрасно видел этот его вечный вид испуганного котенка, которого схватили за шкирку, и находил его весьма забавным. Он протянул руку, притянул парня за плечо к подмышке и ленивым голосом произвел:
— Поведу тебя кормить вкусняшками.
В нос ударил тяжелый, прохладный аромат хвойного леса, исходивший от Альфы и призванный успокоить. Жест был несколько интимным, и в ту же секунду Ши Тянь повернул голову — девушка, что указала ему дорогу, стояла с приоткрытым ртом, а в ее глазах читалось такое изумление, словно она увидела призрак.
Они уставились друг на друга.
Девочка посмотрела на лицо Вэнь Чжичжи, убедившись, что это действительно сам цзунчжу, а затем перевела взгляд на его руку, лежащую на плече у Ши Тяня, вспомнив только что услышанные двусмысленные и чуть ли не пошлые фразочки.
Сумасшествие.
Грозный Альфа-цзунчжу Восточного кампуса, который вечно сторонился женщин и омег, обзавелся омегой! Да еще и с каким-то, чёрт побери, редкостно мягким отношением.
Неужели в школе сменилась династия?!
Поежившись под ее пристальным взглядом, Ши Тянь немного подумал и спросил:
— Хочешь поужинать с нами?
Где уж девушке было сметь сидеть за одним столом с цзунчжу, она тут же замахала руками:
— Нет-нет-нет...
Ей было просто страшно. Перестав махать руками, она заметила, как Вэнь Чжичжу поднял веки — его взгляд оставался равнодушным, но в нем смутно проступало редкое, скрытое одобрение.
— …
У Ши Тяня почему-то возникло странное чувство... Как бы выразиться, настроение цзунчжу было каким-то необъяснимым...
Ши Тянь ушел вместе с Вэнь Чжичжи.
Он думал, что они пойдут в столовую, но Вэнь Чжичжи вывел его за школьные ворота, посадил в машину и привез в торговый квартал с ресторанами в самом оживленном районе неподалеку. Повсюду зажигались вечерние огни, и Ши Тянь, стоя у подножия огромного небоскреба, слегка растерялся.
Это место он прекрасно знал: все заведения носили вычурные иностранные названия, там подавали кухню на любой вкус, и если у этого района и была какая-то особенная черта, то исключительно безумная дороговизна.
Земля там стоила буквально на вес золота.
Вэнь Чжичжи уверенно зашагал к ресторану в центре квартала, а заметив у ближайшего фонарного столба, что Ши Тянь отстает, взмахнул рукой.
Ши Тянь подошел ближе:
— Обошлись бы чем попроще, зачем тащиться в такую даль.
Вэнь Чжичжи перевел на него взгляд и машинально коснулся пальцами уха:
— Например?
— Ну, перекусили бы тофу с соевым соусом, раками или жареными бараньими почками... — Ши Тянь обратил внимание на его ухо. У Вэнь Чжичжи от природы были резкие, мужественные черты лица, а татуировка, обвивавшая ухо и уходившая в черные пряди волос, придавала его облику странную мрачность.
Но как бы ни выделялся Вэнь Чжичжи, вряд ли он стал бы набивать себе узоры прямо на лице ради моды.
В этой татуировке чувствовалось что-то зловещее, как ни посмотри — неестественное.
— На что смотришь? — приподнял бровь Вэнь Чжичжи.
Ши Тянь приоткрыл рот:
— …Ни на что.
Вэнь Чжичжи слегка наклонился вперед, и мощная аура Альфы, способная подавить кого угодно, мгновенно накрыла Ши Тяня с головой. Тот невольно отступил на шаг, а уже готовые выплеснуться феромоны замерли в нерешительности и так же незаметно втянулись обратно.
Вэнь Чжичжи, казалось, был готов повторять одно и то же бесконечно:
— Есть что сказать — говори. Я не кусаюсь.
Ши Тянь постоял пару секунд, словно его снова схватили за шкирку, но быстро взял себя в руки и взглянул на него.
Подумав, он спросил:
— Татуировка у тебя на ухе...
По правде говоря, Вэнь Чжичжи впервые в жизни задавали этот вопрос — хотя остальные, разумеется, тоже обращали на нее внимание, спрашивать никто не смел.
Он словно о чем-то задумался, но мысль тут же рассеялась. Медленно согнувшись перед Ши Тянем, он приблизился так, что их лица оказались на одном уровне. В поле зрения вошли те самые темные глаза с чуть приподнятыми угольками, излучавшие небрежную притягательность.
Сердце Ши Тяня кольнуло, он выдержал этот взгляд.
Вэнь Чжичжи произнес:
— Подними руку, потрогай.
Ши Тянь:
— ?
Вэнь Чжичжи слегка повернул лицо, являя идеальную, точеную линию от переносицы до подбородка.
Татуировка бросалась в глаза: похожая на черные лианы, она словно состояла из нескольких побегов, выросших из самой ушной раковины и оплетавших её сбоку.
Теперь Ши Тяню оставалось только коснуться ее.
Под пальцами ощущалась неровная, бугристая поверхность — совсем не похожая на гладкую человеческую кожу, она слегка царапала подушечки.
Вэнь Чжичжи был выше его на полголовы и вот так склонил голову, позволяя себя трогать, пока вокруг кипела жизнь, шумели машины и тянулись цепочки огней, а их тени сливались на асфальте. Ши Тянь на мгновение потерял дар речи.
— Догадался, что это?
Ши Тянь не был до конца уверен. Заметив, что Вэнь Чжичжи собирается выпрямиться, он резко перехватил инициативу, занес руку, крепко ухватил его за плечо и надавил подмышку, едва не поднявшись на цыпочки, после чего обеими ладонями зажал лицо Вэнь Чжичжи:
— Подожди, дай еще потрогаю!
— ……… — Вэнь Чжичжи с мрачным блеском в глазах лизнул губы и промолчал.
Черт.
Этот пацан едва не опрокинул его вниз.
Альфы на генетическом уровне ненавидят любые попытки посягнуть на их личное пространство, и чем выше чистота крови Альфы, тем сильнее его защитная реакция. Именно поэтому Вэнь Чжичжи, кроме как в драке, почти ни с кем не вступал в физический контакт. Но сейчас... мягкий цветочный аромат то появлялся, то исчезал, гладкая прохлада пальцев на ухе, ощущение чужого тела рядом заставляли его думать, что... всё не так уж плохо.
Ши Тянь разжал руки и склонил голову набок:
— Что это? Не могу угадать.
Отодвинувшись, Вэнь Чжичжи молча смотрел на него какое-то время, прежде чем произнести:
— Шрам.
Ши Тянь:
— Шрам?
Вэнь Чжичжи тронул себя за подбородок:
— Татуировка. Ей замаскирован шрам.
http://bllate.org/book/36292/4507415
Готово:
