Линь Сюй опустил взгляд и тихо спросил:
— Что вы тут делали?
— Рыбачили, ловили кур, строили будку для собаки, еще ходили на поле собирать овощи, сами готовили еду, а еще можно было сидеть в кресле-качалке у входа и смотреть на закат. Не переживай, у меня есть опыт, я о тебе позабочусь, — с воодушевлением посмотрел на него Се Цзюньюй.
Линь Сюй опустил голову и улыбнулся:
— Ну а мыться можно? Ты взял с собой сменную одежду? Я за эти два дня в больнице так и не помылся, сегодня уже третий день. Жена, ты ляжешь спать со мной, таким грязным?
Се Цзюньюй взглянул на него и тут же быстро опустил голову:
— В-взял.
Боже мой, ему придется помогать ему мыться, переодевать его... стоп, что он сказал? Лечь с ним спать? Они что, будут спать вместе?!
У Се Цзюньюя в тот же миг покраснело лицо. Вдруг он случайно заденет какое-нибудь странное место?
— Да можно и не мыться, от тебя не пахнет.
Линь Сюй покачал головой, опустив подбородок ему на плечо:
— Но не могу же я спать с женой и при этом вонять. Я ведь тоже забочусь о своем имидже, жена.
Ощущая дыхание Линь Сюя, обжигающее его ухо, Се Цзюньюй почему-то занервничал еще сильнее, и сам не заметил, как положил руку ему на спину:
— Н-ничего страшного. Ты мне любой нравишься.
Слова сорвались с языка сами собой, и Се Цзюньюй тут же пришел в себя. Он не мог поверить, что это произнес он сам, и мгновенно уткнулся лицом Линь Сюю в шею, пряча свое пылающее лицо.
Линь Сюй усмехнулся про себя. Если бы не ложь, эти слова звучали бы очень приятно.
Бай Си привел Гу Сичэна во двор, устроился в комнате, а вернувшись к тем двоим и заметив раскрасчавшееся лицо Се Цзюньюя, покачал головой:
— Безнадежен.
Се Цзюньюй взял Линь Сюя за руку и потянул в дом:
— Сначала пойдем ловить кур или построим собачью будку?
Бай Си бросил взгляд на руку Линь Сюя:
— Забудьте, давайте разделимся: мы пойдем за курами, а вы — строить будку. Скоро встретимся на огородной грядке.
— Хорошо, — кивнул Се Цзюньюй.
Се Цзюньюй повел Линь Сюя за руку к выходу:
— Нам нужно построить будки для собак в двух дворах, пойдемте вместе.
Глядя на собаку, привязанную во дворе одного из домов неподалеку, Линь Сюй обратился к Се Цзюньюю:
— Такая большая собака?
Се Цзюньюй кивнул:
— Угу, здесь в основном сторожевые псы, поэтому они обычно вырастают очень крупными и довольно злыми. Но видишь, она привязана, бояться не нужно.
Линь Сюй посмотрел, как тот помахал рукой кому-то во дворе:
— Тетушка, мы пришли построить будку для вашей собаки!
Се Цзюньюй, потянув его за руку, вошел внутрь. Лай не прекращался, и общение происходило прямо в такой обстановке.
— Тетушка, а какую именно будку вы бы хотели? — взволнованно спросил Се Цзюньюй.
— Эх, эта собака живет у меня уже несколько лет, дом охраняет, а укрыться от ветра и дождя ей негде. Я сегодня принесла вон оттуда кирпичей и цемента, хочу выложить для нее местечко потеплее.
— Хорошо, не переживайте, мы обязательно всё сделаем как надо.
— Ой, хорошо-хорошо, спасибо вам. Я сейчас уведу Дахуана, чтобы он вас не укусил. Садитесь пока, а я пойду за инструментом.
— Тетушка, я вам помогу, — Се Цзюньюй последовал за ней.
Линь Сюй бросил взгляд на пса, который продолжал скалить зубы и заливаться лаем. Было шумно:
— Заткнись.
Дахуан глянул на него и отступил назад, а когда подошли Се Цзюньюй и хозяйка, снова выбежал и вильнул хвостом.
Линь Сюй повернулся к нему. Се Цзюньюй удивился:
— Ой? А он тебя больше не кусает.
Линь Сюй кивнул и потрепал пса по шерсти:
— Угу, он вполне послушный.
Дахуан тихонько фыркнул и снова отполз назад.
Тетушка все же отвязала цепь и перепривязала пса в другое место. Дахуан послушно лег там, повернувшись к обоим задом.
Се Цзюньюй не стал долго раздумывать и, ухватив Линь Сюя за руку, потянул его к материалам:
— Вот это цемент, мы будем выкладывать стены им.
Линь Сюй поднял на него глаза:
— Ты умеешь?
Он не мог не удивиться: молодой господин из семьи Се, отличник и к тому же генеральный директор — и вдруг умеет работать с цементом?
Се Цзюньюй кивнул:
— Научился, когда приезжал в прошлый раз.
Линь Сюй кивнул, взял инструмент и сказал:
— Давай я, а ты просто подавай мне кирпичи.
Се Цзюньюй посмотрел на него, взял в руку один кирпич:
— Хорошо.
Вскоре Се Цзюньюй, наблюдая за тем, с какой скоростью и аккуратностью растет постройка, с изумлением уставился на него:
— Почему ты во всем так хорош?!
Линь Сюй улыбнулся:
— Раньше доводилось выполнять такую работу.
Опустив инструменты, Линь Сюй посмотрел на него:
— Пойдем. К следующему дому, а то потом пора будет на огород.
Для такого маленького господина приезд сюда — развлечение, но для кого-то вроде него самого всё это было просто жизнью.
Линь Сюй опустил взгляд на спутника и, придвинувшись, исправил:
— Здесь положи поменьше, аккуратнее разгладь швы.
Се Цзюньюй кивнул. Линь Сюй заметил на его носу пятнышко цемента и не удержался от смеха:
— Аккуратнее, не измажь одежду, ее потом трудно отстирать.
Се Цзюньюй кивнул. Он знал — в прошлый раз один комплект уже пришлось выбросить.
Линь Сюй легко смахнул цемент с его носа пальцем:
— Вот так. Пойдем, посмотрим, как поживают овощные грядки? Они наверняка уже поймали куриц. Кстати, а как вы познакомились с Бай Си? Вы так близки, еще и приехали сюда развлекаться вдвоем, а со мной ты никогда раньше не гулял.
Значит, всё это было лишь из-за хороших отношений — чтобы прикрыть его от удара?
— Эй, Линь Сюй, не собирай подряд всё подряд, подожди, пока хозяева нам скажут, что созрело, а то сорвешь не то и переведешь продукт, — крикнул Бай Си, заметив, что Линь Сюй сам по себе обирает грядки.
Рядом Се Цзюньюй держал тазик, куда складывал сорванные Линь Сюем овощи, и время от времени получал от него в подарок пару клубничек.
— Сяо Си, Линь Сюй срывает только спелое.
— Да как такое возможно? Откуда он знает?
— Этот молодой человек совершенно прав, он собирает только то, что созрело. В этот сезон как раз подоспели баклажаны — вон посмотрите, фиолетовые, значит, созрели; здесь перцы, здесь фасоль. Вот эти виды уже поспели, их можно есть. А вон там сладкая кукуруза, она тоже готова, можете рвать на здоровье. Если чего-то не знаете, спросите того юношу, на мой взгляд, он всё делает абсолютно безошибочно.
Бай Си глянул на Линь Сюя, а тот слегка склонил голову и улыбнулся:
— Тогда я продолжу?
Бай Си отвернулся:
— Рви, рви. Нас всего четверо, не набирай слишком много, всё равно не съедим.
Линь Сюй кивнул:
— Не переживай, я беру всего понемногу, чтобы все попробовали.
Посмотрев на клубнику, Линь Сюй сорвал еще одну ягоду и поднес Се Цзюньюю к губам:
— Жена, на.
Се Цзюньюй глянул на клубнику, с покрасневшим лицом приоткрыл рот и откусил:
— Спасибо, муж, — голос прозвучал тише комариного писка.
Линь Сюй на секунду замер, оглянулся на тех двоих, которые уже отошли к другой грядке, и тихонько наклонился к самому его уху:
— М? Что ты только что сказал? Не расслышал, повтори еще раз.
Се Цзюньюй покраснел, замотал головой и упрямо умолк:
— Я... я ничего такого не говорил.
— О? Правда? Значит, мне послышалось? — Линь Сюй выпрямился и вздохнул. — А я-то думал... эх.
Шагая дальше, Линь Сюй выискивал съедобные фрукты, намереваясь подразнить этого храброго на слова, но робкого на деле глупышку, как вдруг почувствовал легкое сопротивление у края своей одежды.
Линь Сюй обернулся:
— Что такое?
Се Цзюньюй держался за полу его рубашки и, вглядываясь в его лицо, спросил:
— Ты злишься?
Линь Сюй покачал головой:
— Нет...
Он неожиданно для себя отшатнулся, ощутив, как в него кто-то врезался. Разве тот мог так доверчиво бросаться в объятия?
— Линь Сюй, муж, пожалуйста, не сердись. Я не специально соврал, — проговорил Се Цзюньюй, зажмурившись и сгорая от стыда.
Линь Сюй похлопал его по спине, слегка растерявшись:
— Я не сержусь, — он потрепал его по мягким волосам и добавил: — Я всё слышал. Просто шутил с тобой, жена такая милая.
Се Цзюньюй не поднимался — он пытался унять жар на лице! Как же тот умеет соблазнять, что делать? Выдержать это было просто невозможно.
— Жена, если ты сейчас же не встанешь, у меня отвалятся руки. А если я вдруг снова задену вторую руку, нам придется возвращаться в больницу.
Услышав это, Се Цзюньюй в испуге отпрянул и принялся разминать ему плечо:
— Ты как? Сильно ноет?
Линь Сюй покачал головой и улыбнулся.
— Ой-ой, муж, у меня тоже плечо заболело, помассируй-ка и мне!
Черрт возьми, даже когда муж рядом, его умудрились заткнуть за пояс — кому на свете приходится хуже?
Гу Сичэн со вздохом посмотрел на него:
— Ладно тебе. Разве ты не рад, что его парень так о нем заботится? Не смотри на них, пойдем вон туда, я нарву тебе черешни.
У Се Цзюньюя заблестели глаза, он кивнул и послушно поплелся следом.
Линь Сюй нахмурился. Раз главный герой ведет себя вполне нормально, почему тогда зарождается темная энергия Небесного Пути?
Избавившись от компании, Се Цзюньюй облегченно выдохнул:
— Давай продолжим собирать.
Линь Сюй кивнул, перевел взгляд на виноградную беседу неподалеку и бережно потянул Се Цзюньюя за руку:
— В этом доме и правда здорово, столько фруктов. Пошли, поедим винограда.
Се Цзюньюй послушно семенил следом. Линь Сюй, сосредоточенно отбирая самые лучшие ягоды, то и дело отправлял виноград Се Цзюньюю в рот и, видя, с каким удовольствием тот ест, почему-то испытал странную гордость кормильца.
Линь Сюй невольно усмехнулся. И правда, стоило расслабиться, как наружу начали проступать самые разные чувства. Но когда он уже собирался повернуться в другую сторону, перед его лицом вдруг оказалась протянутая клубничка и виноградина. Линь Сюй с вызовом приподнял брови и посмотрел на Се Цзюньюя.
— Это я только что, пока шел за тобой, выбрал самые красные и крупные. Ешь давай!
Се Цзюньюй совершенно не осознавал, насколько покраснело его лицо, да ему было и всё равно — Линь Сюй скормил ему столько всего, нельзя же было вечно позволять кормить только себя!
Линь Сюй молча смотрел на него довольно долго, отчего Се Цзюньюй начал смущаться:
— Чего ты на меня уставился?! Ешь быстрее. Разрешаю только тебе кормить меня, а мне в ответ нельзя, что ли? Ешь давай, а не то я сегодня не стану помогать тебе мыться, так и будешь ходить грязным.
Линь Сюй приоткрыл рот, позволив запихнуть в себя угощение, а затем снова сомкнул губы. Се Цзюньюй забеспокоился:
— Ты чего?
Линь Сюй вздохнул:
— Жена, если я буду есть всё подряд, вкусы перемешаются.
Се Цзюньюй протянул озадаченное «а»:
— И что бы ты хотел съесть сначала?
— А что, по мнению жены, вкуснее? То и съем в первую очередь.
Се Цзюньюй призадумался:
— Клубника очень сладкая, с легкой кислинкой, отлично возбуждает аппетит. А виноград просто сладкий, совсем без кислинки, — он вдруг ошарашенно поднял на него глаза. — Ты что, любишь кислое?
Линь Сюй покачал головой:
— Нет.
http://bllate.org/book/36082/4474369
Готово:
