Сяо У сидел на скамейке, мелкими глотками пил воду и молча слушал, как спорят Се Суй и Лю Уюн.
По правде говоря, он не совсем понимал, к чему все эти опасения. С его точки зрения, раз уж новый босс обладает такой невероятной силой, стоило просто заявиться к врагам. Благо у них на руках оставалось незакрытое задание — отличный предлог, чтобы прийти к прежнему нанимателю, нанести внезапный удар и покончить со всем разом. К чему эти лишние сложности?
Однако, помня о наставлениях Лао Лю касательно офисного этикета, парень твердо усвоил главное правило: решения руководства не оспаривают. Поэтому он благоразумно помалкивал, не высказывая никаких возражений.
— Шеф, так мы прямо сейчас отправляемся в Храм Постижения Пустоты? — спросил Лю Уюн.
— Ну, не стоит так спешить, — Се Суй выудил из кармана мобильник. Накануне он совсем позабыл его зарядить, и после того, как они выбрались из Промежутка Инь-Ян, аккумулятор испустил последний дух. Сейчас экран сиротливо чернел. — Сначала поедим, зарядим телефоны и придем в себя.
Троица зашла в первую попавшуюся придорожную забегаловку.
Стоило Се Сую немного подзарядить телефон и включить его, как на экране тут же высветился пропущенный вызов от Чжао Хаотяня. На секунду замешкавшись, Се Суй поспешно нажал кнопку ответа. Он понятия не имел, зачем тот его ищет.
В то же мгновение из динамика донесся громоподобный голос Чжао Хаотяня — такой громкий, словно была включена громкая связь:
— Охренеть! Се Суй, наконец-то ты на связи! Мать твою, где тебя три дня носило?! Я набрал тебя раз двадцать, гудков вообще не было, перепугался не на шутку! Ни до тебя, ни до Кошмарного Лао Лю не дозвониться. Я уж нагрешил, что вы устроили тайную дуэль, подрались и вас замел патруль. Буквально минуту назад собирался обзванивать городские отделения полиции!
Чжао Хаотянь шумно перевел дух и затараторил дальше:
— Твой отец звонил, спрашивал, где ты. Я соврал ему, сказал, что ты все эти дни торчишь со мной... Братуха, если бы ты не объявился сегодня, я бы даже не знал, как смотреть ему в глаза.
Выслушав сумбурную тираду друга, Се Суй внезапно осознал, что после возвращения из Промежутка Инь-Ян так и не связался с семьей. Для всех близких он буквально испарился на трое суток.
— Прости, Хаотянь, — виновато произнес Се Суй. — Позавчера, как только отыскал Лао Лю, мы сразу рванули в горы снимать материал и только сегодня спустились. Там, наверху, связь практически не ловила, вот вызовы и не проходили. Спасибо, что прикрыл перед отцом, а то бы он места себе не находил.
— В горы? — в голосе Чжао Хаотяня прозвучало искреннее недоумение. — Разве в окрестностях Сянчэна есть хоть одна гора без вышки связи? — Но придираться к деталям он не стал. — Ладно, хрен с ним, главное, что живой. В следующий раз, если соберешься в такую глушь, предупреждай заранее.
— Ладно, договорились.
Повесив трубку, Се Суй тут же набрал Се Фаня, чтобы успокоить отца. Благодаря своевременному вранью Хаотяня тот ни в чем не заподозрил, решив, что сын просто закрутился на работе и вовремя не зарядил телефон.
К тому времени как троица закончила обедать и приводить себя в порядок, часы показывали около часа дня. Закусочная находилась неподалеку от экологического парка Биху, откуда до Храма Постижения Пустоты можно было доехать минут за двадцать.
В сам храм Се Суй отправился на пару с Лао Лю, а Сяо У по настоянию старшего коллеги забрал громоздкую операторскую технику и поехал обратно в гостиницу.
Дело в том, что Лао Лю, даже когда клеил талисманы в Промежутке Инь-Ян, ухитрялся не выпускать из рук камеру, засняв немало уникальных кадров. Однако, чтобы запечатлеть потусторонние виды, объективы приходилось обклеивать специальными талисманами, притягивающими иньскую энергию. Инь быстро рассеивалась, а вместе с ней могли исчезнуть и ценные файлы. Именно поэтому Лао Лю отправил Сяо У спасать отснятый материал, наказав немедленно переписать все на жесткий диск. В конце концов, это был их будущий хлеб — они могли лишиться чего угодно, но только не исходников.
Пока Сяо У возился с резервным копированием, Се Суй и Лао Лю уже добрались до Храма Постижения Пустоты. Храм располагался на территории местной культурно-туристической зоны. Для местных жителей Сянчэна вход сюда был бесплатным. Предъявив на кассе удостоверение личности с местной пропиской, Се Суй беспрепятственно провел своего спутника к подножию храмовой горы.
Гора, где высился Храм Постижения Пустоты, буквально утопала в густой зелени. Сама обитель примостилась на склоне, и, чтобы добраться до нее, паломникам приходилось преодолевать ровно девятьсот девяносто девять каменных ступеней. Никаких канатных дорог здесь не было и в помине, так что пеший подъем занимал около часа. К счастью, широкая каменная лестница с пологим уклоном позволяла без труда идти в один ряд целому десятку людей.
Примерно на середине подъема располагалась смотровая площадка, в центре которой возвышалось исполинское изваяние Будды. Даже от подножия горы можно было разглядеть его величественный лик, взирающий на мир со скорбным состраданием.
Поскольку Храм Постижения Пустоты пользовался у местных жителей огромным почетом, а на дворе стояли выходные, толпы верующих потянулись сюда целыми семьями, чтобы вознести молитвы и зажечь благовония. Огромная парковка у подножия холма была забита машинами под завязку.
Се Суй уже занес ногу над первой ступенью, когда Лао Лю придержал его за плечо:
— Шеф, давайте лучше я пойду первым, а вы подождете здесь. Я сам поговорю с монахами и расскажу им, что мой бывший наниматель создал Падшую Мать-Демоницу.
От его привычной апатии не осталось и следа. С серьезным, сосредоточенным видом Лао Лю пояснил:
— Вы же сами упомянули, что этот негодяй предал как даосов, так и буддистов. Если в Храме Постижения Пустоты окажется кто-то, кто с ним знается и решит его предупредить, подозрения падут только на меня. Он решит, что это моя личная инициатива, и вы останетесь вне подозрений.
Он заговорщически понизил голос:
— Вам лучше держаться в тени. Вы — наш главный козырь и гарант безопасности.
С этими словами Лао Лю достал из кармана беспроводные наушники и протянул один Се Сую.
— Держите связь включенной. И, пожалуйста, прислушивайтесь к тому, что происходит на моей стороне.
Се Суй принял наушник и вставил его в ухо:
— Хорошо. Будь осторожен.
Из-за знакомства с Ли Дуаньюанем Се Суй подсознательно воспринимал этот храм как оплот праведности, но слова Лао Лю заставили его стряхнуть опасную иллюзию. Когда на кону стоит собственная жизнь, излишней осторожности не бывает.
Пока Лао Лю карабкался по ступеням, не выходя на связь, Се Суй устроился в уединенном местечке у подножия горы, скрытый разросшимся кустарником, и погрузился в телефон. Ему нужно было проверить личный кабинет на стриминговой платформе.
Три дня, проведенные в Промежутке Инь-Ян, подчистую съели финальный срок его пребывания в списке новичков. Теперь при запуске трансляций он больше не мог рассчитывать на бесплатную накрутку охватов со стороны алгоритмов «Синего Моря».
Се Суй мысленно записал этот убыток на счет того ублюдка, что использовал талисман подмены жизни. И ловушка в Промежутке Инь-Ян, и сотворение Падшей Матери-Демоницы — за каждым из этих безумств явно стояли его грязные руки. Этот мерзавец поистине превзошел все мыслимые пределы жестокости.
Быстро просмотрев входящие сообщения, Се Суй обнаружил в основном нетерпеливые расспросы фанатов о дате следующего эфира. Среди прочего затесалось несколько предложений от MCN-агентств, которые, заприметив взрывные охваты его первых трансляций, наперебой предлагали контрактное сотрудничество.
Подобные агентства, занимающиеся продвижением блогеров, в массе своей были обыкновенными пиявками. Их волновали исключительно сухие цифры просмотров, а на судьбы начинающих стримеров им было плевать. Стоило неопытному новичку подписать кабальный договор без юридической экспертизы, как он оказывался в ловушке: при попытке расторгнуть контракт его ждали разорительные штрафы, да и сам аккаунт фирма могла беспрепятственно забрать себе. Само собой, Се Суй даже не думал тратить время на эти сомнительные предложения.
Убедившись, что ничего критически важного среди фанатских писем нет, он уже собирался закрыть приложение.
Но в этот момент в самом верху списка высветилось официальное уведомление от администрации «Синего Моря» со специальным золотым маркером приоритетности. Почти одновременно на телефон пришло СМС-оповещение.
Се Суй с любопытством открыл официальное письмо от платформы.
Сообщение оказалось весьма пространным. Если опустить формальности, суть сводилась к следующему: его кандидатуру утвердили для участия в популярном реалити-шоу о паранормальных расследованиях. Он приглашался в качестве приглашенной звезды на один выпуск и имел право взять с собой двоих ассистентов. К письму прилагалась ссылка на электронную версию контракта от продюсеров шоу.
Шоу о мистических расследованиях... Се Суй припомнил, что Лао Чжао вскользь упоминал об этой передаче за ужином пару дней назад. Но парню и в голову не могло прийти, что он, без году неделя ведущий трансляции и не набравший даже десяти тысяч подписчиков, привлечет внимание столь масштабного проекта.
«Может, это чей-то розыгрыш?»
Но кто станет рассылать подобные шутки через официальные каналы администрации «Синего Моря»?
Се Суй кликнул по ссылке и углубился в чтение юридического документа. Все выглядело солидно: четко прописанные пункты, официальная печать производственной компании внизу страницы. Однако взгляд Се Суя намертво прикипел к строчке гонорара, выделенной жирным шрифтом: триста тысяч юаней за каждый съемочный день. Общий срок съемок составлял семь дней, а в случае задержки предусматривалась дополнительная почасовая компенсация.
Триста тысяч в день... За неделю набегало два миллиона сто тысяч юаней.
Се Суй мысленно присвистнул. Неужели в шоу-бизнесе крутятся столь безумные деньги? С какой стати заурядному новичку без фан-базы и какого-либо веса в медиасреде предлагают столь баснословные суммы?
В последнее время суммы, с которыми он сталкивался, неизменно исчислялись сотнями тысяч. Се Сую начало казаться, будто цифры на экране потеряли реальный вес. Для богачей швыряться пачками купюр, похоже, было столь же обыденным делом, как для простых смертных — тратить карманную мелочь.
Детский приют, где вырос Се Суй, существовал на государственные субсидии и редкие пожертвования благотворителей, получая в общей сложности не более полумиллиона юаней в год. Этой суммы хватало, чтобы тридцать сирот и четверо взрослых ни в чем не нуждались в течение двенадцати месяцев. А тут — два миллиона за несчастную неделю. Этих денег хватило бы, чтобы полностью закрыть расходы приюта на четыре года вперед.
Се Суй еще раз дотошно перечитал контракт от корки до корки, но так и не нашел скрытых ловушек или кабальных условий. Затем он переключился на СМС. Сообщение содержало прямую ссылку на платформу электронного подписания документов от Развлекательной компании «Яюнь». Текст соглашения в точности дублировал присланный администрацией стриминга. Требувалось лишь поставить электронную подпись, чтобы договор вступил в силу.
Се Суй не знал, какими мотивами руководствовались продюсеры, выбрав именно его, но отказываться от такого куша глупо. Съемки в шоу — это не актерская игра в кино, здесь не требуются профессиональные навыки лицедейства. Гордость его тоже не мучила: глупо упускать легкие деньги, когда они сами плывут в руки. И все же любопытство взяло верх, и он вбил в поисковую строку название компании «Яюнь».
Как оказалось, Развлекательная компания «Яюнь» являлась полноправным создателем и продюсером того самого гремевшего на всю страну шоу. Взглянув на снимок мажоритарного акционера холдинга, Се Суй наконец осознал, почему телевизионщики проигнорировали топовых блогеров с миллионной аудиторией ради безвестного новичка.
С глянцевой фотографии на него смотрела женщина, с которой он общался буквально сегодня утром — Чжоу Яюнь, мать спасенного им Чжан Шэнжуя. Она была председателем совета директоров этой медиаимперии.
Родители Чжан Шэнжуя были влиятельными фигурами в шоу-бизнесе, и разыскать нужного человека для них не составляло никакого труда. К тому же Се Суй ухитрился засветиться на записях камер видеонаблюдения элитного коттеджного поселка, а его профессиональное резюме с прежнего места работы на телеканале лежало в открытом доступе.
Очевидно, дело было вовсе не во внезапной благосклонности капризной фортуны. Приглашение в проект исходило лично от Чжоу Яюнь. Огромный гонорар и эфирное время на федеральном ресурсе стали ее завуалированной благодарностью за спасение сына.
Вероятно, Чжоу Яюнь, заметив, что спаситель ушел, даже не заикнувшись о назначенном миллионном вознаграждении, сочла его бессребреником и решила отблагодарить иначе, более деликатно. Что и говорить, владелица крупного бизнеса знала толк в тонкостях человеческих взаимоотношений.
Тень недавней досады из-за упущенных рейтингов мгновенно рассеялась, сменившись приятным предвкушением.
Участие в рейтинговом проекте гарантированно принесет ему популярность и приток новых подписчиков, что пойдет только на пользу его дальнейшим трансляциям. До начала съемок нового сезона оставался целый месяц — этого времени должно хватить с лихвой, чтобы разобраться с кукловодом, запустившим смертоносный талисман подмены жизни.
В этот момент в беспроводном наушнике сухо затрещали статические помехи. Се Суй коснулся сенсорной панели на корпусе и негромко спросил:
— Лао Лю, ты как? Все в порядке?
Сквозь шорох эфира прорвался тяжелый, прерывистый вздох. Голос напарника звучал хрипло и натужно:
— Нормально... Кха-кха... Все еще ползу вверх... Шеф, мне нужен привал... Клянусь, нашему плану угрожают вовсе не злые духи, а эти проклятые, бесконечные ступени... Уф-ф. Сдается мне, монастырские снабженцы обладают легкими из чистой стали, раз умудряются ежедневно бегать туда-сюда без одышки.
Последние годы, когда не было полевой работы, Лю Уюн вел исключительно затворнический образ жизни. Многочасовое сидение за монтажным столом сделало свое дело: подъем по девяти сотням ступеней стал для его нетренированного тела суровым испытанием, равным по нагрузке годовому абонементу в спортзал.
Слыша, как напарник буквально задыхается, Се Суй поспешил его успокоить:
— Не гони коней. Отдышись хорошенько, посиди на лестнице.
Тихий шелест статики в ухе продолжал зудеть, но пока не резал слух. Списав это на барахлящий дешевый передатчик, Се Суй просто немного убавил громкость.
Се Суй поднялся, чтобы размять затекшие суставы, и вдруг краем глаза заметил неподалеку хрупкий силуэт.
В паре шагов от него, припав к земле, сидела маленькая девочка лет семи-восьми. На ней был поношенный розовый свитер, а в растрепанных волосах красовалась пушистая заколка в виде кошачьей мордочки. В зажатой ладошке она держала сухую ветку и увлеченно ковыряла ею пожухлую траву.
Се Суй удивленно приподнял брови. Что ребенок делает в таком месте? Неужели отбилась от родителей во время экскурсии?
Место, где он устроился, находилось на приличном отдалении от паломнических троп и стоянок. Обычные туристы сюда не заглядывали, предпочитая цивилизованные дорожки.
Тихо вздохнув, Се Суй направился к сиротливой фигурке. Он с детства питал необъяснимую нежность к малышам, а потому пройти мимо потерявшегося ребенка просто не мог.
Лао Лю все равно еще восстанавливал дыхание на полпути к вершине, так что времени вполне хватало, чтобы отвести девчушку к администрации парка и попросить дать объявление по громкой связи.
Се Суй подошел ближе, но девочка даже не подняла головы. Заметив, что чужая тень легла на траву и закрыла ей обзор, она лишь молча попятилась назад и упрямо продолжила ковырять землю прутиком.
Се Суй опустился перед ней на корточки и заговорил как можно мягче:
— Привет, малышка. Ты потерялась? Пойдем, я помогу тебе отыскать маму с папой.
Девочка, не поднимая лица, глухо буркнула под нос:
— Мама велела не разговаривать с незнакомцами.
Се Суй невольно улыбнулся. Хорошая привычка, похвальная. Вот только, милая, мама наверняка просила тебя еще и не убегать далеко. Будь ты чуточку послушнее, не оказалась бы сейчас в этой глуши.
— Не бойся, я тебя не обижу, — ласково проговорил он.
Тонкая ветка в детских руках замерла.
— Правда? — тихо спросила она. — Дядя, вы точно меня не обидите?
— Обещаю, — Се Суй примиряюще протянул к ней ладони. — Идем. Родители, должно быть, с ума сходят от страха.
Девочка словно поверила ему. Она уронила прутик в траву и медленно подняла голову.
Именно в это мгновение Се Суй в полной мере осознал, кто перед ним стоит.
Крошечная голова покачнулась, сорвалась с хрупких плеч и с глухим стуком покатилась прямо в его раскрытые ладони.
Кожу мгновенно обожгло омерзительным, склизким холодом. Ощущение было такое, словно он держит кусок давно подгнившего, сочащегося сукровицей мяса. Между пальцев медленно заструилась густая, зловонная жижа.
Голова в его руках дернулась, неуклюже перевернулась затылком вниз, заставив Се Суя взглянуть чудовищу прямо в лицо.
То, что он увидел, трудно было назвать человеческим обликом.
Изуродованное острым лезвием лицо напоминало безумный детский рисунок, начертанный кроваво-красным восковым мелком. Сквозь лохмотья содранной кожи наружу выступали волокна багровых мышц и склизкие островки желтоватого жира, местами проглядывали тусклые нити белесых сухожилий. Десятки глубоких разрезов, обнажавших кости черепа, пересекались под дикими углами, превращая плоть в бесформенное месиво. Кровь, смешанная с сукровицей, лениво стекала по рваным краям ран, вызывая тошнотворную ассоциацию с подтаявшим на солнце клубничным мороженым.
Гнилые, покрытые язвами губы разошлись в стороны. Из темного зева вместе со сгустками черной крови посыпалась сухая земля. На этом кошмарном лице проступило подобие жуткой, искривленной улыбки.
Залитые кровью глаза ребенка вперились в Се Суя с бездонной, леденящей душу злобой. Голова в его руках тихо прошептала:
— А ведь тот дядя, который отрезал мне голову... Он тоже обещал, что не сделает мне больно...
http://bllate.org/book/36012/4709337
Готово:
