Объяснять что-то зомби — задача не из лёгких. Их мысли постоянно уносило куда-то в сторону: стоило начать разговор, как через пару фраз они уже уклонялись от темы.
Они могли мёртвой хваткой вцепиться в совершенно несущественную деталь. К примеру, полчаса спорить о вкусе чая, чтобы в итоге прийти к глубокомысленному выводу: они ведь не едят человеческую еду, а значит, и понять этот вкус им не дано.
У бойцов экспедиционного отряда то и дело возникало ощущение, будто они нянчатся с бестолковыми детсадовцами. Зомби не знали никаких правил поведения, понятия не имели о приличиях и о том, что перебивать собеседника вообще-то невежливо. Гомон этой ходячей оравы по-настоящему утомлял.
К счастью, под конец Цю Вэнь всё-таки уяснил, что майор Гуань и Бинхэ — брат и сестра. А заодно разобрался, кем сам был при жизни. Выходило, что когда-то его звали Цю Вэнем и он считался гением, ушедшим из жизни слишком рано.
Услышав об этом, обступившие его мертвецы дружно захлопали в ладоши, восхищаясь тем, какой же Цю Вэнь крутой.
Люди лишь молча переглянулись.
Ну и детские же у них повадки! Хвалят друг друга совсем как младенцы.
— И что вы теперь планируете делать? — спросила Цю Вэня одна из девушек-бойцов.
— Кто? Я? — удивился тот. — А что мне нужно делать?
— Но ведь вы когда-то были тем самым Цю Вэнем, — напомнила она.
— Так я и сейчас Цю Вэнь, — он недоумённо посмотрел на неё. — И вообще, каким бы умным я ни был при жизни, неужели я сейчас похож на учёного?
Себя глупцом он не считал, просто все эти научные бредни его совершенно не интересовали.
— Вы просто давно не соприкасались с этими знаниями.
— И не хочу соприкасаться, — Цю Вэнь решительно нахмурился и отступил на шаг. — Я ведь зомби, в конце концов.
После этих слов повисло тяжёлое молчание. Люди не знали, что возразить.
Лишь Гуань Цзинъин, сделав глоток чая, согласно кивнул:
— Вы правы. Сейчас вы действительно зомби. Всё, что было связано с живым Цю Вэнем, оборвалось в момент его смерти.
С мертвецами чудес не бывает — их личность стирается подчистую, словно отформатированный диск.
— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — спросил майор Гуань.
Цю Вэнь кивнул и увёл офицера из зала.
Шумоизоляция в комнатах старой базы оказалась отменной. Вероятно, раньше здесь располагалась лаборатория, но сейчас помещение было завалено человеческим хламом, а посреди пола валялось несуразное чучело ростом с человека. Игрушка, сшитая из разноцветных лоскутов, отдалённо напоминала медведя.
Гуань Цзинъин окинул взглядом уродливого медведя.
— Это для Бинхэ?
Цю Вэнь кивнул.
— Сами сшили? — Офицер присел на корточки и потрогал игрушку.
— Да. Надрал лоскутов со всякого тряпья. А одежду у людей утащил, — снова кивнул тот.
Гуань Цзинъин тихо вздохнул.
— Господин Цю...
— М-м? — отозвался Цю Вэнь. Его пальцы уже вовсю ощупывали и сжимали крепкое предплечье майора.
Гуань Цзинъин покосился на его руку, но убирать не стал.
— Кажется, у вас весьма смутное представление о том, что такое «утащил».
В отчётах базы подробно описывались все налёты этого мертвеца. Обычно он просто возникал из ниоткуда, забирал припасы и не спеша удалялся. В архивах даже сохранилась запись о том, как один и тот же наземный вездеход умудрился попасть под его «экспроприацию» трижды за один рейс — туда и обратно.
— Забирать чужое без спроса — это и есть воровство, — у Цю Вэня была своя логика. — И вообще, я за тобой подглядывал. Тайком.
— Подглядывали? — переспросил Гуань Цзинъин, силясь вспомнить. — Это когда вы вставали посреди дороги прямо перед нашим наземным вездеходом и в упор разглядывали моё лицо?
— Ну да.
Офицер невольно усмехнулся:
— И всё из-за сходства с Бинхэ?
— Вы действительно на одно лицо. Я ведь и её хотел вырастить такой же высокой и крепкой, как ты, — Цю Вэнь принялся тискать его руку ещё усерднее. — Я очень старался, но она почему-то не вымахала.
Взгляд Гуань Цзинъина потеплел, а уголки губ едва заметно дрогнули.
— Она девушка, ей и не положено быть такой крупной. Но для своего роста она выглядит сильной и крепкой. Вы действительно отлично о ней позаботились.
Цю Вэнь самодовольно заулыбался — результатом своих трудов он и сам гордился. Но его беспокоил другой вопрос:
— А где ваши родители?
— Погибли, — спокойно ответил Гуань Цзинъин. — Они работали на поверхности. Произошёл несчастный случай.
Он перевёл взгляд на нелепого тряпичного медведя, погрузившись в воспоминания.
— Я знал, что мама беременна, но о рождении сестры так и не услышал. К тому моменту связь с ними оборвалась уже несколько месяцев как.
— М-м? Выходит, ты в десять лет остался круглым сиротой? — спросил Цю Вэнь. Сердце у него обливалось кровью от жалости к парню, но формулировать мысли поделикатнее он так и не научился.
Гуань Цзинъина это ничуть не задело. Глупо требовать светских манер от зомби, совершенно оторванного от цивилизации.
— Да, всё так. Поэтому встреча с Бинхэ застала меня врасплох... Я до сих пор не могу прийти в себя.
Он приоткрыл рот, словно собираясь расспросить побольше о сестре, но в итоге промолчал. Выражать заботу словами майор не умел. Бинхэ осталась его единственной кровной родственницей на этом свете. И судя по всему, ей здесь жилось сытно и спокойно.
Эти мертвецы — сильные, первобытные в своей непосредственности — искренне любили девочку и заботились друг о друге. Ей не нужно было думать о выживании человеческого вида, подчиняться законам базы или следовать условностям... Ей даже не нужно было взрослеть. Никто не требовал от неё ответственности и свершений.
И это было прекрасно.
Из раздумий Гуань Цзинъина вывело мягкое прикосновение к макушке. Цю Вэнь ласково погладил его по волосам.
— У тебя такой грустный вид, — тихо произнёс мертвец. — По маме с папой скучаешь?
— Нет, — офицер аккуратно снял бледную ладонь со своей головы. — Просто я думаю, что вы правы. Прежний Цю Вэнь действительно мёртв.
Давая советы, майор невольно переходил на сухой, официальный тон.
— И я бы не советовал вам пытаться вернуть себе прежнее имя. Те, кто знал настоящего Цю Вэня, давно в могиле. Теперь это не человек, а просто символ.
— Мне и раньше говорили держаться от людей подальше, — Цю Вэнь слегка склонил голову набок. Из-за его мертвенной бледности и неестественной пластики это движение сделало его похожим на жутковатую шарнирную куклу. — Говорили, что когда меня будут знать абсолютно все, меня на самом деле не будет знать никто.
Офицер слегка опешил. Не став расспрашивать, чьи это слова, он лишь мягко добавил:
— В этом мире действительно не осталось никого, кто знал бы вас лично. Все ваши друзья мертвы. Сохранились лишь строчки в учебниках истории да само имя. Цю Вэнь стал синонимом величия. Он перестал быть живым человеком, превратившись в образ, который каждый трактует по-своему, примеряя к собственным ожиданиям.
Именно поэтому Гуань Цзинъин не хотел, чтобы тот возвращался к людям.
Лишь мёртвый герой может стать божеством. Но богу положено парить в небесах. Стоит ему сойти с пьедестала, как паства тут же взбунтуется. Люди любят не человека, а выдуманный идол, увешанный ярлыками, даже если никогда в жизни не слышали от него ни единого слова. Большинство восторгов в этом мире фальшивы: чем они чище на первый взгляд, тем они хрупче и опаснее.
— Какой же ты всё-таки славный и чуткий мальчик! — восторженно воскликнул Цю Вэнь.
Широко распахнув руки, он сгрёб офицера в охапку и, оторвав его стодевяностотрёхсантиметровую тушу от пола, без видимого труда крутанул в воздухе.
Гуань Цзинъин даже бровью не повёл — привык к чудачествам сестрицыного опекуна.
— Я вовсе не чуткий, — спокойно возразил он.
Пожалуй, Цю Вэнь был первым существом на планете, сочтившим его «нежным».
— И чуткий, и красивый, — упрямо отрезал Цю Вэнь.
Гуань Цзинъин слегка нахмурился. Слово «красивый» к его суровой армейской внешности подходило мало. Но не успел он возразить, как мертвец отступил на шаг и принялся увлечённо ему аплодировать.
Лицо Цю Вэня при этом оставалось абсолютно бесстрастным. На его бледной физиономии не отражалось ни единой эмоции, отчего эти бурные рукоплескания выглядели донельзя нелепо и странно.
Хлопки становились всё громче. Гуань Цзинъин со вздохом потёр пальцами виски. Кажется, теперь ему стало предельно ясно, в кого Бинхэ уродилась такой несносно общительной.
***
Пока они беседовали, Чэн Дунцзе скучающим взглядом окинул толпу недотёп-зомби.
"Скукотища какая. Все такие покладистые, аж противно"
"Тоже мне, Зомби-император... С детьми возится, тьфу"
Юноша перевёл взгляд на Бинхэ.
"Хотя девчонка бесит уже не так сильно. Диковатая, конечно, но по-своему харизматичная. Правда, до стати её братца ей далеко, а уж по красоте она и близко не стоит с книжными соперницами"
"Я тут на днях видел местную злодейку — до чего же нежная и утончённая особа, не то что эта замарашка. Спрашивается, с какими картами Бинхэ вообще собирается вступать в игру?"
Система промолчала. Ей было прекрасно известно, что хозяин не ждёт ответа — ему просто нужно выпустить пар.
***
Тем временем из бокового помещения показались майор и Цю Вэнь. Офицер подошёл к одной из подчинённых:
— Сяо Сянь, отойдём на пару слов.
— А? Да-да, сейчас, — девушка бросила мимолётный взгляд на сослуживцев, мирно беседующих с покойниками, и поспешила вслед за командиром вглубь коридора.
— У меня при себе ничего нет, — Гуань Цзинъин похлопал по пустым карманам разгрузки. — Помню, ты частенько таскаешь с собой всякие сладости. Одолжишь немного? Вернёмся на базу — всё верну.
Сяо Сянь мгновенно сообразила, к чему клонит командир:
— Это для девчушки?
Майор коротко кивнул.
— Всё вышло так внезапно... Я оказался совершенно не готов.
Девушка понимающе улыбнулась. Действительно, к встрече с давно потерянной сестрой посреди заброшенной лаборатории подготовиться невозможно.
Она живо выудила из набедренного кармана несколько шоколадных батончиков и крошечный кекс размером с ладонь.
— У меня только это с собой. Ой, погоди секунду.
Пошарив в нагрудном кармане, она извлекла ещё три леденца и с важным видом вручила их командиру.
— Вот, теперь точно всё под чистую!
— А себе ничего не оставишь? — спросил майор, бережно сжимая в широких ладонях нехитрое богатство. Рядом с его огромными руками горсть сладостей казалась совсем крошечной.
— Да брось ты, командир! Подумаешь, конфеты. Чай, не разоримся на базе новые купить, — отмахнулась Сяо Сянь.
— Я всё верну, — упрямо повторил Гуань Цзинъин, серьёзно глядя на подчинённую.
— Ой, ну какой же ты упрямый! — вздохнула девушка, прекрасно зная характер своего командира. Спорить с ним в такие моменты было бесполезно. — Ладно, договорились. В следующий раз, как соберёшься покупать сестрёнке вкусности, прихвати и на мою долю. Да побольше!
— Договорились, — быстро согласился он.
***
Пока они шептались в стороне, Чэн Дунцзе безуспешно пытался завязать светскую беседу с мертвецами. Сами зомби казались ему беспросветно тупыми.
— Наверное, у Бинхэ от кавалеров отбою нет, — вкрадчиво проговорил юноша.
Мертвецы отреагировали вяло. Лишь тётушка Ши Цзай согласно кивнула:
— Наша девочка и впрямь красавица. Немудрено, что в неё все влюбляются.
Сама Бинхэ даже не подумала смутиться — по её лицу было видно, что подобное восхищение она считает чем-то само собой разумеющимся.
"Ишь, расфуфырилась. Классическая уверенность главной героини любовного романа" — Чэн Дунцзе едва удержался от презрительной усмешки.
— Наверняка за тобой ухаживают самые завидные женихи, — продолжил он допрос. — А тебе самой-то какие парни нравятся, Бинхэ?
Вопрос застал девушку врасплох.
— А? — она растерянно моргнула. Откуда ей знать? Она людей-то толком в глаза не видела.
— Тебе суждено встретить того самого, в кого ты влюбишься с первого взгляда, — слащаво протянул Чэн Дунцзе, имея в виду первого фаворита из сюжета новеллы. — Этот мужчина будет любить тебя без памяти. Даже если поначалу станет делать вид, будто презирает тебя, по ночам он будет шептать твоё имя в полусне.
При этих словах у юноши аж зубы заскрипели от зависти. С какой стати этой дикарке должна достаться вся любовь мира? Только из-за дурацкой сюжетной брони?
— Тормози! — бесцеремонно оборвала его Бинхэ. — Презирать меня? Это с какого перепугу он вздумает меня презирать?
Цю Вэнь тоже мгновенно навострил уши, уставившись на гостя недобрым взглядом.
"Да потому что ты нечёсаная деревенщина без малейшего понятия о манерах", — подумал Чэн Дунцзе, но вслух озвучить побоялся.
— Ну... слышала когда-нибудь про типаж «цундэрэ»?
— А, про этих знаю, — кивнула Бинхэ. Книжки она почитывала исправно. Хоть военные и утверждали, что её библиотека состоит исключительно из детских сказок, суть термина она улавливала.
— Вот-вот, это они самые. Чем сильнее ты ему нравишься, тем язвительнее он себя ведёт.
— С чего бы ему на меня крыситься? Меня даже папа никогда голоса не повышал! — Бинхэ искренне недоумевала. Она никому вреда не причиняла, так за какие грехи её должны унижать?
— Вот встретишь такого — сама поймёшь, — уклончиво ответил Чэн Дунцзе. Он-то планировал опередить каноничного ухажёра и занять его место.
— Если этот придурок посмеет вякнуть в мою сторону хоть одно плохое слово, я ему просто морду набью, — сурово отрезала девушка. Этому правилу её научил Цю Вэнь.
Обычно их опекун отличался кротким нравом, но любой чужак, посмевший покуситься на его территорию или имущество, неизменно отправлялся на тот свет. Если на тебя нападают — бей в ответ без раздумий.
Цю Вэнь, услышав столь мудрые речи, с гордостью похлопал названую дочь по лохматой макушке.
Чэн Дунцзе мысленно закатил глаза, но вслух ничего не сказал — жизнь дороже.
Из коридора вернулся Гуань Цзинъин. Услышав финал их беседы, он окинул Чэн Дунцзе долгим, неодобрительным взглядом.
— Любовные интриги — далеко не главная цель в жизни, — холодно заметил майор.
Будет его сестру кто-то любить или нет — дело десятое. Всё должно идти своим чередом, без навязанных глупостей.
Ему вообще казалось, что у Чэн Дунцзе не всё в порядке с головой. Эта его одержимость чувствами к незнакомому человеку, слепая преданность без малейшего понимания чужой души... выглядели нездорово и пугающе.
Подойдя к Бинхэ, офицер протянул ей сладости.
— Ой... — девушка растерянно уставилась на зажатую в руках гору ярких обёрток.
— Держи. Прости, у меня с собой нет ничего получше, — мягко произнёс Гуань Цзинъин.
Всю добычу он отдавать не стал — приберёг пару шоколадных палочек. Разумеется, не для себя.
Повернувшись к Цю Вэню, он протянул батончики ему:
— Будете?
— Человеческая еда у меня не усваивается, — мотнул головой тот. Для мертвецов обычные продукты отдавали какой-то гнилью.
— Тогда просто придержите для Бинхэ, — майор настойчиво вложил шоколад в холодную ладонь мертвеца. — И... могу я узнать, чем вы обычно питаетесь?
Людей этот монстр явно не ел, иначе девчонка не дожила бы до своих лет в таком здравии.
— Да он у нас всеядный! — влез в разговор дядюшка Нуо Ми. — Лопает мутировавшую траву, зверьё всякое, да и другими зомби не брезгует.
Гуань Цзинъин понимающе кивнул, решив воздержаться от комментариев по поводу гастрономических пристрастий собеседника.
— Мы и так у вас засиделись, пора и честь знать, — произнёс офицер. Он уже отправил отчёт командованию базы. — Отойдём подальше от вашего убежища и будем ждать эвакуационный транспорт.
— А, ну ладно, — послушно согласился Цю Вэнь.
— И вы совсем не боитесь, что мы вернёмся на базу и сдадим вас? — прищурился Чу До, которого до глубины души поражало олимпийское спокойствие этих тварей.
— Не переживай, — благодушно улыбнулся Цю Вэнь. — Если вы попытаетесь нам навредить, я просто приду к вам на базу, найду каждого и перебью.
Чу До подавился воздухом.
— Так что можете спать спокойно, — ласково утешил его мертвец.
— Кстати, а ты сам-то не замышляешь против нас ничего дурного? — внезапно спросил его Цю Вэнь.
— Боже упаси, — поспешно заверил Чу До, сообразив, что за любую глупую шутку его голова тут же покатится по полу.
— Вот и славно. Сразу видно — хороший мальчик, — снова похвалил его зомби-император.
Чэн Дунцзе почувствовал, как по спине пробежали ледяные мурашки, стоило мертвецу лишь мельком мазнуть по нему взглядом.
"Тварь... Самый настоящий поехавший психопат! Сколько ни притворяйся приличным, гнилое нутро наружу так и прёт" — впрочем, эта мысль его скорее раззадорила.
Унылые, картонные злодеи нагоняли на него тоску. Куда интереснее играть с непредсказуемым чудовищем.
Сам Цю Вэнь и понятия не имел, что его записали в маньяки. Он всегда действовал искренне, без задней мысли и притворства. Военные действительно показались ему приятными ребятами. Но если они решат предать его семью... Что же, тогда придётся их уничтожить. Чисто деловой подход.
Проводив незваных гостей, мертвец повернулся к притихшей Бинхэ. Девочка сидела, уставившись на гору ярких упаковок в своих ладонях, и молчала.
— Ну как, понравился тебе братец? — Цю Вэнь подошёл и присел рядом.
— Странно как-то... — тихо протянула она. — Мы с ним на лицо — вылитые две капли воды, но в то же время совсем разные.
Лет в тринадцать Бинхэ частенько представляла себе встречу с кровными родственниками. В её мечтах этот сценарий всегда заканчивался одинаково: она берёт в руки грязную метлу и с криками прогоняет незваных гостей взашей.
Однако этот суровый офицер не пытался утащить её с собой, не читал нотаций и не говорил гадостей. Он просто оставил ей сладости.
— Он хороший парень, — кивнул Цю Вэнь, который успел проникнуться к майору симпатией. — Когда ваши родители погибли, ему ведь всего десять было.
— А... значит, их и впрямь нет в живых, — вздохнула Бинхэ. Новость не стала для неё громом среди ясного неба.
Она и сама догадывалась об этом, раз уж ей пришлось провести детство в криокапсуле.
— И как же он выжил совсем один?
— Кто знает. Главное — вырос крепким и здоровым, сам со всем справился, — Цю Вэнь протянул ей оставшиеся шоколадные палочки. — Хочешь встретиться с ним снова?
Бинхэ опустила взгляд на яркие фантики и что-то невнятно забормотала, не решаясь ответить прямо.
Но Цю Вэнь всё понял без слов:
— Значит, хочешь.
— Но... как же так... — прошептала девочка, чувствуя, как на душу навалилась тяжёлая тоска.
Ей действительно хотелось вновь увидеть брата. Родная кровь давала о себе знать, рождая в сердце глупую, необъяснимую тягу к этому молчаливому майору. Но ведь вырастили-то её мертвецы! Сама мысль о том, что какая-то мимолётная встреча с едва знакомым родственником может пробудить в ней семейные чувства, казалась Бинхэ подлым предательством по отношению к своей приёмной семье.
— Глупенькая, это вовсе не предательство, — ласково произнёс Цю Вэнь, без труда угадав её терзания. — Он твой брат. Любить его — совершенно естественно.
Тётушка Шу, стоявшая неподалёку, согласно закивала:
— Всё верно, детка. Мы ведь растили тебя не для того, чтобы ты вечно воевала с людьми и отрекалась от своего рода.
Она приподнялась на цыпочки и ласково погладила Бинхэ по голове.
— Вообще-то, мы взялись за твоё воспитание только потому, что твой папаша нас тогда знатно отлупцевал. До сих пор бока ноют, как вспомню.
— Тётушка Шу... — всхлипнула Бинхэ и крепко прижалась к мертвечихе.
Тётушка Шу легонько похлопала её по затылку:
— У нас никогда не было на тебя никаких великих планов. Живи так, как велит сердце.
— Главное — никому не позволяй себя в обиду давать, — строго вставил Цю Вэнь.
— Вот-вот! Никаких обид! — дружно подхватили остальные покойники. — Пока никто не смеет вытирать о тебя ноги, ты вольна идти на все четыре стороны.
— А если вздумаешь сбежать к людям и позволить какому-нибудь мерзавцу тебя шпынять, мы тебя просто запрём здесь, на базе, от греха подальше!
— Интересно, когда твой братец снова заглянет в гости? — мечтательно протянул Цю Вэнь. Он уже успел соскучиться по этому ладно скроенному парню. Мышцы на его руках были куда плотнее и внушительнее, чем у Бинхэ. Жаль, конечно, что у близких родственников нельзя просто взять и пересадить немного мышечной массы от одного к другому.
***
Словно в ответ на его безмолвные мольбы, уже на следующий день у ворот старой базы заурчал мотор небольшого наземного вездехода.
Из машины выбрался не кто иной, как Гуань Цзинъин. В руках он бережно тащил новенький, сияющий заводской смазкой монитор. Вообще-то сегодня у майора был законный выходной, но мысль о том, что старый экран мертвецов разбился по его вине, не давала ему покоя. Совесть у офицера была на редкость чуткой.
Вернувшись на базу, он без утайки доложил командованию обо всём увиденном, включая историю спасения и воспитания своей сестры. Тот факт, что орда кровожадных монстров умудрилась вырастить совершенно здорового, жизнерадостного человеческого ребёнка, поразил штабных аналитиков. Несмотря на чудовищную боевую мощь этих существ, они вели себя на удивление мирно.
Для человечества это открытие стало сенсацией. Наверху быстро приняли решение: начать осторожное сближение и по возможности наладить мирное сосуществование. Так что разрешение на визит к мертвецам для замены монитора майор получил в рекордно короткие сроки.
— И вот ещё, — Гуань Цзинъин развязал походный мешок и извлёк оттуда сочный, синевато-пурпурный шмат мяса мутанта. — Это для вас, господин Цю.
Цю Вэнь ещё с порога почуял этот умопомрачительный аромат.
— Мне? Зачем ты ходил на охоту ради меня?
— Да так, по пути подвернулся, — уклончиво ответил майор.
Изначально он хотел преподнести этот дар в знак признательности за сестру, но вовремя сообразил, что подобный жест с его стороны может прозвучать излишне высокомерно.
— Там в сумке ещё есть потроха других тварей, посвежее и не такие ядрёные. Это для остальных ваших друзей.
В конце концов, Цю Вэнь растил девочку не ради чьей-то благодарности, а потому что искренне любил её как родную дочь. И пусть Гуань Цзинъин приходился Бинхэ старшим братом, они знали друг друга от силы сутки. Он не имел никакого права примерять на себя роль главы семейства и благодарить чужих людей за её спасение.
— По дороге сюда пришлось устранить несколько бродячих мутантов, — невозмутимо пояснил офицер. — Вспомнил, что вы неравнодушны к подобным деликатесам, вот и прихватил.
Цю Вэнь с восторгом принял угощение. На лице майора промелькнуло едва заметное удовлетворение. Коротко кивнув, он взвалил на плечо коробку с монитором и бодро зашагал внутрь базы.
— Я установлю вам сразу две системы: обычный плоский экран и полуголографический проектор, — пояснил Гуань Цзинъин, бережно опуская ношу на пол.
Офицер присел на корточки и принялся изучать коммутационные разъёмы древней панели управления. Местное оборудование разменяло уже второй век, так что порты подключения наверняка безнадёжно устарели и требовали полной замены.
За этими мыслями его и застал наглый тычок под рёбра. Чья-то ледяная ладонь бесцеремонно сжала его поясницу.
Гуань Цзинъин замер.
—... Господин Цю.
— Надо же, талия у тебя вроде узкая, а мышцы дай боже какие плотные, — Цю Вэнь продолжал увлечённо тыкать его пальцем. Мертвец быстро сообразил, что оптический обман создавался за счёт мощного торса и широкой грудной клетки офицера.
Гуань Цзинъин обернулся, собираясь высказать всё, что думает о нарушении личных границ, но не успел он издать ни звука, как Цю Вэнь сунул ему под нос аппетитный брусочек молочного суфле.
— Хочешь? — ласково спросил мертвец. — Человеческие детёныши ведь без ума от таких сладостей.
Бинхэ, во всяком случае, уплетала их за обе щёки.
— Я не... — начал было офицер, намереваясь вежливо отказаться, но при первых же звуках его голоса плечи Цю Вэня поникли, а на бледном лице отразилась такая вселенская скорбь, что у майора дрогнуло сердце.
—...то есть спасибо. Я как раз проголодался, — быстро исправился Гуань Цзинъин, принимая лакомство.
— Вот и славно! Я сейчас ещё принесу, — повеселел мертвец и резво поднялся на ноги.
Протестовать было бесполезно.
— Благодарю. Позже я обязательно компенсирую вам... — вежливо начал майор.
Цю Вэнь изумлённо округлил глаза:
— А?
Гуань Цзинъин вовремя прикусил язык. Ему интуитивно показалось, что если он сейчас заговорит о возврате долга за еду, этот грозный монстр разрыдается от обиды прямо здесь. Удивительное дело: перед ним стоял один из опаснейших зомби на планете, а вёл себя как капризный ребёнок.
— Я хотел сказать, что ем за троих, так что боюсь объесть ваше гостеприимное семейство, — ловко выкрутился офицер.
— И вовсе не объешь. Растущему организму нужно хорошо питаться, — благодушно отозвался Цю Вэнь и, прежде чем уйти за добавкой, снова ласково потрепал майора по макушке.
Едва мертвец скрылся за дверью, Гуань Цзинъин растерянно коснулся своих волос.
Ощущение того, что с ним нянчатся как с несмышлёнышем, было донельзя непривычным. Офицер уже и забыл, каково это. Пожалуй, с десяти лет — с того самого дня, как не стало родителей, — он изо всех сил заставлял себя взрослеть, стараясь никому не быть обузой и не докучать своими проблемами.
Из воспоминаний его выдернул очередной робкий тычок в спину.
Гуань Цзинъин резко обернулся, но успел заметить лишь мелькнувшую тень. Озорник мгновенно улепетнул за угол коридора, откуда теперь торчала лишь любопытная вихрастая макушка с парой блестящих глаз.
Ну конечно же, Бинхэ.
Офицер невольно улыбнулся. Сразу видно — школа Цю Вэня. Повадки один в один: те же странные ужимки, то же непосредственное любопытство. Взбалмошная, но такая беззаботная.
Попади Бинхэ в своё время на базу к людям, она наверняка выросла бы его точной копией — такой же нелюдимой, сухой и скучной сухарилкой. Бойцы отряда частенько подшучивали над его вечно хмурой, скорбной миной, да и сам майор прекрасно понимал, что его характер далёк от идеала.
На этой мысли его плечо снова бесцеремонно сжали холодные пальцы. На этот раз это был уже другой мертвец.
Гуань Цзинъин лишь молча вздохнул.
У них тут что, у всех профессиональная привычка — щупать каждого гостя, как диковинный экспонат в музее?
http://bllate.org/book/35961/4533920
Готово:
