Оба они не понимали, что вообще происходит.
Жун Мо лишь думал, что видит сон, но человек из сна внезапно оказался перед ним, пусть и уменьшившись до размеров Дюймовочки.
Внезапно Жун Мо медленно перевел взгляд на изголовье своей кровати.
Так что же это за существо такое, поселившееся у него в изголовье?
Может, это какое-то волшебное место, где стоит лишь ударить поклоном, как активируется некий механизм?
В животе Жун Мо отчетливо заурчало, и для Сянь Чэньсюаня этот звук прозвучал словно удар грома.
Он нахмурился, но лишь поднял глаза на Жун Мо, не проронив ни слова.
Ведь его собственный живот тоже слегка отозвался ворчанием, хотя и куда тише, что позволило ему не выдать себя перед Жун Мо.
Жун Мо выдавил из себя неловкую улыбку. Он каждый вечер ел мало, поэтому, естественно, рано проголодывался. А тут еще с самого утра череда потрясений — он чувствовал, что его желудок готов взбунтоваться от голода.
Однако перед ним сидел настоящий Великий Демонический Владыка, привыкший убивать не моргнув глазом. Даже будучи размером с большой палец, он оставался тем самым существом, чьи кровавые расправы Жун Мо доводилось видеть раньше, поэтому он не смел терять бдительность.
Не понимая характера гостя и не зная, как выпроводить его из дома, он решил пока попытаться задобрить его.
В его голосе зазвучали осторожные, заискивающие нотки:
— Кхм, может, сначала позавтракаем, а потом спокойно во всем разберемся?
Увидев, что Сянь Чэньсюань не возражает, Жун Мо спрыгнул с кровати и достал из ящика под ней две пачки лапши быстрого приготовления. Глядя на размеры Сянь Чэньсюаня, он предположил, что того, возможно, насытят и пара макаронин.
Но вскрывать целую пачку, чтобы отделить несколько штук, он попросту побоялся.
Пришлось с тяжелым сердцем выделить на завтрак почти две пачки — невероятная роскошь. Но он утешал себя мыслью, что как только Сянь Чэньсюань доест остатки, ему самому достанется побольше. Барабанная дробь в его животе стала еще громче, выражая нетерпеливое ожидание.
Ловко закинув лапшу в кастрюлю, Жун Мо поспешил привести себя в порядок, но стоило ему немного походить, как на пол полетели пряди волос, привлекая его внимание.
Он замер. Точно! Сегодня, помимо обнаружения тайны в изголовье своей кровати, он, кажется, еще и начал терять волосы клочьями!
Жун Мо издал горестный вопль.
Сянь Чэньсюань, который неизвестно когда перебрался на маленький столик и с любопытством разглядывал диковинную коричневую кастрюльку, от неожиданности резко обернулся.
Для него сейчас этот звук был слишком громким и слишком жалобным.
Жун Мо достал зеркало, которым редко пользовался, и принялся тревожно и осторожно ощупывать свои волосы. До какой же степени он облысеет?
Облысеет до…
С трудом разглядывая макушку, Жун Мо не знал, радоваться ему или горевать, видя этот пробор.
Оказалось, он вовсе не лысел.
Просто под его волосами, которые он планировал подстричь лишь через некоторое время и которые сейчас едва закрывали брови, на коже головы пролегла проплешина шириной в палец.
Если бы этот Великий Демонический Владыка был хоть чуточку безжалостнее или у него хоть немного дрогнула рука, Жун Мо остался бы без скальпа!
Невольно перед глазами Жун Мо возникла картина, как Сянь Чэньсюань одним взмахом меча снес голову врагу.
Он нерешительно коснулся своей шеи. Голова оказалась на месте, но на душе спокойнее не стало — шея все равно казалась ледяной. И это при том, что на дворе стояло лето.
Заметив, что Сянь Чэньсюань перевел на него взгляд, Жун Мо почувствовал, как к подошвам приливает холод. Он поспешно натянул улыбку:
— Э-э, понимаешь…
Слова застряли в горле — он решительно не знал, что можно сказать в такой ситуации.
Бросив взгляд на поднимающийся над кастрюлей пар, он торопливо добавил:
— Великий Шишка, прошу, сначала перекусите.
Тон его был преисполнен почтения.
В два счета добежав до плиты, он ловко добавил приправы и выложил лапшу в миску, а спустя некоторое время нашел подходящую для Сянь Чэньсюаня «посуду» — крышку от термоса. Она была мелкой, как раз чтобы положить две-три макаронины.
Он обломал две зубочистки до нужного размера, тщательно ошкурив их, чтобы не было заноз.
Когда вода в кастрюле только закипела, запах еще не был таким дразнящим, и Сянь Чэньсюаня больше занимала необычность самой утвари и еды, но стоило Жун Мо добавить специи…
Сянь Чэньсюань прищурился. Хм, этот аромат — необычный, сложный, властный и соблазнительный.
Впрочем, стоило ожидать такого от еды великанов: одна макаронина оказалась толще его запястья.
Приняв заботливо обструганные Жун Мо «палочки», Сянь Чэньсюань отломил кусочек лапши и отправил в рот. Вкус действительно оказался неплох.
Сначала Сянь Чэньсюань думал, что такой огромной еды он много не съест и быстро насытится.
Те несколько штук, что великан отделил ему из своей миски, могли оказаться даже лишними.
Но, то ли вкус пришелся ему по душе, то ли что-то еще, однако после нескольких укусов от лапши в его «миске» осталась лишь треть, а в животе не появилось ни малейшего чувства сытости.
Жун Мо, пытаясь задобрить Великого Шишку, терпел голод и смотрел, как тот ест кусочек за кусочком, надеясь, что вот сейчас он наконец наестся.
Но кто бы мог подумать: опустошив крышку, этот Великий Шишка, словно распробовав, поднял голову и посмотрел на него.
Он ничего не сказал, продолжая смотреть снизу вверх, но его властный вид был неоспорим. Жун Мо не удержался и пробормотал:
— Великий… Великий Шишка, желаете… еще?
— Еще немного?
— Добавить еще?
— Погодите, еще не сварилось.
— …
В конце концов, Жун Мо уже сам не понимал, как произносит каждое из этих слов.
К финалу он чувствовал, что онемел от голода, а сердце его обливалось кровью.
Этот человек поистине оправдывал звание Великого Шишки: несмотря на размеры с большой палец, он умял целых три пачки лапши, выскреб бульон до последней капли и не оставил ему даже сушеной травинки!
Сянь Чэньсюань с большим удовлетворением отложил свои «бамбуковые палочки». Вкус этой лапши был действительно хорош, к тому же после сытной еды его внутренняя энергия, непонятно когда, вдруг пришла в равновесие.
Это принесло ему ни с чем не сравнимый комфорт.
http://bllate.org/book/35912/4448569
Готово:
