Ничего не понятно, давайте следующую.
Глава 14: Юн-шоу
Зона Бедствия — реконструкция убежищ и перспективы их развития.
Скучно, следующую.
Добыча губительного камня и его промышленное применение.
Никогда не слышала, следующую.
Концепция исследования метеорита Т580 и три догадки о юн-шоу.
Её зрачки блеснули, в глазах мелькнуло удивление.
Юн-шоу? Кажется, эта никчемная Система что-то упоминала о них: мол, некие пришельцы из космоса разрушили пространство для обитания людей, и их появление напрямую связано с формированием Города Чжаоси, Зоны Бедствия и Июэвань.
Округлые, белые пальцы перевернули страницу. Холодный и безэмоциональный женский голос беспрепятственно звучал в пустой темной комнате, не запинаясь ни на мгновение.
Сяо Вэй обобщила прочитанное: сначала в этом докладе разъяснялось происхождение юн-шоу, а затем автор напрямую выдвинул три собственных предположения — правдивы они или нет, оставалось неясным.
Тем не менее, это позволило Сяо Вэй глубже понять данный мир и добавило ему толику реальности.
Метеорит Т580 упал на Голубую Звезду десять лет назад, оставив после себя кратер диаметром около двухсот километров. После детального изучения выяснилось, что метеорит содержит множество редких элементов и даже примеси неизвестных, но крайне полезных веществ. Он оказался промышленным сырьем, гораздо более ценным и практичным, чем нефть.
Трудно представить, как сильно радовались тогда ученые.
Однако по мере углубленного изучения метеорита внутри него обнаружился овальный коричневый объект размером с грецкий орех. Используя всевозможные методы, исследователи так и не смогли добыть о нем хоть какую-то информацию.
Помаявшись так целых целый месяц, они внезапно увидели, как изнутри что-то прорвало скорлупу.
Это оказалось прежде невиданное создание. Если уж подбирать сравнения, то оно отдаленно напоминало осьминога, разве что слегка мутировавшего. Новорожденное существо было размером всего с большой палец: его круглая голова сплошь покрыта глазами, а под ней извивается бесчисленное множество щупалец. У него не было крыльев, но оно умело летать; у него не было жабр, но оно могло жить в воде; его не брал огонь, ему были не страшны яды, и даже электрический ток подчинялся его воле.
Ученые пришли в дикий восторг, даже не подозревая, что это стало началом человеческой беды.
Для своего роста этим созданиям требовались человеческая плоть и кровь.
В течение следующего месяца в научно-исследовательском институте стали происходить странные вещи: люди начали один за другим пропадать бесследно. Когда пропавших находили, все они превращались в высохшие мумии. Вскоре подозрения пали на то самое существо, и при проверке открылось нечто невероятное: из крошки размером с палец оно превратилось в монстра крупнее человека.
В тот момент людей охватила паника, и существо попытались запереть. Но разве можно было удержать его тогда? Стоило ему сбежать, как всего за год оно расплодилось на десятки тысяч подобных монстров, а еще через год чудовищ стало уже не счесть.
Беспощадная бойня началась, и для человечества официально стартовала борьба за выживание.
По правде говоря, столкнувшись с такой тварью, умереть от выпитой досуха крови еще можно было считать легкой смертью. А вот если тебя укусит её щупальце и ты после этого выживешь — вот тогда начинался настоящий кошмар. Слюна монстра ядовита, этот яд заставляет желать смерти: тело покрывается язвами, гниет целиком, и в конце концов человек мучительно умирает.
По этой причине их и прозвали юн-шоу.
Сяо Вэй содрогнулась, поднимающийся из глубины души холод никак не удавалось подавить, и ей уже было не до размышлений.
Она сорвала тесьму со своей одежды, связала в пачку все эти записи и толкнула их к краю стола. Спрыгнув со стула на пол, она подхватила книги и побежала обратно.
Уговаривая себя не забивать голову лишним, она тем не менее прокрутила в мыслях каждую деталь.
Если те три предположения верны, то к настоящему моменту они наверняка уже подтвердились. В конце концов, этому докладу стукнуло уже девяносто лет, а это значит, что человечество вступило в новую эру целый век назад.
Первое предположение касалось цивилизационного уровня юн-шоу. По мнению Сяо Вэй, пусть это и не было пустой болтовней, но практической пользы от него не наблюдалось вовсе. Второе предположение затрагивало эволюционный выбор юн-шоу, и оно выглядело куда более полезным: хоть эти твари и казались невероятно сильными, бессмертными они не были.
Судя по отчету, в годовалом возрасте юн-шоу достигали зрелости. В этот момент перед ними вставала развилка: вступать ли в размножение. Это важнейший рубеж: юн-шоу, выбравшие размножение, начинали непрерывно раздуваться, готовясь к воспроизводству потомства, и жизненный цикл таких особей составлял всего десять лет. Те же, кто отказывался от размножения, напротив, усыхали, становясь все более плотными, а их продолжительность жизни оставалась неопределенной. И все это зависело исключительно от их собственного выбора.
Последнее же предположение касалось губительных кристаллов. Обычно после смерти юн-шоу её тело превращалось в губительный камень. Однако в докладе выдвигалась иная гипотеза: раз у юн-шоу существует два пути развития, то результаты первого и второго выборов неизбежно должны различаться. Одно тело постепенно увеличивается в размерах, другое — сжимается, избавляясь от ненужных веществ. Учитывая уникальность самих юн-шоу, и кристаллы от каждого из путей должны кардинально отличаться друг от друга.
Если сопоставить их оба... Восемьдесят Шестой и вправду отвратительно справляется с работой, оу! Отправил на задание, а в итоге даже самую базовую информацию изложил в двух словах. Лишь зубоскалил и болтал без умолку о любовных интрижках главных героев, так что помимо глубокого осознания того, насколько же эти протагонисты слабоумны, никакой другой пользы от него пока не было.
Сяо Вэй отвлеклась от раздумий и лишь теперь смогла уделить внимание окружающей обстановке.Небесные фонари то вспыхивали, то гасли, заставляя сердце тревожно сжиматься. Эхо шагов, гулко отражавшееся от пола, заставляло Сяо Вэя невольно ускорять ход.
Он старался быть внимательнее, лишь бы не наткнуться на что-нибудь овальное.
М-да... мысли вновь унеслись куда-то вдаль.
Должно быть, бог весть сколько лет назад здесь случился набег юн-шоу. Возможно, кому-то из тех, кто вошел вместе с ними, и удалось сбежать, но большинство погибло здесь, заживо обескровленные юн-шоу.
Эти сытые и довольные твари оказались заперты внутри, не имея возможности выбраться. Лишившись пищи, они в слепой ярости бились о своды пещеры, оставив на куполе сеть трещин, похожую на паутину.
Хотя они отличались невероятной свирепостью и плодовитостью, без еды, без человеческой плоти, их наверняка ждала лишь голодная смерть.
Если рассуждать так, то здесь должно было скопиться немало руды ян-ши.
Сколько же это может стоить...
Пока он размышлял об этом, подняв голову, обнаружил, что дошел до подсобки. Едва приблизившись, он услышал всхлипывания — и так было ясно, что этот плакса снова устроил потоп.
Сяо Вэй перевел дыхание, отпер засов на двери и, не забыв постучать, произнес: — И И, я вернулся.
Дверца слегка качнулась, и Сяо Вэй добавил: — И И, отойди на несколько шагов назад, я сейчас войду.
Всхлипы на миг стихли. Сяо Вэй решил, что его поняли, и толкнул дверь. Не успел он опомниться, как И И бросился к нему, выронив из рук записи, о которых даже не вспомнил.
Сяо Вэй, разрываясь между двумя делами, одной рукой прижимал к себе И И, что-то невнятно бормоча себе под нос — бог весть какой вздор, — а ногой закрыл дверь и запер её на засов.
И И, не слушая, что говорит Сяо Вэй, продолжал упрямо высказывать ему свои обиды. Так они и стояли: один утешал совсем не как утешитель, другой жаловался совсем не к месту. В этой странной неразберихе они простояли, тесно прижавшись друг к другу, довольно долго, пока наконец не успокоились.
Когда И И вдоволь наплакался, он тихо пожаловался, что у него болят ноги.
Сяо Вэй опустил взгляд и увидел, что босые ступни малыша снова стали черными, с яркими алыми пятнами. Сяо Вэй усадил его на край кровати, выменял у Системы упаковку влажных салфеток и, игнорируя попытки И И вырваться, силой отмыл грязные ножки, а затем осторожно заклеил ранки пластырем.
Глядя на худенькие белые ступни в своих руках, он почувствовал, что чего-то не хватает.
Внезапно его осенило. Он достал пару пушистых носков с кошачьими мордочками и натянул их на ноги мальчику.
И И прежде никогда не носил носков и почувствовал дискомфорт, поэтому тут же потянулся рукой, намереваясь их сорвать.
Сяо Вэй прищурил серо-зеленые глаза, и уголки его губ тронула холодная усмешка: — Если посмеешь их снять, я выставлю тебя за дверь.
И И испуганно съежился, замер, как маленький перепел, и послушно убрал руки, став подозрительно тихим и покорным.Сяо Вэй подобрал с пола записи и положил их у края кровати, чтобы до них можно было дотянуться рукой.
Затем он поторопил И И лечь на кровать поближе к стене. И И, словно маленькая улитка, выпятив зад, пополз туда, забился под одеяло и выставил наружу только свою маленькую голову.
Сяо Вэй выкупил в Системе ящик сладкого молока в коробках, ящик хлеба с фруктовой начинкой и большой пакет куриных ножек в индивидуальной упаковке.
Сяо Вэй достал по два экземпляра каждого продукта, сначала проткнул соломинкой молочную коробку, а затем попросил И И сесть. Запах молока был очень густым и насыщенным, он манил И И, который, словно щенок, принюхивался, не переставая. Сяо Вэй вложил коробку с молоком ему в руки, придержал их и поднес соломинку к его губам, наказав пить медленно.
Распаковав хлеб, Сяо Вэй отщипнул маленький кусочек: И И, открой рот.
И И выпустил приплюснутую зубами соломинку и послушно широко открыл рот. Сяо Вэй покормил его хлебом. Тот старательно прожевал, проглотил, сделал жадный глоток молока, а затем снова открыл рот, словно котенок, ожидающий кормежки.
Повторение — мать учения. Сначала движения Сяо Вэя были немного неловкими, он действовал осторожно, словно боясь промахнуться, но вскоре освоился. Даже когда И И прихватывал его за кончики пальцев, он совершенно естественно продолжал кормить его хлебом, ничуть не опасаясь укуса.
— Наелся, И И?
И И икнул:
— Нет, не наелся.Сяо Вэй хотел накормить его куриной ножкой, но, решив, что кусок слишком велик, побоялся, как бы тот не объелся, и обеспокоенно спросил его об этом. Однако он не ожидал, что у И И такой отменный аппетит, поэтому, успокоившись, он вскрыл упаковку и начал кормить его мясом, отрывая по кусочку.
И И явно был большим любителем мяса — он едва ли не заглатывал его целиком, жадно проглатывая и облизываясь от удовольствия, при этом несколько раз случайно прикусив подушечки пальцев Сяо Вэя. Не прошло и много времени, как от куриной ножки не осталось и следа.
Лишь тогда Сяо Вэй взял свою порцию еды и принялся за трапезу. Ел он быстро, подобно голодному тигру, но, несмотря на столь грубые движения, из-за его утонченных и привлекательных черт лица это не выглядело невоспитанно. Напротив, в этом сквозила некая первобытная красота, сродни той, что была бы у Си Ши, если бы та взяла в руки копье, чтобы поохотиться на тигра.
Э-э…
Пять минут спустя Сяо Вэй чувствовал полное удовлетворение, а И И — тяжесть в животе.
— Брат, И И так раздуло, — проговорил он, выпятив вперед свой круглый животик.
— Насколько сильно?
— М-м… М-м… — И И не знал, как это описать, и, хорошенько подумав, ответил: — Как будто я выпил целое ведро воды.
Сяо Вэй мысленно отметил: похоже, этот малец понятия не имеет, сколько может съесть.
— Давай я поглажу, поглажу — и станет легче, — сказал Сяо Вэй, убирая мусор.
— О… — И И снова выпятил животик.
http://bllate.org/book/35903/4447406
Готово:
