– Да уж, – Сяо Ли тоже попыталась его утешить. – Сейчас в сети всё еще раздувают этот скандал, пользователи интернета совершенно не хотят слушать никакие другие объяснения.
Ли Шу оставалось лишь временно сдаться, и он принялся за еду с унылым видом.
На обратном пути Мэн Цинчжан заметил, что тот всё не выпускает из рук телефон: выражение лица парня то свирепело, то скрипело зубами, и он невольно рассмеялся:
– Всё, хватит злиться, сейчас я помогу тебе выпустить пар.
Сяо Ли сидела спереди с водителем, а Ли Шу расположился справа от Мэн Цинчжана. Повернувшись к нему, он спросил:
– Как это — выпустить пар?
На лице Мэн Цинчжана мелькнул леденящий взгляд:
– Избавиться от всех.
– ...Убить их всех? – увидев его пронизывающее насквозь ледяное выражение лица, Ли Шу сглотнул слюну и сделал смелое предположение. – Разве так можно?
В правилах выживания Мира Людей четко прописано, что убийство как людей, так и демонов незаконно.
– Ну ты и кровожадный, – на лице Мэн Цинчжана застыло выражение «я и не думал, что ты такой». – Неужели Бессмертные Карпы Кои настолько жестоки?
Ли Шу: «……»
Мэн Цинчжан достал телефон:
– Разумеется, нужно взять в руки законное оружие и защитить себя. – Он опустил голову, что-то делая в телефоне, и с укоризненным видом пожурил Ли Шу: – Понимаешь ли ты вообще что-нибудь о соблюдении законов и порядка? О чём ты только думаешь целыми днями?
Лихо захлопнув телефон, Мэн Цинчжан приподнял бровь:
– Готово.
– Что ты сделал? – Ли Шу с любопытством вытянул шею.
– Сам посмотри. – Мэн Цинчжан постучал по экрану его телефона.
Ли Шу открыл телефон, но ничего особенного не увидел, и Мэн Цинчжан недовольно произнёс:
– Обнови.
Обновив страницу, он увидел, что в самом центре горячих поисковых запросов появилась новая строчка: Мэн Цинчжан отреагировал.
Ли Шу нажал на неё и попал на аккаунт Мэн Цинчжана, который только что опубликовал новый пост.
Мэн Цинчжан: У распускания слухов есть цена. @БаклажанОСплетнях @ЕжедневныеСвежиеСплетниИндустрии @ЛюбовныеИнтрижкиАртистов @ГлавныеЗвёздныеСплетни…
Ответ Мэн Цинчжана был кратким и чётким: он напрямую отметил в посте целую цепочку маркетинговых аккаунтов с предупреждением.
Фанаты уже давно оставляли комментарии под другими маркетинговыми аккаунтами, опровергая слухи, и теперь, когда пост Мэн Цинчжана был опубликован, они мгновенно сбежались туда, и с каждым обновлением количество комментариев удваивалось.
【Кто-то снова собирается извиняться #улыбка】
【Поддерживаю брата Мэна】
【Создание слухов незаконно, маркетинговые аккаунты, пожалуйста, знайте меру...】
【Студия выпустила официальное заявление!】
Увидев этот комментарий, Ли Шу перешёл на отмеченную страницу студии Мэн Цинчжана. Гу Лян и остальные действовали очень быстро: объявление было составлено, заверено печатью и опровергало все слухи, при этом они отметили адвокатское бюро, с которым сотрудничали ранее, с жёстким заявлением о намерении судиться до победного конца.
Фанаты сдерживались весь день, и теперь, увидев публикацию студии, наконец вздохнули с облегчением, а количество репостов за считанные минуты перевалило за десятки тысяч.
Вдохновившись этим примером, Ли Шу тут же вернулся в свой фан-клуб и отметил тех самых людей, которые заявляли, что он ненастоящий Карп Кои.
– Чего уставился? Ты тоже собираешься подать на них в суд? – с насмешкой спросил Мэн Цинчжан.
Ли Шу очень рассердился:
– Разве нельзя?
Мэн Цинчжан невольно усмехнулся:
– Подать в суд за то, что они назвали тебя ненастоящим Бессмертным Карпом Кои? И на кого ты собрался подавать? Занимаешься феодальным суеверием — смотри, как бы тебя первого не загребли в кутузку.
Ли Шу, чей гнев только что зашкаливал, услышав это, немного пришёл в себя:
– И что, просто так спустить им это с рук?
Мэн Цинчжан посмотрел на него с выражением «ну до чего же глупый, просто сил нет» и брезгливо бросил:
– Я только что продемонстрировал тебе столь безупречную контратаку, неужели ты ничему не научился? По-моему, твоя голова набита мыльными операми.
Ли Шу зыркнул на него. Мэн Цинчжан улыбнулся:
– Перешли тех людей Гу Ляну. За феодальные суеверия, пожалуй, не арестуют, но вот от клеветы, распространения слухов и посягательства на честное имя никому из них не отвертеться.
Ли Шу так и поступил, и всю оставшуюся дорогу они ехали до отеля.
В лифте Ли Шу открыл телефон, чтобы просмотреть горячие поисковые запросы: пост Мэн Цинчжана и заявление студии уже оккупировали первое и второе места, однако популярность остальных тем вовсе не падала.
Множество грязных ругательств и узколобых домыслов заполняли экран, и Ли Шу впервые в жизни столкнулся с таким огромным количеством злобы.
Над макушкой посчитался чей-то лёгкий вздох, после чего Мэн Цинчжан протянул руку:
– Сюда.
Ли Шу: «?»
– Телефон. – С этими словами Мэн Цинчжан вытащил его у него из рук. – Сегодня вечером телефон побудет у меня.
– Ни за что. – Ли Шу отнял его обратно.
Мэн Цинчжан был на полголовы выше его и легко поднял руку вверх, так что Ли Шу не мог дотянуться.
В этот момент лиф остановился, и Сяо Ли, которая всё это время молча стояла в углу и не смела произнести ни звука, тихо промолвила:
– Я пойду первая.
Она наблюдала за ними всю дорогу и всё отчётливее чувствовала странность происходящего, однако в такой момент не решалась ничего сказать.
Ли Шу тоже жил на этом этаже, но его телефон всё еще оставался у Мэн Цинчжана, поэтому он не вышел из лифте и пообещал:
– Отдай мне, я больше не буду смотреть.
Мэн Цинчжан не поверил:
– Твой кредитный рейтинг слишком низкий.
– Правда. – Видя, что двери лифта вот-вот закроются, Ли Шу протянул руку, нажал кнопку открытия дверей и поднял руку с обещанием: – Если я еще хоть раз посмотрю, то... то...
– То превратишься в ненастоящего Бессмертного Карпа Кои, – подсказал за него Мэн Цинчжан.
Ли Шу широко распахнул глаза:
– Нет...
Мэн Цинчжан приподнял бровь:
– М?
– ...Ладно, – поджал губы Ли Шу. – ...Верни мне его.
Мэн Цинчжан вернул ему телефон и редко когда сказал что-то приятное:
– Отдыхай как следует, не нужно обращать внимание на это. В конце концов, это просто упрямство тупых упрямцев, ну попрыгают они еще один вечер, и что с того?
Вернувшись в номер, Ли Шу поначалу не удержался и хотел было заглянуть в телефон, но, вспомнив собственную клятву, с трудом сдержался.
Перестав следить за тем, что говорят в интернете, Ли Шу хоть и лег поздно, но не испытал особого дискомфорта. Проснувшись на следующий день, он почувствовал, что вчерашние негативные эмоции немного рассеялись — метод Мэн Цинчжана всё-таки оказался кое на что годен.
Однако отношение окружающих на съёмочной площадке стало далеко не таким дружелюбным, как раньше. Никто не осмеливался говорить что-либо Мэн Цинчжану в лицо, но за спиной шептались многие.
Конечно, нашлись и те, кто поддержал его. Ли И похлопал Ли Шу по плечу:
– В сети вечно верят во всякую чушь, не обращай внимания.
Во время перерыва к нему подошла Линь Мяньтуань и тоже выразила поддержку:
– Ли Шу, я тебе верю. Человеческая жизнь такая короткая, вы никак не можете быть настоящими.
Ли Шу почувствовал себя странным образом утешенным её словами.
Сходив умыться, Ли Шу возвращался обратно и, проходя мимо тилого угла, услышал, как несколько сотрудников о чём-то тихо переговариваются.
Знакомый резкий голос источал крайнюю брезгливость:
– Я же говорила, с самого начала было видно, что это никакой не нормальный ассистент, оказалось, что он...
Лица остальных слегка смутились: хотя втайне все они шушукались между собой, открыто и без малейшего стеснения поливать кого-то грязью решались немногие. В конце концов, Мэн Цинчжан был ветераном индустрии с огромной популярностью, и обижать его осмеливался далеко не каждый.
Не дождавшись отклика от остальных, тот человек всё же не замолчал:
– Ве вечно строит из себя недотрогу, а что там у него за закрытыми дверями — бог весть. Вы только подумайте, почему этот парень не захотел найти себе нормальную работу, а предпочёл лечь под кого-то? Уж не замашки ли у него какие-то особенные...
Услышав пару фраз, Ли Шу сразу понял, что обсуждают его и Мэн Цинчжана. Сначала ему было всё равно на эти фальшивые новости.
Но вспомнив вчерашний поступок Мэн Цинчжана, он вдруг почувствовал, что ему неприятно слышать, как того вот так злобно обсуждают и строят догадки. Этот Мэн Цинчжан обладал язвительным языком, брезгливостью и нарциссизмом, целыми днями высмеивал его, но, судя по вчерашнему вечеру, человек он в целом неплохой — как смеют эти люди клеветать на него за спиной?
Лицо Ли Шу помрачнело, он сделал несколько шагов вперед и бросил:
– Вы распускаете слухи.
Остальные испуганно вздрогнули и смутились: сплетничать за спиной и столкнуться нос к носу с тем, кого обсуждали — это было неловко.
Тот самый человек с неприятным голосом повернулся — и действительно, это был знакомый, ассистент Гао Ичжоу по имени Вэй Шуцзе. На секунду на его лице мелькнула паника, но, заметив, что за спиной Ли Шу больше никого нет, он тут же напустил на себя вид уверенности и в упор заявил:
– О чём ты говоришь? Мы тут болтаем совсем о другом, не примеряй всё на себя.
– Вы только что клеветали на меня и Мэн Цинчжана. – Взгляд Ли Шу холодно уставился на него, и, вспомнив то, чему его учил Мэн Цинчжан, он добавил: – Мы подадим на вас в суд.
Вэй Шуцзе нашел это одновременно смешным и тревожным. Кто в индустрии не знал, что все эти разговоры о законе — по большей части пустые предупреждения? Постепенно многие перестали воспринимать их всерьёз, а уверенный вид Ли Шу сейчас вызывал желание расхохотаться.
В то же время он отлично понимал, что есть и другой человек, который относится к этому смертельно серьёзно — Мэн Цинчжан. У этого киноактёра было полно денег, и он не боялся хлопот: найми он людей, они затаскают любого клеветника до полного истощения. Пытаясь оправдаться, Вэй Шуцзе выпалил:
– Не веришь — спроси их самих, о чём мы только что говорили?
Он был твёрдо уверен, что раз эти люди болтали с ним заодно, то даже если правда раскроется, им тоже не поздоровится, а значит, никто из них не посмеет признаться.
И действительно, остальные начали мямлить:
– ...Мы и вправду обсуждали другое...
– Да уж... ты, наверное, расслышал.
– Именно так.
В глазах Вэй Шуцзе промелькнуло торжество:
– Видишь?
Они продолжали что-то щебетать и выкручиваться, обступая его со всех сторон. Ли Шу плотно сжал губы, чувствуя, как волна гнева поднимается в груди. Сжав кулаки, он холодно окинул их взглядом:
– Какова правда на самом деле, вы и сами прекрасно знаете.
С этими словами он развернулся, собираясь уйти.
Вэй Шуцзе запаниковал и принялся нести чушь:
– Куда собрался? Мы ведь и правда ничего такого не говорили, это ты сам себе напридумывал.
Он испугался, что Ли Шу пожалуется Мэн Цинчжану, ведь оправдаться в таком случае у них не получится ни при каких раскладах. От испуга его сообразительность покинула его, и он попытался прямо здесь заставить Ли Шу признать, что тот просто всё не так расслышал.
Ли Шу, разумеется, не собирался обращать на них внимания. Вэй Шуцзе в панике попытался схватить его за руку, но Ли Шу отмахнулся:
– А-а! – завопил Вэй Шуцзе, отлетел в сторону и рухнул на стоявший рядом реквизит, опрокинув деревянные стеллажи с грохотом и треском.
– О боже! – остальные потрясённо ахнули и бросились ему на помощь.
Режиссёр Ван как раз обсуждал сцену с Мэн Цинчжаном и между делом бросил:
– Что там за шум? Серьёзно что-то? С кем это они задираются?
– Да с чего бы вдруг, – Мэн Цинчжан по-прежнему сохранял на лице дежурную полуулыбку.
– Ну и ладно, лишь бы мне съёмки не срывали.
– Не сорвут.
Откуда-то с той стороны донеслись испуганные крики, а затем кто-то заорал во всё горло:
– Драка!
– Ли Шу бьёт людей!
Глава 13
Мэн Цинчжан тут же поднялся на ноги, и улыбка исчезла с его лица.
Режиссёр Ван:
– Послать кого-нибудь посмотреть, что там стряслось?
Следующей по плану шла сцена Мэн Цинчжана, и хотя режиссёр изначально планировал отправить туда второго режиссера, чтобы тот просто глянул, в чём дело, брови Мэн Цинчжана сошлись на переносице:
– Я сам пойду посмотрю.
– Ну ладно. – Режиссёр Ван беспомощно махнул рукой.
Зрелища привлекали всех подряд, и вокруг уже столпилась куча народу. Вэй Шуцзе лежал на земле и стонал от боли, несколько человек помогали ему подняться, а Ли Шу с мрачным лицом стоял рядом — со стороны всё выглядело так, будто Ли Шу устроил беспричинную драку.
На шум прибежал не только Мэн Цинчжан: другие актёры, находившиеся поблизости, и Гао Ичжоу прибыли даже раньше. Гао Ичжоу нахмурился:
– Что здесь происходит?
Придерживая вывихнутую руку, Вэй Шуцзе принялся жаловаться:
– Мы просто разговаривали, а он вдруг подошёл и обвинил нас в том, что мы за его спиной перемываем ему кости. Я попытался ему всё объяснить, а этот человек даже слушать ничего не стал и сразу распустил руки!
http://bllate.org/book/35857/4441075
Готово:
