Гао Ичжоу посмотрел на Ли Шу, и в его взгляде читалось не только раздражение, но и нечто иное. Он уже решил для себя, что именно Ли Шу — зачинщик потасовки, и подвел итог:
— Все именно так и было?
Ли Шу пристально посмотрел ему в глаза:
— Я ничего не перепутал.
Гао Ичжоу нахмурился и обернулся к остальным:
— Вы ведь тоже были там. Скажите, правду ли говорит Вэй Шуцзе?
Остальные, разумеется, не осмелились ответить прямо и лишь невнятно пробормотали что-то неопределенное.
Гао Ичжоу произнес:
— Видишь? Столько людей вокруг, вероятно, ты все же ошибся.
Вокруг зашептались. Люди уже видели Ли Шу и Мэн Цинчжана в топах поисковых запросов, видели плачевное состояние Вэй Шуцзе, а поскольку никто не мог подтвердить слова Вэй Шуцзе, все подсознательно решили, что это Ли Шу, расстроенный из-за новостей, потерял самообладание, увидев, как люди тихо перешептываются, и решил, что обсуждают его. Взгляды, бросаемые на Ли Шу, тут же изменились.
Однако Ли Шу не обращал внимания на окружающих. Он уставился на Вэй Шуцзе:
— Ты осмелишься повторить то, что только что сказал?
Вэй Шуцзе внезапно издал мучительный стон, вид его был настолько жалким, что смотреть было больно:
— Так больно… Я просто говорил им, что нужно делать, если хочешь устроиться помощником…
— Похоже, это и правда недоразумение, — Гао Ичжоу скрестил руки на груди. — Ничего страшного не случилось. Ли Шу, извинись перед Вэй Шуцзе, а ему стоит сходить в больницу.
— Кто тут должен извиняться? — раздался низкий, бархатный голос.
Это был Мэн Цинчжан. В сценическом костюме, с бесстрастным лицом, он прошел сквозь толпу, которая невольно расступилась перед ним.
Гао Ичжоу опустил руки и выдавил улыбку:
— Брат Мэн, это все недоразумение, мы уже во всем разобрались.
Мэн Цинчжан даже не взглянул на него. Он подошел прямиком к Ли Шу и тихо спросил:
— Что здесь происходит?
Тяжесть на душе Ли Шу мгновенно исчезла, словно он снова стал маленьким ёкаем, которого обижают другие, а Господин Бог Счастья пришел его защитить. Ли Шу опустил взгляд и глухо объяснил:
— Я не бил его. Он хотел преградить мне путь, я махнул рукой, и он сам упал.
Бить людей запрещено, он и так сдерживал свою силу, кто же знал, что Вэй Шуцзе все равно отлетит в сторону.
Мэн Цинчжан безоговорочно поверил ему. Его личный помощник совсем не склонен к насилию, и хотя Вэй Шуцзе выглядит ужасно, вины Сяо Ли здесь точно нет.
— Почему он преградил тебе путь? — Мэн Цинчжан наклонился, глядя на два торчащих вихра на макушке Ли Шу.
Вихры качнулись, и Ли Шу ответил подавленным голосом:
— Он говорил… обо мне… и о тебе.
Ли Шу не хотел вдаваться в подробности того, что именно было сказано. Но только что никто из присутствующих не встал на его сторону, поэтому он неуверенно поднял голову:
— Но сейчас они все отрицают.
Взгляд Мэн Цинчжана стал холодным. И правда, Ли Шу не стал бы конфликтовать без причины. Он повернулся к Вэй Шуцзе.
Увидев, как Ли Шу и Мэн Цинчжан тихо переговариваются, Вэй Шуцзе занервничал. Его прошиб холодный пот, а под суровым взглядом Мэн Цинчжана ноги и вовсе стали ватными:
— Господин Мэн… мы ничего такого не говорили… это недоразумение…
Мэн Цинчжан усмехнулся — эта улыбка была полной противоположностью его обычной небрежности:
— Какое именно недоразумение?
— Они могут подтвердить! — Вэй Шуцзе указал на стоявших рядом сотрудников.
Но те поспешно опустили головы, не смея ответить.
— Раз вы утверждаете, что Ли Шу ударил человека, давайте вызовем полицию, — сказал Мэн Цинчжан. — И по поводу драки, и по поводу того, что именно вы говорили, пусть разбирается полиция.
Вэй Шуцзе окончательно запаниковал и умоляюще посмотрел на Гао Ичжоу. Тот помолчал, сжав губы, а затем сменил тон на более мягкий:
— Брат Мэн, разве обязательно доводить дело до полиции? Это просто недоразумение, если поднимется шум, это плохо на всех скажется.
Мэн Цинчжан холодно взглянул на него:
— В чем же недоразумение? Ты считаешь меня настолько глупым, что меня можно водить за нос?
Гао Ичжоу открыл рот, снова сжал губы и, опустив глаза, замолчал.
Заместитель режиссера, видя, что между двумя актерами вот-вот разгорится конфликт, а один из них — сам кинозвезда Мэн Цинчжан, испугался не на шутку и пошел звать режиссера. Режиссер Ван сразу понял, в чем дело, но, видя твердость Мэн Цинчжана, нахмурился и попытался убедить его:
— Цинчжан, я во всем разберусь. Полиция — это всегда лишние проблемы для всех нас.
Съемки идут полным ходом, а если приедет полиция — неважно, насколько все серьезно, это породит массу слухов. Режиссеру Вану такие негативные поводы были не нужны.
Мэн Цинчжан посмотрел на режиссера и жестом велел Ли Шу идти за ним. Он знал: даже если приедет полиция, все закончится максимум предупреждением.
Режиссер Ван приказал отправить Вэй Шуцзе в больницу, успокоил Гао Ичжоу, чтобы тот возвращался к съемкам, а остальных причастных к инциденту сотрудников вызвал на допрос. В любом случае, все они были замешаны в этой истории.
*
Ли Шу, опустив голову, следовал за Мэн Цинчжаном, под любопытными взглядами окружающих направляясь к фургону.
Как только дверь закрылась, Мэн Цинчжан посмотрел на своего помощника, чья нижняя губа выпятилась так сильно, что на ней можно было повесить ведро. В глазах актера появилась искренняя улыбка:
— Что такое? Я ведь только что твердо стоял на твоей стороне, чего ты до сих пор такой обиженный?
Ли Шу поднял на него взгляд и снова опустил:
— Но их не забрала полиция.
Мэн Цинчжан рассмеялся:
— Ну как у тебя в голове все устроено? Сказал про полицию, так ты только за это и зацепился.
— Есть много вещей, с которыми полиция не может разобраться, — глубокомысленно добавил Мэн Цинчжан.
Ли Шу, не совсем понимая, переспросил:
— Так мы просто так его отпустим?
— Нет, конечно. — В глазах Мэн Цинчжана мелькнул холодный блеск. Он перевел тему, решив подразнить его: — С чего это ты сегодня такой вспыльчивый? Вчера тебя волновало только твое имя Бессмертного Карпа Кои, а сегодня ты полез в драку из-за пары слов за спиной.
Ли Шу замялся:
— …Он говорил гадости…
Уголки губ Мэн Цинчжана приподнялись:
— Совсем не выдержанный. Вчера столько людей в сети тебя поливали грязью, а ты был так спокоен и даже не злился.
— Вчера они ругали только меня, это все неправда, — выпалил Ли Шу. — А он только что говорил про тебя…
Мэн Цинчжан приподнял бровь. Значит, вчера Ли Шу не обратил внимания, потому что поток нападок был направлен лично на него, а Мэн Цинчжан не был затронут?
Он действительно… Мэн Цинчжан не понимал, что чувствует: словно внутри разлилось что-то теплое и мягкое, наполнило грудь до краев, но тут же бесследно улетучилось, оставив после себя пустоту.
Вспоминая реакцию Ли Шу, Мэн Цинчжан сделал смелое предположение: вчера его помощник просто не успел сообразить, что к чему. Обычный человек, внезапно оказавшись в центре такого скандала, обычно осознает масштаб событий с опозданием. А Ли Шу, будучи его поклонником, к тому же испытывал к нему особые чувства. Наверняка вчера он был в растерянности и нашел другой предлог, чтобы скрыть свои мысли, а сегодня, услышав гадости о нем, просто не смог сдержаться.
— Ладно, не бери их в голову, — Мэн Цинчжан слегка кашлянул. — И впредь больше ни с кем не дерись. Не ожидал, что с виду такой тонкий и звонкий, ты окажешься таким силачом.
Ли Шу это задело:
— Кто тут тонкий? Я очень сильный! Раньше я всегда побеждал в драках, каждый раз занимал первое место.
Глядя на его абсолютно серьезную физиономию, Мэн Цинчжан почувствовал зуд в ладонях. Он потянулся было, чтобы потрогать его за плечо, но на полпути передумал и остановился. Все это время Ли Шу каждый день ломал голову, как бы исподтишка к нему прикоснуться, а это был первый раз, когда он сам проявил инициативу…
Увидев, что Мэн Цинчжан замер на полпути, Ли Шу осенило. Он был так занят мыслями о новостях, что забыл: сегодняшняя миссия по «тайному прикосновению» еще не выполнена. Он притворился, что не заметил колебаний кинозвезды, и сам подставил плечо:
— Ну же, не веришь? Пощупай, сплошные мышцы!
Как только он коснулся собеседника, Ли Шу почувствовал, как приятная прохлада проникает в его тело, и блаженно прищурился.
Глядя на Ли Шу, который бесцеремонно «напросился» на контакт и теперь выглядел абсолютно довольным, Мэн Цинчжан усмехнулся и для виду пощупал его руку. На душе было одновременно и самодовольство, и досада: все-таки Ли Шу к нему неравнодушен.
*
Режиссер действовал решительно: очень быстро удалось выяснить всю подноготную. По сути, все было вызвано теми самыми новостями. Хотя это и был личный конфликт между сотрудниками, но раз Вэй Шуцзе оказался в больнице, а Мэн Цинчжан занял жесткую позицию, защищая своего помощника, режиссер издал приказ: запретить всем на съемочной площадке обсуждать поисковые запросы.
После окончания смены Гао Ичжоу подошел к Мэн Цинчжану с извинениями, но тот даже не удостоил его вниманием.
Гао Ичжоу сделал несколько шагов, догоняя его:
— Брат Мэн, у этого Шуцзе язык без костей. Я вернусь и задам ему хорошую трепку, заставлю его прийти и извиниться перед Ли Шу.
— Кто тебе брат? — парировал Мэн Цинчжан. — Сначала пусть извинится, а потом поговорим. И по поводу его мнения обо мне — я доведу это дело до конца.
— …Господин Мэн, — Гао Ичжоу был айдолом, с нежными чертами лица, и сейчас это «жалкое» выражение действительно могло вызвать жалость, но только не у Мэн Цинчжана.
Проводив взглядом уходящих, Гао Ичжоу прикусил губу. В опущенных глазах читалась ненависть. Помедлив, он достал телефон и набрал номер:
— …Господин Ли…
Сяо Ли, занятая новостями, только потом узнала о драке. Она была возмущена:
— Они же оклеветали человека! Постоянно пьют напитки, которые покупает господин Мэн, а сами даже не понимают, что за добро платят злом. Сразу видно, что это кто-то за спиной очернил вас, а они еще и поверили…
Мэн Цинчжан не ел общую еду со съемочной группой, но всегда заказывал напитки на всех, и все знали, насколько он щедр, и обожали заказы от кинозвезды.
Мэн Цинчжан откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, отдыхая. Ли Шу, подражая ему, пытался успокоить Сяо Ли:
— Все уже хорошо… М-м… Они поступают так, не заботясь о последствиях для своей кармы… Это принесет им несчастья.
— Почему ты вечно выглядишь как какой-то маленький фанатик суеверий? Смотри, а то заберут тебя дяди-полицейские, — внезапно проговорил Мэн Цинчжан своим ленивым тоном.
Ли Шу: «……» Невежественные люди.
Мэн Цинчжан не был в настроении идти в ресторан, поэтому они заказали доставку и сразу вернулись в отель.
На входе Ли Шу сразу заметил нескольких странных людей у стойки регистрации. По тому, как они стояли, было ясно: это не обычные прохожие.
Действительно, стоило им подойти ближе, как один из мужчин высокого роста шагнул к ним и предъявил удостоверение:
— Вы господин Ли Шу? Мы — Э-ское городское отделение Управления специальных исследований. Меня зовут Гань Хэ. Ввиду того, что вы распространяете феодальные суеверия в сети, попрошу вас проехать с нами.
Ли Шу опешил: почему это его забирают первым?
Глава 14
Э-ское городское отделение Управления специальных исследований располагалось в пригороде, как оказалось, совсем недалеко от места съемок.
Несколько административных зданий стояли в ряд. Первое здание выглядело вполне обычно: сотрудники деловито сновали между кабинетами. За зданиями находился большой двор, утопающий в зелени. Однако, чего не могли видеть обычные люди, так это того, что в воздухе над двором натянута тонкая, словно желе, мембрана. Стоило пройти сквозь нее, как за ней открывался иной, удивительный мир.
http://bllate.org/book/35857/4441076
Готово:
