Тем самым успешно превратив поведение Се И из «спрятался в страхе перед возвращением в Башню Мага из-за недостатка сил» в «был вынужден уйти по сокровенным личным причинам и не желает, чтобы об этом кто-то узнал».
Эту скрытую причину Се И тоже придумал:
согласно одному пророчеству, его судьба оказалась тесно связана с Сехитусом, принцем далекого и захолустного царства, и предсказание сулило Сехитусу стать его будущим мужем. Будучи Главой Магов, Се И абсолютно не мог смириться с подобным будущим, а потому затаился в этой стране под чужим именем, планируя задушить Сехитуса еще в колыбели.
Но поскольку судьба Сехитуса была неразрывным образом связана с его собственной, Се И не мог просто взять и убить его, а потому оставалось лишь измываться над ним иными способами. После нескольких столкновений выяснилось, что тот жалок и труслив, и уж точно никак не сможет стать его мужем, как то предрекало пророчество.
Эту идею Се И почерпнул из одного местного сказания.
Повод вышел просто безупречным.
Он не только объяснял, зачем Се И понадобилось инкогнито являться в столь отдаленное маленькое королевство и тратить там время, но и звучал достаточно неловко для упоминания вслух, а потому даже столь глупая затея, как издевательства над Сехитусом, обретала вполне сносное оправдание.
Се И продумал даже внутренний монолог: пророчество гласит, что ты станешь мужем самого Главы Магов — да ты хоть достоин этого? И хотя лишить тебя жизни я не могу, помучить тебя мне вполне по силам.
После этого ему оставалось лишь продолжать ломать комедию перед пешкой и разыгрывать спектакль, позволяя той самостоятельно догадаться о его «сокровенной тайне», после чего можно было смело удаляться.
Изначально Се И планировал поступить именно так.
Но теперь он передумал.
Хотя у него не было доказательств, интуиция подсказывала, что эту пешку... то есть Якоба, привел с собой Сехитус.
Пусть он и был готов к подобному повороту, но все равно застигнут врасплох и слегка раздосадован, а потому решил оставить Сехитусу незабываемые воспоминания.
В рукописных записях автора черным по белому было написано, что Сехитус испытывает отвращение к любым телесным контактам. Будучи Священным Императором, он извечно презирал плотские утехи, а всех женщин, что пытались броситься к нему в объятия, он безжалостно уничтожал.
Этот главный герой не выносил даже нежных и мягких девушек — что уж говорить о мужчинах?
Незадолго до этого Се И как раз вычитал в записках одно колдовство, создающее иллюзии. Оно не только давало ему удобный повод для ухода, но и позволяло оставить в памяти Сехитуса неизгладимый след:
время шло, и по мере приближения срока исполнения пророчества Се И, вполне закономерно, становился все более раздражительным. Однако в тот самый день ничего не произошло, и Се И, пребывая в расслабленном расположении духа, решил с раннего утра покинуть те места. Напоследок он сжалился и решил преподнести Сехитусу — принцу, над которым измывался целых полгода, — флакон с зельем для укрепления здоровья.
Самым обычным зельем, без каких-либо побочных эффектов.
Однако по неизвестной причине выпивший эликсир принц внезапно потерял контроль над собой и совершенно неожиданно напал на колдуна, после чего между ними пала преграда.
Пришедший в себя Глава Магов был глубоко потрясен. Он сперва хотел отомстить, но затем вспомнил историю про Царя Эдипа, к тому же лишать Сехитуса жизни он по-прежнему не мог. Опасаясь увязнуть в этом еще сильнее и охваченный паникой, он поспешно ретировался.
Перед уходом он намеревался стереть память Сехитусу, но в тот момент его мысли были настолько растеряны, что из затеи ничего не вышло.
Это позволяло как благополучно уйти, так и отравить жизнь Сехитусу, застряв у того в горле костью.
В конце концов, Сехитус придерживался аскетичных взглядов, Се И приходился ему заклятым врагом да кдому же был мужчиной — случившееся должно было стать для него страшнейшим ударом.
Се И казалось, что он даже может вообразить потрясенное выражение лица Сехитуса.
Завершив сочинение сценария, Се И перевел взгляд на свою пешку, опутанную Кровопийчей Лианой.
— Ты проиграл, — глядя на Якоба сверху вниз, произнес он. — По правилам ты должен стать моим слугой.
Он протянул руку:
— Заключим контракт, Якоб.
Как бы ни сопротивлялся Якоб в душе, Се И не предоставил ему шанса на попятную: он напрямую схватил ослабевшую руку противника и скрепил договор, и с той минуты Якоб сделался слугой Се И.
Отлично, пешка получена.
Глава 7. Издевательства над главным героем
Се И не собирался любезничать с пешкой по имени Якоб.
Сейчас он выступал в роли колдуна, а пока его силы не достигли уровня, позволяющего творить всё, что вздумается, ему лучше всего было казаться человеком переменчивого нрава и скверного характера.
Нужно вести себя как настоящий колдун.
Он склонился над поверженным Якобом, опутанным Кровопийчей Лианой и неспособным пошевелиться, и несильно похлопал того по щеке. Тон его прозвучал мягко, но от голоса веяло холодом:
— Я предупреждал, что в последнее время у меня скверное расположение духа, и удары могут оказаться тяжеловаты.
Се И коротко усмехнулся, снял скрывавшую все его лицо маску и явил истинный облик:
— Якоб, понятия не имею, как тебе удалось меня отыскать, но я очень надеюсь, что слухи обо мне больше не просочатся наружу.
Якоб, прикованный к земле Кровопийчей Лианой и не имеющий возможности пошевелиться, широко распахнул глаза от изумления, когда Се И обнажил свое лицо:
— Ты... Ты и есть Се И?
Год назад, когда Се И наследовал титул Главы Магов, Якоб как раз присутствовал на церемонии.
В полученных им сведениях не упоминалось имя мага — он думал лишь, что некий слабый колдун прячется в этих краях, спасаясь от вызовов на поединок. Кто бы мог подумать, что этим человеком окажется сам Се И!
Зачем Се И понадобилось являться сюда?
Столь отдаленное маленькое королевство не могло похвастаться ни процветанием, ни какими-либо тайными знаниями, достойными изучения. Зачем столь могущественному колдуну тратить время в подобном месте?!
Множество вопросов вихрем кружилось в голове Якоба, но ни на один из них не нашлось ответа.
Се И вернул Кровопийчую Лиану в кольцо, бросил Якобу склянку с Магическим зельем и без церемоний приказал:
— Пей.
Якоб, связанный с ним договором господина и слуги, не имел ни малейшей возможности противостоять этому приказу и послушно принял протянутый флакон.
Только теперь он воистину осознал, что именно означало его поражение.
Он лишился свободы, обратившись слугой другого колдуна.
Колдуны обычно невероятно дорожили собственными Башнями Мага, а проигравшие поединки сородичи чаще всего кончали плохо, а потому чародеи подходили к бросанию вызовов с предельнейшей осторожностью.
http://bllate.org/book/35850/4439953
Готово:
