Она не хотела усложнять всё в голове. Четверг уже на пороге, а значит, на съёмках сериала «Огни войны» её сцены скоро завершатся. Агент в последнее время весь поглощён продвижением другой актрисы — той, что гораздо популярнее, — и времени наведаться к ней у него просто нет.
Жуань Чживэй мечтала лишь об одном: отпраздновать окончание съёмок наедине с Шэнь Янем — поздравить саму себя с завершением ещё одного проекта.
Это был её маленький ритуал.
—
Вот и настал тот самый четверг.
Зная, что сегодня у Жуань Чживэй последний день на площадке, Сяо Мэнмэн грустно вздохнула:
— Как только я сама закончу — сразу приглашу тебя на ужин! Мне так жаль, что ты уходишь… Обязательно будем чаще общаться! Поверь, мне правда повезло познакомиться с тобой на этих съёмках — я безумно рада!
Жуань Чживэй мягко улыбнулась:
— Хорошо.
Су Юй стоял рядом, молча и безучастно наблюдая за происходящим.
Последней сценой Жуань Чживэй стала водная сцена.
В Шанхае разразился самый масштабный военный переворот: междоусобицы между военачальниками достигли апогея. Лу Лин оказался втянут в водоворот событий, и даже ночное кабаре погрузилось в хаос.
Цзыюань, преследуемая солдатом, в панике бежала, не разбирая дороги. В какой-то момент она выскочила к берегу озера: впереди — бездонная вода, позади — неумолимые преследователи. В отчаянии Цзыюань закрыла глаза и прыгнула в озеро.
Когда Лу Лин нашёл её, было уже слишком поздно.
Его люди вытащили девушку из воды. Её тонкое тело промокло насквозь, мокрые пряди прилипли к бледному лицу, губы посинели, глаза плотно сомкнуты.
Лу Лин дрожащей рукой проверил пульс — дыхания не было.
Даже смерть не смогла погасить красоту Цзыюань. Её длинные ресницы, словно вороньи перья, мягко лежали на щеках, черты лица были спокойны и умиротворённы — будто она просто уснула.
Но Лу Лин знал: она больше не проснётся.
Она больше не взглянет на него своими испуганными, как у оленёнка, глазами. Больше не попросит его пощадить её. Это он втянул её в эту беду и не сумел защитить.
Всё это — его вина.
Глаза Лу Лина налились кровью. Его рука всё ещё лежала под её носом, и он не мог заставить себя убрать её. Впервые в жизни этот надменный, властный мужчина дрожал всем телом. Слёзы, которые он так долго сдерживал, наконец хлынули потоком. Он тихо, с мольбой, прошептал:
— Нет… Цзыюань, очнись… Прошу тебя, посмотри на меня ещё раз… Умоляю… Цзыюань…
Слёзы катились по его щекам. Лу Лин прижал к себе её безжизненное тело и разрыдался безутешно.
— Снято! Поздравляю, Чживэй, с окончанием съёмок! Су Юй, эмоции передал идеально! — раздался голос режиссёра через динамик. Вокруг зааплодировали.
Жуань Чживэй долго пролежала в воде и теперь дрожала от холода. Она чихнула, открыла глаза и попыталась встать, но обнаружила, что Су Юй всё ещё крепко обнимает её.
Он прижимал её так сильно, что ей стало трудно дышать.
Голова Су Юя покоилась у неё на шее. Жуань Чживэй не видела его лица, но почувствовала, как горячие слёзы капают ей на затылок.
Су Юй всё ещё плакал.
На съёмочной площадке такое случалось нередко — особенно после эмоционально насыщенных сцен. Актёры иногда не могли сразу выйти из образа. Жуань Чживэй замерла, не решаясь пошевелиться. Режиссёры тоже подошли поближе:
— Всё в порядке, всё нормально.
— Просто нужно немного времени.
— Подождём его.
Прошло немало времени, прежде чем Су Юй наконец ослабил объятия и вернулся в реальность. Снова он стал тем самым сдержанным юношей.
Его бледное лицо всё ещё отражало боль, в карих глазах застыли слёзы, веки покраснели. Он первым поднялся на ноги:
— Прости.
— Ничего страшного.
Он не хотел, чтобы Жуань Чживэй видела его в таком состоянии. Су Юй отвёл взгляд и быстро ушёл.
Сяо Мэнмэн помогла Жуань Чживэй подняться и вздохнула:
— Я даже со стороны смотрела — и чуть не расплакалась. Он плакал так горько… Эй? Тебе же холодно — ты дрожишь!
Действительно, ей было холодно. Последняя сцена требовала крупного плана лица, поэтому дублёра использовать нельзя было. Чтобы создать эффект долгого пребывания в воде, она всё это время пролежала в озере и теперь дрожала от холода.
— Апчхи! — чихнула Жуань Чживэй, кончик носа покраснел.
— Пойдём скорее в гримёрку, высушим волосы, а то простудишься.
— Хорошо.
В гримёрке они обнаружили Су Юя. Он тихо сидел у зеркала, задумавшись о чём-то.
Услышав шаги, он поднял глаза и встретился взглядом с Жуань Чживэй. Его взгляд дрогнул, но затем он, как обычно, спокойно кивнул ей в знак приветствия.
Жуань Чживэй тоже ответила кивком. Она хотела спросить, лучше ли ему сейчас, но вспомнила, что именно её персонаж стал причиной его душевного срыва, и решила промолчать — вдруг напоминание снова вернёт его в ту боль.
Поэтому она старалась быть как можно менее заметной, нашла фен и включила его на слабый режим, чтобы высушить волосы и одежду. Даже на слабом режиме фен шумел громко, и этот шум заполнил всё пространство гримёрки. Среди этого гула Су Юй вдруг осознал: это последняя сцена Жуань Чживэй.
Он скрыл эмоции в глазах и направился к выходу. Проходя мимо неё, он всё же остановился и тихо сказал:
— С окончанием съёмок. И давай потом чаще общаться.
Фен шумел слишком громко, и Жуань Чживэй не расслышала.
— Что? — выключила она фен.
— …С окончанием съёмок.
На этот раз она услышала.
— Спасибо, — кивнула она.
Сяо Мэнмэн всё это время молча наблюдала. Она всё поняла, но не стала ничего говорить. Жуань Чживэй ведь уже встречалась с другим человеком. Сяо Мэнмэн решила, что нет смысла раскрывать чувства Су Юя. Она весело хлопнула подругу по плечу и перевела тему:
— Сегодня же твоё завершение съёмок! Ничего не планируешь? Не хочешь отпраздновать? У меня ещё сцены, иначе бы пошла с тобой.
При этих словах в глазах Жуань Чживэй мелькнула лёгкая надежда:
— Планирую. Я договорилась отпраздновать с тем, кого люблю.
Она давно не общалась с Шэнь Янем — они находились в ссоре. Но сегодняшний день был особенным: завершение съёмок — важное событие. Поэтому она с нетерпением ждала этой встречи.
— Ох, — вздохнула Сяо Мэнмэн, — в твоих глазах прямо светится влюблённая девочка. Завидую! Теперь и мне хочется влюбиться.
Помолчав, она не удержалась:
— Ну расскажи, кто он такой?
Жуань Чживэй на мгновение задумалась, потом описала:
— Яркий, дерзкий, ослепительный, как солнечный свет.
Для неё Шэнь Янь и вправду был подобен солнцу. В самые тёмные и безнадёжные времена он внезапно ворвался в её жизнь и с тех пор занимал в ней всё больше места.
Пусть порой его свет и режет глаза, причиняя боль, но ей так не хватало его тепла и сияния, что эта ослепительность уже не казалась такой колючей.
— Ладно, — улыбнулась Сяо Мэнмэн, — тогда и я пожелаю тебе: Чживэй, с окончанием съёмок! И пусть ты всегда будешь счастлива!
— Спасибо, — мягко улыбнулась Жуань Чживэй. — И тебе того же.
—
Жуань Чживэй договорилась встретиться с Шэнь Янем в четыре часа дня у первой уличной фонарной стойки рядом с площадкой.
Шэнь Янь сказал, что у него совещание, но как только закончит — сразу приедет. Она терпеливо ждала его под фонарём.
После съёмок в воде её лицо приобрело болезненную бледность. Перед уходом со съёмочной площадки она специально подкрасилась в гримёрке: вишнёвая помада придала лицу здоровый вид, персиковые румяна сделали её похожей на распустившийся цветок, ожидающего, чтобы его сорвали.
До четырёх часов оставалось пятнадцать минут. Она то и дело поглядывала вдаль — то влево, то вправо, с надеждой высматривая его машину.
А в это время Шэнь Янь ехал в машине к площадке. Внезапно на экране его телефона всплыло уведомление:
[#Бай Ци уже вернулась! Множество фанатов собрались в аэропорту Сяньдун, чтобы встретить знаменитого режиссёра! Почему так много внимания к ней?#]
Чёрт.
Он уже удалил приложение новостей «Тэнъи», но уведомления всё равно приходили — теперь от встроенного новостного сервиса соцсети.
Увидев это сообщение, Шэнь Янь почувствовал раздражение.
Он махнул рукой и открыл новостной сайт. На фото — толпы фанатов, с нетерпением ожидающих. Шэнь Янь часто летал в командировки и сразу узнал место: терминал T2 международного аэропорта Сяньдун.
Он долго смотрел на это фото, потом вдруг сказал:
— В аэропорт Сяньдун, терминал T2.
Ассистент, сидевший за рулём, удивился:
— Но госпожа Жуань Чживэй ждёт вас в районе Биньцзян…
— В аэропорт, — голос Шэнь Яня был лишён эмоций.
Ассистент молча изменил маршрут и повернул машину в сторону аэропорта.
В салоне повисла тишина. Внезапно зазвонил телефон. Шэнь Янь бросил взгляд на экран — звонила Жуань Чживэй.
Он не хотел отвечать.
Телефон продолжал звонить, но Шэнь Янь не собирался брать трубку. В тишине звонок казался особенно громким. Шэнь Янь взглянул на навигатор: сейчас ровно четыре часа. Он вдруг вспомнил, что именно в это время назначил встречу Жуань Чживэй.
«Ничего страшного, — подумал он. — Она и раньше часто ждала меня. Подождёт ещё немного».
Он был абсолютно уверен: сколько бы ни прошло времени, Жуань Чживэй всё равно будет ждать его на том же месте.
—
На экране телефона Жуань Чживэй уже почти пять часов.
Она несколько раз звонила Шэнь Яню, но он не отвечал. Она даже начала подозревать, не случилось ли с ним чего в дороге, и проверила местные новости — аварий или пробок не было.
Лето уже сменялось осенью, и к вечеру температура резко падала. Холодный ветер дул ей в лицо, проникая сквозь полусухую одежду, и ледяной холод растекался по телу.
Как же холодно.
Жуань Чживэй топала ногами, дрожа от холода. Её белоснежная кожа покраснела. Она снова написала Шэнь Яню, но ответа не последовало.
После съёмок в воде ей и так было нехорошо, а теперь она замёрзла до костей — пальцы словно онемели.
Батарея телефона в холоде быстро садилась. Жуань Чживэй посмотрела на экран — заряд почти на нуле. Она сделала последнюю попытку дозвониться.
На этот раз вместо длинных гудков раздалось: «Абонент сейчас разговаривает. Пожалуйста, повторите попытку позже».
Значит, Шэнь Янь сейчас на другом звонке?
Почему тогда он не берёт её звонки? Может, только что увидел пропущенные?
Жуань Чживэй нахмурилась. Она хотела подождать немного и позвонить снова, но вдруг экран полностью погас — телефон выключился.
В тот же момент в зале аэропорта царило оживление. Фанаты кричали, размахивая руками, надеясь привлечь внимание Бай Ци:
— Бай дао! Посмотрите на моего брата! Он обожает научную фантастику и постоянно делится с нами в соцсетях рассказами!
— Бай дао! Вам стоит смелее брать новичков!
…
Бай Ци, казалось, не замечала фанатов. Она медленно вышла из зоны прилёта. Её лицо напоминало лицо Жуань Чживэй на треть — изящное, прекрасное, но в отличие от Жуань Чживэй, в её облике чувствовалась надменность, будто гордый белый павлин.
Она разговаривала по телефону — с Шэнь Янем.
Не увидев его у выхода, она всё равно с уверенностью сказала:
— Ты здесь.
Издалека Шэнь Янь стоял в углу аэропорта и смотрел на неё. Услышав её слова, он лёгкой усмешкой приподнял уголки губ:
— Ага.
На лице Бай Ци расцвела улыбка. Она сказала с полной уверенностью:
— Я знала, что ты обязательно приедешь.
Автор оставляет примечание: у Шэнь Яня нет никаких моральных нарушений (ни духовной, ни физической измены). Этот эпизод будет объяснён позже с точки зрения Жуань Чживэй. Герой с подобными проступками никогда не стал бы главным. Но он действительно заслуживает наказания.
Обратный отсчёт до расставания: 75%.
Упрямая, не идущая на компромиссы, не прощающая измены Жуань Чживэй вот-вот вступит в игру.
P.S. За комментарии будут раздаваться красные конверты.
Ночной ветер принёс с собой осеннюю прохладу. Небо постепенно темнело, тьма медленно поглощала дневной свет.
Машины на улице включили фары, и их яркий свет резал глаза Жуань Чживэй. Одна за другой автомобили проносились мимо, но среди них не было знакомой машины.
Жуань Чживэй стояла совсем одна под уличным фонарём. Тусклый жёлтый свет удлинял её тень. Она не знала, который сейчас час.
http://bllate.org/book/3584/389390
Готово:
