Фэн Хаоюй резко повернулся к Фэн Жуйсюэ. Лицо девушки побледнело, она до крови закусила губу, в упор глядя на Цзи Фэна, а её голос дрожал:
— Ты… что ты такое говоришь?
Цзи Фэн холодно посмотрел на неё:
— Цзи Сюэ, ты действительно считаешь, что я говорю чепуху? М? Раз уж это чепуха, то я не против сказать кое-что, что вовсе ею не является.
Он вовсе не улыбался, но от него исходило такое давящее присутствие, что Цзи Сюэ на мгновение затряслась всем телом, уловив истинный смысл его слов.
В прошлой жизни Цзи Фэн в конце концов столько лет занимал высокое положение, да к тому же был выдающимся талантом своего поколения в даосской школе — даже сам правящий государь выказывал ему избыток уважения, чего уж говорить о стоящей перед ним Фэн Жуйсюэ, которая лишь недавно возвысилась благодаря Семье Фэн.
Ей, естественно, было не тягаться с ним.
Фэн Жуйсюэ первой сдала позиции:
— Я…
Она запаниковала.
Стоявший рядом Фэн Хаоюй уже догадался о чём-то, услышав, как Цзи Фэн назвал её по имени Цзи Сюэ, и его голос тоже помрачнел:
— Жуйсюэ, что здесь вообще происходит?
Она действительно знала его? Но притворилась, что не знает? Это человек, с которым она раньше была знакома в горах?
Но почему они так похожи? Может, они родственники?
Как раз в тот момент, когда Фэн Жуйсюэ открыла рот, пытаясь объясниться, аукцион уже начался.
Менеджер Цянь поднялся на сцену вместе с девушкой в ципао, прервав неуклюжие оправдания Фэн Жуйсюэ.
Цзи Фэн уже не собирался обращать на неё внимания; ему доставляло удовольствие вот так смотреть, как Фэн Жуйсюэ погружается в панику, тревогу, беспокойство и страх перед тем, что он в любой момент может выболтать правду.
Точно так же, как в первой жизни, когда Фэн Жуйсюэ в С-ском университете пользовалась влиянием Семьи Фэн, чтобы устраивать ему неприятности в учебном заведении, а те, кто стремился угодить Фэн Жуйсюэ, ещё сильнее раздували эту травлю, давя на него — человека, и без того трепетавшего из-за долгов, — так что ему становилось почти нечем дышать. На этот раз настала очередь самой Фэн Жуйсюэ прочувствовать это на собственном опыте.
Появление менеджера Цяня огорчило тех, кто не успел дослушать сплетню.
Менеджер Цянь хлопнул в ладоши, с улыбкой поклонился и произнёс:
— Аукцион начинается. Все здесь люди бывалые, так что растекаться мыслью по древу не буду. Сегодняшний первый лот — бриллиантовое ожерелье, стартовая цена три миллиона.
Как только он договорил, красная ткань позади него поднялась, обнажив изящный прозрачный стеклянный бокс, внутри которого под наклоном в сторону гостей лежал и тихо сверкал ряд бриллиантов.
Качество было неплохим, однако большинство присутствующих составляли мужчины, а те немногие, кто думал приобрести украшение для своих жён, сочли бриллианты мелковатыми, так что ставок делали мало.
В итоге один из господ выкупил лот за три с половиной миллиона.
Вскоре вынесли второй и третий лоты, которые также ушли по весьма неплохой цене.
Лот Цзи Фэна был представлен под шестым номером. Он всё ещё был накрыт красной тканью, которую лично сорвал менеджер Цянь:
— На этот раз на аукционе вновь представлено женское украшение, однако оно несколько необычно. Что именно в нём особенного, знатоки, уверен, сразу разглядят его коллекционную стоимость.
С этими словами сверху упал луч света, заставив лежащий в чёрном бархатном футляре внутри стеклянного бокса красный нефритовый браслет переливаться всеми цветами радуги, завораживая и лишая рассудка.
Несколько дам в зале шумно втянули воздух, мгновенно потеряв возможность отвести взгляды.
Мужчины держались спокойнее — в конце концов, большинство из них больше ценило автомобили, а также каллиграфию, живопись или нефритовые изделия.
Фэн Жуйсюэ тоже целиком и полностью заворожил этот нефритовый браслет: её глаза в упор уставились на него, она даже забыла о только что произошедшей стычке с Цзи Фэном.
Не в силах сдержать нетерпение, она слегка потянула Фэн Хаоюя за рукав:
— Братик Хао, я хочу этот красный нефритовый браслет… Подарок на моё восемьдесят… то есть восемнадцатилетие, который ты мне преподнёс раньше, испачкался, а ты обещал купить мне новый.
Именно поэтому Фэн Хаоюй и взял её с собой на этот раз.
Цзи Фэн не хотел слушать, но оба находились совсем рядом, а Фэн Жуйсюэ намеренно приблизилась, почти полностью прильнув к груди Фэн Хаоюя, так что Цзи Фэн при всём желании не смог бы не услышать.
Он приподнял брови и с бесстрастным видом продолжил смотреть на красный нефритовый браслет на сцене.
Фэн Хаоюй же тяжело нахмурился — дело было не в том, что он не хотел делать ставку; он кое-что смыслил в этом, и данный красный нефритовый браслет, судя по всему, обойдётся никак не меньше чем в десять миллионов.
Денег у него на руках было не так много: хотя браслет он купить ещё мог, после такой покупки в карманах стало бы совсем пусто.
Однако, столкнувшись с полным ожидания взглядом Фэн Жуйсюэ, он подумал немного, потрепал её по волосам и в конце концов согласился.
Фэн Жуйсюэ вне себя от радости подалась вперед и чмокнула его в уголок губ.
Боковым зритением она торжествующе покосилась на стоявшего рядом Цзи Фэна.
Вот только Цзи Фэн даже взглядом её не удостоил.
Менеджер Цянь уже объявил, что стартовая цена этого красного нефритового браслета составляет десять миллионов.
Фэн Хаоюй поднял табличку:
— Одиннадцать миллионов.
Поскольку женщин на аукционе в этот раз присутствовало немного, хотя все и желали заполучить красный нефритовый браслет, но цена в десять миллионов, за которую можно было запросто купить несколько бриллиантовых ожерелий из первого лота, заставила присутствующих на мгновение замешкаться.
Хотя их сердца и трепетали от желания, первым цену назвал старший молодой господин Семьи Фэн, а они хотели проявить уважение к генеральному директору Фэн, поэтому некоторое время не решались открывать торги.
Менеджер Цянь никак не ожидал, что на этот раз красный нефритовый браслет не вызовет ажиотажа, но, увидев, что первым слово взял Фэн Хаоюй, всё понял.
Дело было вовсе не в том, что красный нефритовый браслет недостаточно хорош, просто Семья Фэн обладала огромным влиянием.
И в тот самый момент, когда менеджджер Цянь собрался во второй раз назвать одиннадцать миллионов, раздался холодный и чистый голос:
— Двенадцать миллионов.
Заметив, что голос подал Цзи Фэн, менеджджер Цянь на секунду растерялся, но быстро пришёл в себя:
— Этот господин предлагает двенадцать миллионов. Найдётся ли ставка выше?
Как только Цзи Фэн подал голос, все разом уставились на него.
«Молодой зеленец хищников не боится» — вероятно, именно так можно было охарактеризовать этого юного господина.
У Сюй Лина от страха даже ноги подкосились: двенадцать миллионов! Что это с мал`ым Фэном? С каких пор он стал разбрасываться такими деньгами ради покупки красного нефритового браслета?
Неужели в этом нефритовом браслете есть что-то особенное?
Фэн Жуйсюэ остолбенела. Вероятно, охваченная слишком сильным гневом, она выпалила:
— Да ты вообще можешь себе это позволить?
Эти слова прозвучали чересчур резко. Из-за царившей в зале тишины её окрик резанул слух, заставив всех нахмуриться: какая вопиющая невоспитанность.
Похоже, будущая невестка, выбранная старшей ветвью Семьи Фэн, совершенно не умеет вести себя в обществе.
Независимо от того, по карману тебе вещь или нет, выкрикивать подобное прямо здесь — признак не только отсутствия воспитания, но и неумения держать себя в руках, мелочность ужасная.
Все присутствующие являлись дельцами, привыкшими иметь дело с людьми — глядишь, в будущем кому-то придётся обратиться за помощью, поэтому обычно никто не позволял себе бросаться столь оскорбительными фразами.
Лицо Фэн Хаоюя помрачнело:
— Жуйсюэ!
Это были самые суровые слова из всех, что Фэн Хаоюй говорил Фэн Жуйсюэ за последние годы. Поняв, что он рассердился, девушка испуганно захлопала покрасневшими глазами:
— Я… я просто так сильно захотела этот красный нефритовый браслет, поэтому сгоряча…
Фэн Хаоюй вздохнул, повернулся к Цзи Фэну, извинился и больше не делал никаких ставок.
Очевидно, он не собирался состязаться с Цзи Фэном.
Фэн Жуйсюэ побелела как полотно, но, уже вызвав недовольство Фэн Хаоюя, больше не смела раскрывать рот.
Раз уж старший молодой господин Семья Фэн перестал повышать ставки, остальным больше незачем было сдерживаться.
Как только менеджджер Цянь начал отсчитывать второй раз, одна из дам нетерпеливо перебила его:
— Тринадцать миллионов.
Этот возглас разбил оцепенение, и ставки зазвучали одна за другой, заставив лицо менеджера Цяня сиять от радости.
Вплоть до того момента, как лот ушёл за пятнадцать миллионов, Цзи Фэн так больше и не произнёс ни слова.
Фэн Хаоюй удивился:
— Разве господин Цзи не хотел его получить?
Цзи Фэн ответил с предельной честностью:
— Не хотел.
Фэн Хаоюй уточнил:
— Тогда зачем же вы…
Цзи Фэн с полуулыбкой перевёл взгляд с озадаченного лица собеседника на Фэн Жуйсюэ:
— Да так, ни к чему. Просто подумалось, что эта дама недостойна такого красного нефритового браслета, вот и не захотелось, чтобы он ей достался.
Фэн Хаоюй: «…»
Фэн Жуйсюэ: «…………»
От злости у неё дрожали зубы, но, поскольку она только что навлекла на себя гнев братика Хао, она не смела больше подать голоса.
Оставалось лишь изображать обиду, кусая губы и глядя на всех глазами несчастной, доведённой до крайности жертвы.
Цзи Фэн же лениво обращать на неё внимание и продолжил следить за аукционом.
Когда торги подошли к концу, тем, кому посчастливилось выиграть лоты, предстояло пройти к кассе для расчёта.
Цзи Фэн и Сюй Лин поднялись со своих мест, и Сюй Лин понизил голос:
— Уходим сейчас?
Цзи Фэн покачал головой:
— Нет, сначала найдём менеджера Цяня.
Услышав это, Сюй Лин не стал задавать лишних вопросов — велено делать, значит, делает. Почему-то ему казалось, что следовать за мал`ым Фэном всегда невероятно спокойно.
Однако путь им преградил Фэн Хаоюй:
— Господин Цзи.
Цзи Фэн приподнял брови:
— У господина Фэн ко мне дело?
Приобняв Фэн Жуйсюэ, Фэн Хаоюй озвучил то, что не давало ему покоя:
— Мне любопытно, какие отношения связывали вас с Жуйсюэ… в прошлом? Если раньше она чем-то вас обидела, я приношу свои извинения за неё.
Цзи Фэн холодно окинул его взглядом:
— Извиняться не нужно. Что же до моих отношений с барышней Фэн… — он нарочно сделал паузу, и, к своему злорадству, заметил, как у Фэн Жуйсюэ встали дыбом все волоски на теле. Он не удержался и двусмысленно усмехнулся: — Мы с барышней Фэн ни в каких отношениях не состоим. Просто когда-то жили в одном месте, вот и всё.
Фэн Жуйсюэ испытла облегчение, поняв, что он всё-таки не стал ничего рассказывать.
Фэн Хаоюй же чувствовал, что всё не так просто.
Но, заметив, что на них уже косятся посторонние, он был вынужден временно загнать свои сомнения подальше.
Опасаясь новых неприятностей, Фэн Жуйсюэ торопила Фэн Хаоюя на выход, ей уже было всё равно, что они пришли зря и остались без подарка.
Однако Фэн Жуйсюэ явно переоценивала ситуацию: в конце концов, Фэн Хаоюй доводился племянником самому главе Конгломерата Фэн, и желающих завязать знакомство через него находилось предостаточно.
Фэн Хаоюя мгновенно окружили несколько боссов из деловых кругов, а Фэн Жуйсюэ стояла рядом, озаряя всех мягкой улыбкой.
Не успел Цзи Фэн отправиться на поиски менеджера Цяня, как тот сам поспешил навстречу:
— Господин Цзи, вы свободны на пару минут?
Цзи Фэн покачал головой:
— Свободен.
Менеджер Цянь облегчённо выдохнул:
— Тогда не могли бы мы пройти в соседнее помещение? — он кивнул на дверь рядом, намереваясь закрыть все вопросы с оплатой на месте.
Цзи Фэн кивнул. В этот момент к ним приблизилась дама, выигравшая красный нефритовый браслет. Заметив, что у менеджера Цяня отличное настроение, она хоть и потратила пятнадцать миллионов, но, заполучив такую желанную вещь, сияла от радости.
Дама носила фамилию Ли, и, желая разузнать ещё кое-что, она направилась прямо к ним со шкатулкой в руках:
— Менеджер Цянь, не сочтите за труд, нельзя ли узнать имя продавца этого красного нефритового браслета? Разумеется, можно и через вас связаться в частном порядке. Я бы хотела узнать, не осталось ли у него других украшений из этого комплекта, я готова выкупить их по высокой цене.
Менеджер Цянь удивился и перевёл взгляд на Цзи Фэна, вопросительно приподняв брови.
Цзи Фэн кивнул ему.
Менеджер Цянь вздохнул с облегчением:
— Госпожа Ли, искомый вами продавец — как раз этот господин Цзи, можете обсудить всё напрямую с ним.
Госпожа Ли приятно удивилась, но не стала задавать лишних вопросов о том, почему Цзи Фэн сам участвовал в торгах:
— Господин Цзи, рад знакомству! — она протянула руку.
Цзи Фэн вежливо коснулся её ладони и тут же отпустил:
— Взаимно.
Их разговор слышали ещё не успевшие далеко отойти гости. Все они тоже изумились — пожалуй, никто не ожидал, что столь незнакомый молодой человек способен выставить напоказ красный нефритовый браслет столь безупречного качества. Люди втайне гадали, к какому же влиятельному клану принадлежит этот юноша.
С такой внешностью они бы непременно знали его, будь он из деловых кругов.
Фэн Жуйсюэ уже давно замерла в оцепенении, едва сдерживаясь, чтобы не завопить: «Да как такое вообще возможно?!»
Как владельцем этого красного нефритового браслета мог оказаться Цзи Фэн?
Никто не знал лучше неё, до чего же бедна была семья Цзи. После того как они с ранних лет лишились родителей, у них не осталось ни единой родственной души, кроме друг друга, и они едва не умирали с голоду.
Откуда у них могла взяться такая вещь?
Помня о недавнем конфузе, когда её длинный язык навлёк всеобщее неудовольствие, она на этот раз стерпела, но продолжала сверлить Цзи Фэна безумным взглядом.
Заметив её состояние, Цзи Фэн намеренно или случайно бросил на неё взгляд и со смыслом усмехнулся. Когда госпожа Ли снова поинтересовалась насчёт остального нефрита, он спокойно ответил:
— Они-то есть, да только всё это фамильные ценности, переданные мне предками. Если бы не нужда в деньгах сразу по приезде в город С, я бы ни за что не решился их продать. Теперь же нужды в финансах у меня нет, так что в ближайшее время продавать их я не намерен.
Фамильные ценности? Фамильные ценности…
Эти слова эхом отдавались в голове Фэн Жуйсюэ, и она с неверием таращила глаза: да как такое вообще возможно?!
С какой стати у их семьи Цзи могли водиться какие-то фамильные ценности?
Или же… об этом знала она одна? В конце концов, когда она ушла из дома, ей было всего восемь лет.
Лицо Фэн Жуйсюэ побледнело, но тут она встретилась взглядом с улыбающимся Цзи Фэном, который нанёс контрольный удар:
— В конце концов, в моём роду Цзи остался я один, так что теперь мне достаточно достать любую из этих семейных реликвий, чтобы покрыть любые расходы.
Фэн Жуйсюэ почувствовала, как к горлу подкатывает горячая кровь.
http://bllate.org/book/35735/4422583
Готово:
