А мужчина, которого он с силой обхватил, лишь слегка скосил взгляд вниз, изучая омегу, уже потерявшего ясность рассудка.
Его не оттолкнули сразу, не последовало и яростного сопротивления. Ли Чжэн жадно вдыхал этот незнакомый, но такой приятный аромат. Казалось, всего в одно мгновение теплое и уютное ощущение захлестнуло относительно тесное пространство уборной, завладев всеми его чувствами.
— Хочу… — не сдержавшись, пробормотал Ли Чжэн, а затем резко прижал ладонь ко рту. Рассудок, казалось, вернулся: он с трудом разлепил глаза, потряс головой и изо всех сил оттолкнул мужчину.
Перед ним возникла пара равнодушных глаз, которые словно открылись лишь наполовину.
— … — Ли Чжэн отступил на несколько шагов, пытаясь вырваться из-под влияния феромонов, но ноги стали совершенно ватными, и он, споткнувшись, тяжело осел на пол.
Мужчина, которого сначала с силой обняли, а потом так же внезапно оттолкнули, склонил голову набок, словно в недоумении, и шагнул к Ли Чжэну.
— Не подходи! — Ли Чжэн поспешно схватился за воротник, закрывая нос, и в панике выудил ингибитор. Не считая, сколько таблеток осталось во флаконе, он запрокинул голову и высыпал всё содержимое себе в рот.
Проглотив лекарство, Ли Чжэн с опаской уставился на мужчину. Тот остановился примерно в метре, слегка нахмурившись при виде его действий, а затем присел на корточки и протянул руку, сжимая запястье Ли Чжэна.
Даже такого прикосновения — пусть и через ткань одежды — хватило, чтобы Ли Чжэн почувствовал, как тело обмякло. Ему хотелось наброситься на этого человека, поглотить его здесь и сейчас, не оставив ни косточки.
По крайней мере, в этот самый момент Ли Чжэн безумно желал, чтобы этот мужчина принадлежал только ему. И исключительно ему.
Остатки разума отчаянно цеплялись за край пропасти. Ли Чжэн дернул рукой, пытаясь высвободиться, и постарался придать своему голосу как можно больше ненависти и свирепости:
— …Вали прочь! Не трогай меня!
Он дернулся пару раз, но так и не смог вырваться. Ли Чжэн по-настоящему испугался. Хуже того, мужчина свободной рукой отобрал у него пустой флакон из-под ингибитора, взглянул на него и небрежно бросил куда-то назад.
— ?! Черт! Это моя вещь! — Ли Чжэн уже хотел взорваться от гнева, но снаружи внезапно донесся шум: голоса, топот ног, звуки толкотни. В сердце мгновенно вспыхнул страх, и готовое сорваться с губ проклятие превратилось в мольбу о помощи: — Прошу, помогите мне…
Только сейчас Ли Чжэн наконец разглядел того, кто стоял перед ним, и невольно замер.
Бесстрастное лицо, холодный взгляд — вылитая каменная маска. Однако черты этого лица были до того безупречны, словно над ними трудился сам творец, вложив все свое мастерство. Даже в своей ледяной невозмутимости этот человек был невероятно красив.
И вот этот мужчина, так поразивший Ли Чжэна, выбросив его ингибитор, без лишних слов принялся расстегивать его брюки.
Черт! Сначала погоня от мафии, а теперь извращенец? Что это за ад на земле!
Ли Чжэн очень хотел сопротивляться, но тут же в ужасе осознал, что у него не осталось ни крупицы сил. Его тело было не только вялым, но и пугающе послушным. Он даже разозлился на то, что напротив все делают слишком медленно, и, отшвырнув эти длинные пальцы, сам дрожащими руками в пару движений расстегнул ширинку.
— …
— …
В этой неловкой тишине Ли Чжэн мысленно отвесил себе пару пощечин, сбивчиво ругая себя: Что ты делаешь! Нет! Это всё чертовы феромоны! Чертов Альфа!
Мужчина напротив оставался невозмутим. Он лишь на секунду замешкался, а затем внезапно наклонился и обнял Ли Чжэна. Воздух пропитался вожделением и двусмысленностью. Брюки Ли Чжэна, из-за того что он встал, сползли к лодыжкам, и его нижнюю часть тела обдало прохладой.
Он поднял голову — ледяной красавец подался вперед, словно собираясь его поцеловать.
В тот же миг дверь в уборную с грохотом распахнулась, но Ли Чжэну было не до того — всё его внимание было поглощено этими равнодушными глазами, в которых не было ни капли чувств.
Как красиво. Пока он может обнимать этого человека, ничто другое не имеет значения. Он даже забыл, что его преследуют. Нет, всё это неважно. Совсем неважно.
Для тех, кто ворвался в помещение, они выглядели как любовники, не сумевшие дотерпеть до дома или хотя бы до кабинки туалета. В таком злачном месте, как «Яое», подобное никого не удивляло.
Однако Ли Чжэн прекрасно понимал: «ледяная маска» лишь слегка касается его носа, а может, и вовсе не касается, ведь его сознание было настолько затуманено, что он не мог различить, реальна ли эта близость.
— Ого, а вы горячие, — присвистнул главный из ворвавшихся — мужчина с лоском элиты. Он шагнул вперед: — Эй! Парень! Ты не видел…
Ли Чжэн увидел, как «ледяная маска» слегка повернул голову. На мгновение показалось, что это совершенное лицо превратилось в лик ночного демона — выражение лица «элитного» мужчины тут же изменилось, хотя сам Альфа остался прежним.
«А ведь он такой красивый…» — подумал Ли Чжэн в полузабытьи.
Элитный мужчина застыл, словно увидев нечто невероятное:
— В-вы… вы?..
Стоявший позади человек в костюме нетерпеливо подтолкнул его:
— Чего встал? Босс велел нам скорее найти того парня!
Раздался сухой щелчок: элитный мужчина, не говоря ни слова, отвесил ему пощечину.
— Заткнись, мать твою!
Снова повернувшись к ним, он сменил выражение лица, расплывшись в подобострастной улыбке:
— Прошу прощения, господин Вэнь. Мы и понятия не имели, что вы сегодня здесь. Простите, что побеспокоили! Надеюсь, вы не в обиде!
Ли Чжэн, прислонившись к мужчине и прикрывая лицо, в растерянности слушал их разговор.
«Господин Вэнь… Его фамилия Вэнь?»
Мужчина, обнимавший Ли Чжэна, слегка кивнул. В его голосе не было слышно ни единой эмоции, когда он равнодушно произнес:
— Уходите.
Ли Чжэн невольно сглотнул. Этот голос… если бы он произнес его имя… Он бы не выдержал. Одно лишь это представление сводило его с ума.
— Да-да, конечно. Все вон! Скорее! — скомандовал «элитный» мужчина. Несколько человек неохотно, но не смея перечить, начали пятиться к выходу.
Когда все ушли, мужчина, потирая руки и низко кланяясь, пробормотал:
— Господин Вэнь, наслаждайтесь. Мы уходим. Еще раз простите за беспокойство!
Дверь закрылась. Ли Чжэн перевел дух, до боли ущипнул себя за бедро и, даже не успев подтянуть штаны, с трудом выдавил:
— Убери… свои… феромоны!
Такой густой и манящий запах, должно быть, «ледяная маска» выпустил намеренно, и в огромном количестве. Это был такой же низкий и подлый прием, как и заманивание омег в постель.
Однако, как ни странно, он не стал пользоваться беспомощностью Ли Чжэна и послушно отстранился.
Лишившись опоры, Ли Чжэн пополз по стене вниз и поспешно привел в порядок одежду. Его спаситель подошел к раковине и принялся мыть руки, будто брезгуя тем, что дотрагивался до него.
Отражение в зеркале слегка опустило голову, на лице по-прежнему не было ни эмоций, ни следов участия.
Этот человек… на самом деле у него совсем не холодные или скучные черты лица, скорее даже в них сквозила некая мягкость. Качества Альфы сами по себе выдающиеся, а уж если это представитель элиты…
Но чрезмерное спокойствие и равнодушие в глазах создавали вокруг него ореол отстраненности. В нем не было агрессии, но, конечно, не было и теплоты.
Ли Чжэн подумал, что даже если бы его не дурманили феромоны, он все равно попросил бы о помощи этого человека. Он выглядел как кто-то хорошо воспитанный, кто с большой вероятностью не отказал бы в поддержке.
Только вот это бесконечное мытье рук выдавало истинные мысли господина Вэня.
Люди снаружи еще не ушли, и Ли Чжэн, понимая, что его здесь явно не жалуют, не мог просто взять и уйти, поэтому просто стоял в неловком молчании. В этом маленьком пространстве по-прежнему витали феромоны, ежесекундно соблазняя его, подталкивая лишиться рассудка и совершить нечто безумное и аморальное.
Если бы он это сделал, его бы наверняка избили на месте — ведь он не ровня Альфе в силе, — а потом подали бы в суд. Пришлось бы не только платить огромную неустойку этому человеку, который был богаче его в тысячи раз, но и угодить в тюрьму за домогательства к Альфе. Какой позор.
Но ведь это Альфа первым выпустил феромоны! Почему этот мир так устроен? Почему нет закона, карающего за столь развратное поведение Альф?
Ли Чжэн стоял, изо всех сил сопротивляясь физиологическому влечению, и в голове его роились хаотичные мысли.
Вдруг он увидел на полу свой флакон из-под ингибитора, наклонился, поднял его и тихо добавил:
— …Спасибо.
Это было невероятно стыдно — во всех смыслах.
В зеркале он увидел, как господин Вэнь мельком взглянул на него — будто на сорную траву у дороги — всё так же бесстрастно:
— Смени ингибитор.
Ли Чжэн не расслышал:
— Что?
Он ожидал вежливого ответа вроде «не за что» или «пустяки», или чего-то более сурового — упрека в том, что омега только и знает, что создавать проблемы.
Казалось, омеги рождены лишь для того, чтобы сидеть дома, стирать, готовить, растить детей и прислуживать мужу, и желательно никогда не выходить в свет, оставаясь послушной золотой клеткой.
Вот как сегодня: его период течки должен был начаться лишь через неделю, но из-за погони и феромонов этого Альфы всё началось раньше. Это было то, что он совершенно не мог контролировать.
Если бы можно было, он бы предпочел вообще не иметь этого периода течки.
— Ингибитор, — взгляд господина Вэня скользнул по флакону в его руках. — Эта марка тебе не подходит.
Ли Чжэн опустил голову. Это был самый дешевый ингибитор из тех, что продавались в аптеках. Он принимал его только потому, что на другое не хватало денег.
— … — Ли Чжэн невольно присмотрелся к мужчине. Хотя его рубашка, брюки и туфли на первый взгляд выглядели просто аккуратно, теперь, когда они были так близко, Ли Чжэн понял по качеству ткани, что всё, что было на господине Вэне, стоило целое состояние.
http://bllate.org/book/35684/4414578
Готово:
