Она зажала в зубах сигарету и самодовольно улыбнулась:
— Вы же не впервой со мной в карты играете, чего опять из-за проигрыша беситесь? Куда ваша игроцкая выдержка подевалась?
Мань Юаньюань хранила невозмутимость. Подняв глаза, она в упор посмотрела на собеседницу:
— Сестра Цао, взятку посчитать можно, а вот счёты нужно вести на чистую воду.
Сестра Цао хлопнула ладонью по столу:
— Выкладывай, зачем на этот раз ко мне пожаловала?
Мань Юаньюань приняла серьёзный вид:
— Мою подругу задержали в отделении полиции западного района, мне нужно вытащить её оттуда.
— Ты пришла ко мне из-за полицейского участка? — Сестра Цао с полуулыбкой глянула на неё. — С каких это пор у тебя появились такие знакомые? Что, решила пойти по проторенной дорожке Мань Чэнцзюня?
Мань Юаньюань ничего не ответила. Сосредоточившись на переборе костей, она легко постукивала кончиками пальцев по столу, словно взвешивая что-то в уме.
Сестра Цао откинулась на спинку стула, продолжая держать сигарету в зубах:
— Сама знаешь, обращаясь ко мне, ты нанимаешь ненадежного адвоката, который будет только пререкаться.
— Мне не нужен надежный, — Мань Юаньюань сделала ход костью. — Мне нужен тот, кто умеет побеждать.
Сестра Цао хмыкнула, её взгляд наконец утратил напускную развязность. Секунду-другую оглядывая Мань Юаньюань, она произнесла:
— Ах ты девчонка, а стержень-то у тебя с каждым разом всё крепче.
Мань Юаньюань подвинула кости вперед:
— В этом круге выиграла я.
Сестра Цао опустила взгляд и вмиг переменилась в лице:
— Откуда у тебя эта четвёрка пинь?
Мань Юаньюань подняла на неё глаза и неторопливо ответила:
— Подобрла.
За столом воцарилась тишина.
Мгновение спустя все дружно расхохотались, а Сестра Цао хлопнула по столу со смехом:
— Ладно, ладно! Этому фокусу ты у меня научилась?
Мань Юаньюань бесстрастно бросила:
— Хорошей учительнице обязана.
Сестра Цао наконец убрала улыбку с лица:
— Ладно, считай, что я согласилась. Но уясни сразу: даром я пахать не буду. За это дело тебе придется выложить кое-что посущественнее.
— Говори, — Мань Юаньюань снова подняла на неё взгляд.
— Сначала доиграй со мной этот круг. — Сестра Цао лукаво подмигнула ей.
*
Игровой клуб «Дрянные карты».
Это заведение пряталось за жилым домом, а его входная дверь была узкой, как у обычной защитной металлической двери.
Снаружи оно ничем не отличалось от входа в рядовую квартиру.
Прислонившись к железному мусорному баку у входа и затушив о него сигарету, Сестра Цао бросила:
— Послушай моего совета, больше не связывайся с Цинь Маньли. Таким людям, как она, помочь некому и никогда — не твоего она пошиба поле ягода.
Мань Юаньюань промолчала.
Сестра Цао бросила на неё косой взгляд:
— Ты что, совсем не боишься вляпаться по уши?
Мань Юаньюань чуть заметно улыбнулась:
— Раньше боялась. А теперь боюсь только одного — что она так и не выйдет оттуда.
Сестра Цао молча сверлила её взглядом.
Дверь отворилась, и стоило только войти внутрь, как открылся совершенно иной мир.
В полумраке помещения стоял галдеж, а в углу надрывался телевизор, по которому крутили «Путешествие на Запад» образца восемьдесят шестого года.
Цементный пол был густо усыпан засаленными крошками от маджонга, а в воздухе висел тяжелый дух благовоний вперемешку с табачным дымом.
На вывеске красовался плакат с напечатанным от руки девизом: «Жизнь как партия в карты — даже самую паршивую можно разыграть».
— Добро пожаловать, Сестра Цао! — расплывшись в угодливой улыбке, навстречу бросился паренек с ресепшена.
— Вторая сестрица сегодня на месте? — Цао Ай сняла темные очки, лениво бросив вопрос: — Я пришла вернуть ей карточный долг.
— На месте, на месте, я вас провожу! — заискивающе закивал парень и, подняв руку, указал дорогу.
Цао Ай последовала за ним, а Мань Юаньюань шагала следом вплотную.
Едва они перешагнули порог, как сидевшая в самом дальнем углу низкорослая пышная тетка подняла голову, уставилась на Мань Юаньюань и презрительно хмыкнула:
— Ишь ты! Неужто дочка Чэнцзюня? Какими судьбами тебя сюда занесло?
— Яблоко от яблони недалеко падает, дочка Чэнцзюня и впрямь способна пробить себе норку! — тут же подхватила другая женщина средних лет с забитыми татуировками руками.
Обе залились зловещим смешком.
Цао Ай чиркнула зажигалкой со звуком «пальчик о пальчик», прикурила сигарету и неспешно затянулась:
— Всё, хорош языки чесать.
Она повернулась к Мань Юаньюань:
— Тебе здесь делать нечего.
Мань Юаньюань холодно парировала:
— Я пришла по делу, а не заводить друзей.
Цао Ай искоса улыбнулась:
— А ты неплохо умеешь выбирать тон под обстановку.
За столиком в самом дальнем углу игрового зала сидела плотная женщина средних лет с пышной копной золотистых кудрей, собранных в узел на макушке. Не отрывая глаз от бухгалтерской книги, она одновременно делала массаж ног.
— А, Цао пожаловала! С каких пор у тебя появилось время поить меня чаем? — женщина даже не подняла головы, но голос её звучал зычно и раскатисто.
— Если у тебя и получится выжать из этого места чай, то можешь считать, что на могилах твоих предков зажёгся праздничный дым, — Цао Ай подошла ближе и непринужденно прислонилась к столу для маджонга, за которым сидела эта «Вторая сестрица». — Слышала, твои прихвостни сегодня утром снова угодили в кутузку?
Рука Второй сестрицы, перелистывавшая страницы книги, замерла. Она вскинула глаза:
— Выбирай выражения, с каких пор они мои?
— Да я ж тебе клиентов подгоняю, — прищурившись, улыбнулась Цао Ай. — Те твои драгоценные балбесы сегодня с утра пораньше заявились на западную сторону устраивать беспорядки?
— Понятия не имею, о чем ты, — лицо Второй сестрицы слегка потемнело. — Они взрослые люди, указ им не писан.
— А полиция утверждает, что они устроили драку и сами же пострадали.
Тон Цао Ай не изменился, а пальцы выстукивали по крышке стола ритмичную дробь: тук-тук-тук.
И добавила:
— Как думаешь... если я возьмусь урегулировать это дело, пройду все инстанции, есть ли хоть малейший шанс, что они не только раскошелятся на медицинские расходы, но и огребут административку за хулиганство?
Вторая сестрица смолкла.
В этот момент Мань Юаньюань шагнула вперед.
Согнувшись в поклоне на девяносто градусов, она произнесла тихо, но твердо:
— Тетя, меня зовут Мань Юаньюань. Я подруга той женщины, которую забрали вместе с ними. В сегодняшней утренней стычке первыми начали они, так что мы были вынуждены защищаться.
Затем её голос стал еще холоднее:
— Я не знаю вашей подноготной и знать не хочу. Но сестра Цинь до сих пор находится там, внутри. Я хочу, чтобы ваши люди сказали правду и сняли с неё все обвинения.
Вторая сестрица холодно фыркнула и бросила на неё косой взгляд:
— Девчонка, ты возомнила себя пупом земли?
— Я никем себя не возомню, — Мань Юаньюань подняла голову, её взгляд оставался ледяным. — Но вы же понимаете: если дело дойдет до серьезного разбирательства, в полицейском участке ведется видеонаблюдение, и там прекрасно видно, кто полез первым.
Она сделала короткую паузу и добавила:
— Только я не хочу копаться в этом и у меня нет на это сил. Если вы согласитесь пойти на попятную, я готова возместить ущерб вашим людям из собственного кармана.
В игровом зале воцарилась абсолютная тишина.
Вторая сестрица некоторое время молча разглядывала её, а затем перевела взгляд на Цао Ай:
— Подружка у тебя занятная.
Цао Ай прищурилась с улыбкой и повела плечом:
— Сама только что узнала.
— Я вам ничего не обещала, — Вторая сестрица поднялась с места и набросила на плечи джинсовую куртку. — Возвращайтесь пока домой, а позже я дам ответ Цао.
Она повернулась и направилась в дальнюю комнату, а её слова донеслись уже издалека:
— Не говорите потом, что я вас не предупреждала: если это дело выплывет наружу, мало не покажется никому.
Цао Ай пожала плечами, глядя на Мань Юаньюань:
— Пошли, маленький взрослый, послушайся старших.
Мань Юаньюань обернулась, бросив прощальный взгляд на полутемный зал игровых автоматов, и, закусив губу, промолчала.
Она понимала: хотя сегодня она сделала всё, что было в её силах, выйдет ли Цинь Маньли на свободу, оставалось непредсказуемой ставкой в темной игре.
Глава 14
Мань Юаньюань толкнула дверь.
В квартире царил полумрак: шторы были задернуты неплотно, и косая полоска света пробивалась сквозь щель, освещая половину пепельницы на обеденном столе и две немытые милки. Компрессор холодильника монотонно гудел в углу.
Она бросила ключи в корзинку, переобулась и налила себе стакан воды.
Телефон на столе зажегся, высветив последнее сообщение от Цинь Маньли: «Не забудь поесть лапши».
Всего четыре слова, но отправлены они были уже несколько часов назад.
Холодная вода приятно скользнула в горло, но, сделав всего пару глaтков, она оставила стакан на столе.
Рука на мгновение замерла в воздухе, после чего она резко повернулась и направилась за аптечкой.
Встав перед зеркалом, она протянула руку к затылку и нащупала там крупную шишку.
Взяв ножницы, она быстрым движением состригла пряди волос, закрывавшие ушиб, и открутила крышку с пузырьком медицинского раствора.
Стоило ватной палочке коснуться раны, как в голову пронзительно кольнула острая боль.
Эта боль тотчас вернула её в события сегодняшнего дня —
Вот та самая рука мертвой хваткой вцепляется ей в горло, приподнимая над землей.
И в тот самый момент, когда перед глазами начало темнеть, с пивной бутылкой наперевес бросается Цинь Маньли, разбивая нападавшему затылок в кровь. А затем они снова сцепляются в схватке, и уже Цинь Маньли душат, волоча по полу, так что столы и стулья со страшным грохотом летят на землю.
Должно быть, ей досталось куда сильнее.
Она опустила голову, с усилием провернув ватную палочку в ране, а затем снова подняла взгляд на зеркало, и её лицо заледенело.
Раньше она могла позволить себе сколько угодно притворяться перед Цинь Маньли ребенком, которого непременно нужно защищать.
Она могла капризничать, выпрашивать жалость или нарочно натягивать тугую струну её терпения, с наслаждением наблюдая, как та суетится из-за неё на глазах у всех.
Потому что знала: что бы ни случилось, Цинь Маньли всегда подхватит её.
Но теперь Цинь Маньли угодила в смертельную ловушку из-за неё, а её будущее висит на волоске.
Тот человек больше не мог служить для неё зонтом от всех бурь.
Мань Юаньюань с силой захлопнула аптечку.
Она схватила телефон и быстро, с жесткими нотками в голосе, набрала номер:
— Сестра Юй, у меня есть план, как вытащить сестру Цинь.
Другой рукой она уже принялась рыться в папке с бумагами —
Копия удостоверения личности Цинь Маньли, свидетельство о праве собственности на магазин, записи дневного видеонаблюдения — она вытаскивала всё по очереди и складывала кипой на столе. Бумаги громко зашуршали.
— Да, адвоката я уже нашла, с противоположной стороной о компенсации тоже договорилась.
Едва договорив, она почувствовала, что ладони все еще горячие, словно она сжимала в кулаке огонь.
Звонок завершился, и в квартире снова стало тихо.
Она опустилась на стул, её дыхание постепенно выровнялось, а взгляд упал на обеденный стол —
Приготовленная для нее Цинь Маньли в обед лапша так и осталась в пиале, а бульон уже затянулся тонкой белесой пленочкой.
Она ткнула в эту пленку пальцем и тихо произнесла:
— На этот раз защищать тебя буду я.
*
Проворочавшись всю ночь и так толком и не уснув, Мань Юаньюань сидела у окна, наблюдая, как брезжит рассвет.
На улице стояла страшная сырость, и даже сквозь закрытое стекло чувствовался запах влажной земли после ночного дождя.
Оставшаяся с вечера чашка остывшего чая на столе давно превратилась в ледяную бурду; сделав глоток, она ощутила, как язык вяжет от терпкости, но менять заварку не было никаких сил.
Взяв телефон, она позвонила Тянь Юй:
— Сестра Юй, завтракала? Если нет — жди меня, поедим вместе.
Не прошло и двадцати минут, как Тянь Юй уже была на месте.
http://bllate.org/book/35607/4404158
Готово:
