Обернувшиеся вокруг крепкой, подтянутой талии ноги сжались ещё сильнее.
Мягкий, хрупкий, не выносящий и дуновения ветерка — стоило Вэнь Ичэню нанести один удар, как даже реанимация не спасла бы.
Лицо Вэнь Ичэня помрачнело до свинцового цвета, он сжал кулаки, сквозь зубы процедив:
— Пойдём.
С прямой, словно стальной стержень, спиной он волок вперед огромный комок пушистых котят, а от его фигуры исходило почти непрерывное ледяное дыхание.
Староста группы Бан: *… (мучительно закрывает лицо руками)*
Его котики! Понимает ли он вообще, что только что натворил?!
*
Школьный лазарет.
Юноша, который ещё мгновение назад был полон сил, теперь сидел на диване, безвольно свесив руку. Вид у него был совершенно убитый, и он даже не обращал внимания на насмешки Ли Цзю.
Ли Мао едва не умирал от боли: какой-то чудак в белом халате намазал ему руку неизвестно чем, и вспышки жгучей боли заставили его слёзы непроизводственно брызнуть из глаз.
Янь Вэньцзин извелась от жалости, но как бы она ни уговаривала, погруженный в собственную боль юноша лишь жалко сжался в углу, уткнувшись лбом в стену. Пышные кудряшки полностью закрыли его лицо, и он окончательно замолк.
Вэнь Ичэнь пошёл оплачивать счёт.
Эта фирменная угрюмая анимешная шевелюра Ли Мао была известна на весь Цзиньбэй, а школьный форум тем временем как раз пестрил сообщениями о том, что Ли Мао собирается спрыгнуть с крыши.
Медсестра на регистратуре слегка покраснела, глядя на стоящего перед ней парня, и тихо произнесла:
— Не переживай, мы все были свидетелями, к тебе это не имеет никакого отношения.
У Ли Мао был угрюмый и странный характер, и большинство людей считало, что нынешнее происшествие — лишь его способ шантажировать и очернить Вэнь Ичэня.
Вэнь Ичэнь нахмурился, постукивая костяшками пальцев по столешнице:
— Лекарство.
Вэнь Ичэнь был красив, но черты его лица и взгляд источали холод, так что медсестра мгновенно пришла в себя и поспешно протянула упаковку.
— Благодарю.
Вэнь Ичэнь убрал лекарство. Вспомнив ощущение под своей ладонью пару минут назад, он едва заметно сжал кончики пальцев. Потем S лицом он поднял глаза, и его взгляд упал на сжавшегося в углу и ушедшего в себя юношу.
Ли Мао…
Чего ради он вообще устраивает весь этот цирк?
Янь Вэньцзин ожидаемо получила звонок от куратора. Тот был вне себя от беспокойства и велел ей немедленно вернуться, чтобы во всём разобраться.
Голова Янь Вэньцзина раскалывалась на части. Посмотрев на язвительного Ли Цзю, она в конце концов решила возложить надежды на относительно эмоционально стабильного Вэнь Ичэня и, ещё раз утешив Ли Мао, ушла.
Когда она удалилась, в смотровой воцарилась абсолютная тишина — лишь изредка было слышно, как юноша судорожно и тихо втягивает воздух.
Ли Мао прислонился к стене; фиолетовый антисептик, смешавшись с содранной кожей на белой руке, выглядел пугающе.
Ли Цзю скрестил руки на груди и издевательски протянул:
— Теперь-то понял, каково это — бояться? Предупреждаю тебя, даже не думай сегодня выкидывать какие-нибудь фокусы. Будешь вести себя тихо и смирно — в Клане Ли для тебя всегда найдется миска риса.
Ли Мао было больно, холодно и голодно, а Ли Цзю всё болтал и болтал, постепенно выводя его из себя.
Юноша резко повернул голову.
Края его глаз всё ещё покраснели, придавая ему красивый и жалкий вид, но из его уст вылетело:
— Шумно.
Ли Цзю мгновенно онемел.
Его соображалка работала туго, и ему потребовалось время, чтобы сообразить, что словом шумный охарактеризовали именно его.
Ли Цзю недоверчиво вытаращил глаза. Он закатал рукав, обнажив мускулистое предплечье, и уперся рукой в стену прямо над головой юноши:
— Ли Мао, это что сейчас было?
Ли Мао было абсолютно плевать на его вздувшиеся от напряжение мускулы.
Ловко выскользнув из-под руки парня, он протянул руки к Вэнь Ичэню.
— Понеси меня.
И он снова за своё!
Ли Цзю мысленно выругался.
Юноша широко раскрыл затуманенные влагой глаза и, зевнув от усталости, словно утомленный котенок, хрипло пробормотал:
— Вэнь Ичэнь, неси меня на спине.
Ему плевать, кто там главный герой, а кто главный злодей — Вэнь Ичэнь для него всё равно что Ли Юань!
Ли Юань — новый правитель текущей династии, которого Ли Мао однажды спас десять лет назад, и с тех пор тот не позволял ему ходить пешком во время любых военных походов.
Всё верно, у Вэнь Ичэня было точно такое же лицо, как у Ли Юаня, и даже грозное выражение лица в минуты строгости не отличалось. Но Ли Мао вовсе его не боялся.
Ли Мао говорил с абсолютной уверенностью. Напуганный, сонный и израненный, он захлопал влажными ресницами и с обидой уставился на Вэнь Ичэня:
— Живей, братец.
Голос юноши звучал мягко и сонно. Выпалив это, он сладко зевнул и потёр глаза, словно говорил самую естественную вещь на свете.
Ли Цзю остолбенел.
Вэнь Ичэнь тоже замер. Его брови были посажены глубоко, и сейчас, опустив голову, он скрыл в темноте глазниц неуместную, сдержанную и мрачную искру:
— Кем ты меня назваа?
— Братцем же.
Ли Мао снова начал раздражаться.
Юноша сморщил носик, выражая крайнее недовольство и готовность в любую секунду выпустить когти.
Он ведь всё перевел в соответствии с воспоминаниями, неужели снова ошибся в обращении?
Ли Юань, от простого военачальника и удельного князя вплоть до восшествия на императорский престол, никогда не позволял ему обращаться к себе так, как остальные — полководец, князь или Ваше Величество, поэтому Ли Мао звал его как придется: порой по имени, а когда был в хорошем настроении — просто старшим братом.
Старшие члены Клана Ли пытались поправлять его бессчетное количество раз, утверждая, что это противоречит правилам приличия, но после того, как Ли Юань лично нанёс им визит и о чём-то поговорил с его родителями и братьями, дома больше никто не смел делать ему замечания. Вот только каждый раз, когда они видели, как Ли Мао взбирается на спину Ли Юаня, лица у всех становились какими-то странными.
Ли Юань никогда не был с ним так холоден!
Юноша с недовольством уставился на него своими круглыми глазами.
В глазах же Вэнь Ичэня это выглядело так, будто худенький слабый котенок смотрит на него круглыми глазками, жалко и жалобно.
Вэнь Ичэнь помолчал пару секунд, затем наклонил корпус и полуприсел перед юношей.
Ли Цзю во все глаза наблюдал, как мягкие руки юноши легли на плечи Вэнь Ичэня, а тот подхватил его и уверенно поднялся на ноги.
Ли Цзю:…
Черт побери, этот котенок, кажется, нащупал способ вертеть его братом как захочется.
У Вэнь Ичэня были широкие плечи и узкая талия. С виду он не казался мощным, но на самом деле неизменно забирал первые золотые медали в зимних и весенних лагерях спецназа. Широкие плечи покрывал тонкий рельеф мышц, а протекавшая по жилам кровь излучала живое тепло.
Ли Мао остался полностью доволен. Сладко зевнув, он по-кошачьи прижался щекой к затылку и шее Вэнь Ичэня, и его мягкое дыхание защекотало шею парня.
Ли Цзю отчего-то почувствовал лёгкое раздражение.
Ли Мао даже не удостоился взглянуть на него вновь. Облизнув покрасневшие губы, он с явным отвращением отвернулся, повернувшись к нему спиной.
http://bllate.org/book/35597/4402757
Готово:
