Глава 10. Первое собрание талантов четырех секты
Внутри тайного пространства испытаний Сяо Цзяньмин сохранял на губах легкую улыбку, повернув голову к Су Хуаню. Плотное чувство в его темных глазах было видно невооруженным глазом и казалось, готово выплеснуться наружу.
Су Хуань же невольно вздрогнул, и в его сердце сами собой всплыли два слова: «лицемер».
Он молча отступил на шаг в сторону Наньгун И, напустив на себя улыбку:
— Старший соученик шутит, истребление демонов — это и так долг каждого практикующего.
Один демонстрировал близкие отношения, в то время как другой тайком сглаживал ненормальность происходящего. Наньгун И задумчиво перевел взгляд на обоих, слегка кивнул и произнес:
— Уровень силы даоюя Сяо не вызывает сомнений. С таким бойцом истребление демонов пойдет как по маслу, прибавив нам шансов на победу.
Сяо Цзяньмин бросил на него пренебрежительный взгляд и выдал с фальшивой улыбкой:
— Польщен.
Заметив, что собеседник явно к нему не благоволит, Наньгун И покосился на прятавшегося за его спиной Су Хуаня и с досадой потрогал нос.
Убедившись, что тот больше не предпринимает никаких попыток, Су Хуань немного успокоился. Опустив взгляд, он задумался: если удастся отыскать этого демона, то как вырвать лакомый кусок прямо из рук Сяо Цзяньмина? И еще одна, самая срочная на данный момент проблема: раз уж компас ошибается, то какими другими способами они могут отыскать скрывающегося в тени демона?
Прежде чем он успел найти ответ, сквозь густую зелень ветвей друг за другом вырвались четыре фигуры. Как только шедший впереди юноша заметил Наньгун И, оглушительный раскатистый смех мгновенно прокатился по лесу:
— Ха-ха! Наньгун И, кто бы мог подумать, что ты докатился до такой трусости, что объединился с Сектой Сюаньцзи!
Его слова еще не затихли, как юноша в красном вихрем влетел на гребне ветра.
За его спиной красовалось копье с золотым узором на алом древке. На одухотворенном лице горели пронзительные фениксовы глаза, чей холодный и надменный взгляд гордо скользнул по присутствующим. Издав негромкий фыркающий звук, он заявил:
— Даже объединив усилия, вам не победить мою Секту Линсяо! Ждите участи моих поверженных противников!
— Ци Цзы, ты снова хвастаешься и набиваешь себе цену, неужели не боишься, что твое трехдесятитысячефунтовое копье Божественного Цилиня взлетит прямо на небеса?!
Человек еще не показался, но голос уже донесся. В тот же миг из полувоздуха опустилось нечто цвета нежно-биологических румян. Талию девушки украшали развевающиеся разноцветные ленты, а густые черные пряди были просто собраны аккуратной светло-желтой шелковой лентой. На ее чистом лбу алевала точка киновари, а в красивых глазах плескались две части весеннего тепла и восемь частей зыби тумана — прохладные и сверкающие.
Позади нее семенил юноша в одеждах цвета киновари, который от отчаяния прикрыл лицо ладонью и старался не смотреть на происходящее. Другой же был разодет так пестро и вычурно, что походил на распускающего хвост зеленого павлина; он лениво закинул руку и слегка подергал бирюзово-синее перо-подвеску на ухе, после чего с улыбкой отозвался:
— Старшая соученица ведь прекрасно знает скверный нрав этого человека, к чему обращать на него внимание? Уж лучше бы я разыскал несколько свежих бамбуковых листьев да сыграл старшей соученице мелодию на флейте.
В этот момент все юные дарования четырех великих бессмертных сект собрались в одном месте.
Услышав это, Ци Цзы из Секты Линсяо указал на него пальцем и громогласно рассмеялся:
— Да от той мелодии, что ты выдуваешь, толку меньше, чем от моей игры! У Мэн Цинхуэй и так глаза ослепли, так сделай милость, пощади ее уши!
Лишь теперь Су Хуань с внезапным прозрением отметил, что хотя глаза девушки были очень красивы, они оставались неподвижными, как стоячая вода, и совершенно не гармонировали с живым выражением лица, напоминая пару вставленных стеклянных шариков.
Высказавшись, Ци Цзы совершенно проигнорировал то, как взбесился этот зеленый павлин из Секты Ваньсян. Задрав подбородок, он обратился к Сяо Цзяньмину:
— Послушайте, а ваша Секта Сюаньцзи ведет себя слишком беспечно, раз позволила демону проскользнуть внутрь. А ты, как там тебя, Сяо Цзяньмин, верно? Будучи распорядителем Конклава Бессмертных Врат, ты заявился сюда на испытание? Что такое, захотел воспользоваться положением в личных целях?
И добавил:
— Судя по вашим недавним речам, вы даже пытались утаить от нас и присвоить себе главную заслугу в истреблении демонов? Неужели Секта Сюаньцзи наконец решила сорвать с лица маску великой праведной обители?
Извергнув этот поток обвинений на одном дыхании, Сяо Цзяньмин тут же помрачнел лицом.
Су Хуань невольно восхитился: этот парень выпалил целую очередь безо всяких усилий, с легкостью бросив вызов сразу двум великим сектам — смелости ему было не занимать.
Младший из четырех, юноша в одеждах цвета киновари, опустил голову еще ниже, явно стараясь изо всех сил отречься от всякой связи с этим безумцем.
У Су Хуаня это вызвало легкую усмешку: будь у него самого такой товарищ, вечно сеющий искры повсюду, он, пожалуй, выглядел бы точно так же.
Сам же смутьян, казалось, ни капли не смущался. Он воткнул копье Божественного Цилиня острием в землю, кивнул подбородком на троих спутников за своей спиной и гордо произнес:
— Жаль только, вам не повезло столкнуться с нами. Как говорится в поговорке — на миру и смерть красна, а раз уж мы увидели и услышали это, то и боевые заслуги за убийство демона поделим поровну.
Внезапно резкий, пронзительный смех едва не пронзил им барабанные перепонки:
— Ха-ха-ха! Какая же самоуверенность! Горстка сопливых манцов смеет рассуждать о том, как убьет меня?!
Зрачки Су Хуаня резко сузились, и вокруг снова поднялся густой белый туман.
Демон прятался в плотной пелене, оставаясь невидимым, но его противный, похожий на скрежет древесной коры голос разносился со всех сторон, грубый и злобный:
— Изначально я явился сюда вовсе не за убийствами, но раз вы сами ищете смерти!
— Тогда не вините меня за то, что я преждевременно отправлю всех вас на корм для великого демонического массива призыва! Это поможет моему владыке из нашего клана захватить врата бессмертных и отомстить за давнее унижение, когда старый пес Фэн Цин изгнал мой народ в Пустошь!
В руках Ци Цзы мгновенно вспыхнуло пламя, и он холодно усмехнулся:
— Десять тысяч лет назад бессмертный владыка Фэн Цин всем сердцем болел за живых существ и предпочел отказаться от бессмертного тела, лишь бы изгнать вас в Пустошь! Он был человеком великого долга и праведности, кто позволил тебе оскорблять его!
Пламя взметнулось с оглушительным взрывом. Стоявший позади всех юноша в алых одеждах широко раскрыл глаза и отчаянно закричал:
— Отступите назад!
Зеленый павлин из Секты Ваньсян поспешно потащил свою соученицу на десять ли назад, непрерывно причитая:
— Кончено, кончено, этот демон растревожил осиное гнездо! Этот по фамилии Ци больше всего на свете почитает бессмертного владыку Фэн Цина, теперь он наверняка жаждет сжечь дотла плоть и кровь демона, разломать его кости и содрать сухожилия...
Мэн Цинхуэй скривилась от его болтовни:
— Замолчи.
Зеленый павлин зашил себе рот вручную.
Юноша в одеждах цвета киновари, удалившись на безопасное расстояние от смертоносного пламени Брахмы своего соученика, счел должным продолжить традицию насмешек:
— Хуа Ую, а ведь ты, оказывается, барыбник, боящийся женщин! Знает ли об этом твой отец, что сидит далеко в Цан Сюане?
Фениксовы глаза Хуа Ую яростно округлились, но прежде чем он успел ответить, Мэн Цинхуэй бросила:
— Ты тоже заткнись.
Тот мгновенно оказался запечатан невидимой силой и от испуга вытаращил глаза.
Кончики пальцев Мэн Цинхуэй едва заметно дрогнули, и она холодно выругалась:
— Из собачьей пасти не выпадет слоновой кости, в Секте Линсяо и впрямь почти не осталось хороших людей.
Заметив это, Су Хуань мысленно удивился: даою Мэн способна воплощать слова в реальность при помощи духовной речи? Неужели она происходит из потомков царского рода старой династии на Бессмертных островах?
Ходили слухи, что предки королевской семьи Бессмертных островов обладали божественной кровью, и произнесенные ими слова обретали частицу силы законов. Если уровень культивации противника уступал им, тому оставалось лишь склонить голову и покориться. Благодаря этой врожденной способности целая династия правила ровно десять тысяч лет, пока ее не свергли около ста лет назад.
Но раз она родом с Бессмертных островов, почему не вступила в Секту Линсяо, а вместо этого отправилась за тысячи ли на континент Цан Сюань и преподнесла себя в ученики вратам Секты Ваньсян?
Стоило ему лишь легко бросить взгляд в ее сторону, как Мэн Цинхуэй тут же заметила это. Повернувшись к нему, она блеснула своими потрясающими стеклянными глазами, словно разгадав его внутренние помыслы, и слегка улыбнулась:
— Земля и вода на Бессмертных островах скверные, хороших людей там не вырастишь. Если даоюй Су пожелает отправиться в странствие и набраться опыта, ему лучше обходить те места стороной.
Стоявший неподалеку Цзян Фэй, ученик Секты Линсяо из тех же краев, хотя и не мог говорить, при этих словах пришел в крайнее волнение. Каждая черточка на его лице выражала негодование: как же эта девица, будучи выходцем с Бессмертных островов, докатилась до такого беспамятства? Разве можно так поносить собственную родину?
Хуа Ую свирепо зыркнул на него в ответ:
— Чего пялишься? Если бы не выходцы с Бессмертных островов, разве глаза старшей соученицы стали бы такими?
Цзян Фэй замер. Кажется, он вспомнил о происхождении Мэн Цинхуэй, и его свирепое выражение лица внезапно сменилось тишиной.
Он бросил взгляд на невозмутимую Мэн Цинхуэй, собираясь что-то сказать, но не смог раскрыть рта. Тяжело выдохнув носом, он резко развернулся и улетел, вливаясь в битву между Ци Цзы и демоном.
Ресницы Су Хуаня едва заметно дрогнули. Бессмертные острова находились относительно близко к континенту Цан Сюань, но лежали далеко от Континента Хуаяо, и он раньше ничего не слышал о подвигах этой даою Мэн. Однако ни один простой житель ни в каком краю не станет легко отрекаться от родных мест.
Эта даою Мэн наверняка перенесла немало лишений, раз решила переметнуться и вступить в Секту Ваньсян.
Пять лет назад, в свой самый тяжелый период, он ведь тоже подумывал о том, чтобы бросить всё и уйти.
Тем временем пламя Брахмы в руках Ци Цзы пылало с огромной силой. Не дожидаясь, пока жутковатый белый туман подберется ближе, он выжег все пространство, окутанное им, и выставил напоказ фигуру демона. Однако за свою опрометчивость ему пришлось заплатить высокую цену: если бы не вовремя подоспевший Цзян Фэй, Ци Цзы едва не лишился своего копья, а следом — и головы.
Меч Цзян Фэя столкнулся с широким тесаком демона, и юноша под мощным ударом отлетел на несколько десятков шагов назад. На его лице отразился ужас — он никак не ожидал, что этот прячущийся в тени демон окажется столь силен.
Видя, что оба они терпят поражение, Мэн Цинхуэй наконец сдвинулась с места.
— Цзэнь!
Изящная девушка парировала парными мечами широкий тесак демона и громко рявкнула:
— Хуа Ую!
— Иду! — из рук Хуа Ую вырвался пронзительный свист флейты, вынудивший демона отдернуть клинок и зажать уши в муках.
Впрочем, это длилось всего несколько мгновений, прежде чем тот пришел в себя. Демон снова взмахнул тесаком, и вокруг взметнулись тяжелые слои клинковых теней, обрушившись на противников острой и безжалостной сетью, закрывающей небо!
Стоило зазвучать флейте, как Юэ Цзюсы тоже закрыл уши руками:
— Тьфу... Эй, вы из Секты Ваньсян, различайте хотя бы своих и чужих!
Наньгун И нахмурился, воздвигнув защитный барьер для оставшейся троицы, после чего вытащил Серебряный квадратный меч и вступил в схватку. Увидев это, Юэ Цзюсы поспешил следом:
— Я с молодым главой!
Шестеро против одного демона — ход битвы мгновенно переломился, и демон стал все сильнее сдавать позиции. Су Хуань уже собирался обнажить меч и присоединиться к общему бою, как вдруг заметил, что взгляд демона резко ожесточился. Вокруг его тела мгновенно вспыхнула мощнейшая аура демона, которая с грохотом разорвалась, подобно яркому фейерверку!
Всех шестерых единой волной демонической энергии отбросило назад. Самые слабые — Цзян Фэй и Хуа Ую — тут же изрынули полный рот крови. Су Хуань поспешно убрал меч и принялся за лечение: потоки золотой духовной энергии медленно полились в их тела, смягчая смертельную бледность на лицах.
Демон злобно утер кровь, сочившуюся из глаз, носа и рта, и с размаху вонзил тесак в землю — под их ногами тут же распластался гигантский демонический массив!
Было видно, как плоть и кровь на теле самого демона исчезают на глазах, а кожу густо покрывают пугающие демонические узоры.
В голове Су Хуаня невольно всплыла картина поглощения туманом, с которой они столкнулись в самом начале, и до него дошло: тот белый туман искажался вовсе не из-за демонической энергии, а потому что на самом деле это был ритуал кровавого жертвоприношения, источаемый демоническим массивом призыва на теле демона, который начался еще тогда!
Лицо Мэн Цинхуэй резко изменилось, и она закричала:
— Плохо! Массив оказался прямо на нем, раз призыв запущен, всякая жизнь внутри формации будет принесена в жертву кровью, уходим из тайного пространства!
http://bllate.org/book/35427/4379242
Готово:
