Чжао Цзинли перевел взгляд на Шэнь Синъяня, и тот тут же вскочил со своего места.
Он изо всех сил старался сдержать нахлынувшие эмоции:
— Брат Цзин, а где браслет, который я тебе подарил?
Чжао Цзинли промолчал.
Шэнь Синъянь опустил взгляд и увидел его обнаженное запястье. Сердце в тот же миг ушло в пятки.
— Это он сейчас на его руке?
Чжао Цзинли не стал отрицать и коротко хмыкнул в знак согласия.
У Шэнь Синъяня похолодели руки и ноги. Вещь, которую он подарил ему лично… почему, почему он так легко отдал её кому-то другому? Да ещё и кому — Бай Ши, с которым у них вечно были натянутые отношения.
Он холодно посмотрел на собеседника:
— Чжао Цзинли, если тебе не нравится, зачем было принимать подарок, а потом отдавать его другим? Чжао Цзинли, ты невозможен! Кем ты меня вообще считаешь?
Глядя на него, Чжао Цзинли нахмурился:
— Не устраивай сцену.
Для него всё было просто: Бай Ши сказал, что хочет эту вещь, а самому Чжао Цзинли она была не особенно нужна. Он совершенно не понимал, из-за чего Шэнь Синъянь так злится и ведёт себя подобным образом. К тому же, когда-то давно тот сам настойчиво надел ему этот браслет на руку.
Бай Ши, наблюдая за назревающим конфликтом, тут же ухватился за возможность уколоть Шэнь Синъяня:
— Шэнь Синъянь, не пора ли тебе остановиться? Брат Цзинли вообще не любит такие безделушки. Всё равно они бы пылились в коробке, что такого в том, что он разрешил мне поносить? Тебе обязательно так цепляться к этому?
Шэнь Синъянь не удостоил его даже взглядом. Он смотрел прямо на Чжао Цзинли и холодно произнёс:
— Хорошо. Раз так, то, пожалуйста, верни его мне.
Его губы побледнели, а из-за того, что он был одет в черное, в его облике появилось какое-то болезненное чувство надломленности.
— И стоило из-за этой дешевки такой шум поднимать? — Бай Ши надулся и презрительно фыркнул, глядя на Шэнь Синъяня. — Подумаешь, вещь за пару сотен юаней! Я что, сам себе такую не куплю?
С этими словами он стянул браслет с руки и со злостью швырнул его на пол. Браслет, отскочив от удара, пролетел ещё немного и снова упал.
— Чего он только не видел, брат Цзинли! И он правда думает, что кому-то сдалась его копеечная побрякушка? — Бай Ши первым решил перейти в наступление. — Брат Цзинли, ты ведь обещал сегодня сходить со мной на лапшу? Пойдем скорее.
Чжао Цзинли бросил взгляд на Шэнь Синъяня, но тот смотрел только на браслет, лежащий на полу. Не сказав ни слова, Чжао Цзинли вышел из аудитории вместе с Бай Ши.
Шэнь Синъянь присел на корточки и поднял браслет. Ещё пару дней назад, видя его на запястье Чжао Цзинли, он чувствовал огромную радость, а теперь его сердце пронзила острая боль.
В детстве бабушка Бай Ши спасла жизнь Чжао Цзинли, поэтому тот был очень внимателен и нежен с Бай Ши — об этом Чжао Цзинли сам рассказывал ему. Шэнь Синъянь считал себя человеком не мелочным и не возражал против того, что Чжао Цзинли хорошо относится к своему младшему, но ему так хотелось, чтобы хоть капля терпения и нежности Чжао Цзинли доставалась и ему самому. Хотя бы самую малость.
Дата конкурса приближалась. Шэнь Синъянь, затаив обиду, погрузился в работу над текстом, чтобы заглушить чувства, и перестал выходить на связь с Чжао Цзинли. Тот, в свою очередь, тоже не проявлял инициативы.
Бай Ши в последние дни тоже был не в духе: всё его недовольство читалось на лице. Раньше он каждые пять минут звал брата Цзинли, а теперь молчал как воды в рот набрал.
Если бы не Чжао Цзинли, Шэнь Синъянь не проявил бы к Бай Ши ни малейшего интереса. После занятий, прихватив ноутбук, он направился в библиотеку — нужно было дописать черновик. Научно-фантастическая тема давалась ему нелегко, так как он никогда не работал в этом жанре. Но в любом романе главное — сюжет и персонажи, а всё остальное, вроде декораций и терминологии, было лишь вопросом правки. За последние дни Шэнь Синъянь уже продумал структуру и фон, оставалось только всё логично связать.
Однако, стоило ему выйти из аудитории, как он увидел Чжао Цзинли.
На этот раз тот заговорил первым:
— Идешь в библиотеку?
— Да.
Шэнь Синъянь был отходчив: если Чжао Цзинли делал шаг к примирению, он тут же готов был спуститься с лестницы. Потому что любил его. Но люди алчны: получив одно, они всегда хотят больше. Шэнь Синъянь нарочно спросил:
— Опять идешь к Бай Ши?
— Я искал тебя.
Заметив удивление в глазах Шэнь Синъяня, Чжао Цзинли протянул ему изящный подарочный пакет.
— Мне?
Чжао Цзинли кивнул.
Изначально он действительно считал, что Шэнь Синъянь устроил истерику на пустом месте, и не понимал, как из-за простого браслета можно было раздуть такой скандал. Однако и позволять Бай Ши вести себя слишком избалованно он не мог — нельзя было нарушать данное ему обещание. К тому же, раз Шэнь Синъяня так легко успокоить, нет смысла продолжать ссору. Если он и не собирался выяснять отношения, то лишь потому, что ему было всё равно.
Чжао Цзинли проигнорировал радостный блеск в глазах парня и сказал:
— Открой и посмотри.
— Тогда подержи, пожалуйста, мой ноутбук.
Шэнь Синъянь осторожно взял пакет. Впервые за всё время их отношений Чжао Цзинли подарил ему подарок. Сказать, что он был счастлив — ничего не сказать. Глядя на изысканный пакет, он даже слегка задрожал.
Внутри лежала коробочка из черного бархата. Шэнь Синъянь открыл её и увидел перьевую ручку цвета чернильного неба. Матовый корпус с мелкими блестками напоминал россыпь бриллиантов, безмятежно лежащих на белом бархате. Будто кусочек звездного неба оказался в его руках.
А на нижней части ручки была выгравирована надпись:
[Сияние звёзд, красота долгих лет]
Это была отсылка к его имени.
Шэнь Синъянь замер. Даже если бы Чжао Цзинли подарил ему пачку лапши быстрого приготовления, он был бы счастлив, но эта ручка заставила его по-настоящему осознать, что он чего-то значит для Чжао Цзинли.
В сердце брата Цзинли ведь есть место для него? Иначе зачем прикладывать столько усилий, чтобы купить подарок и прийти мириться?
Обида Шэнь Синъяня полностью испарилась, сменившись трепетным отношением к подарку. Чжао Цзинли, глядя на его ошарашенный вид, не удержался и спросил:
— Не нравится?..
Он не успел договорить — Шэнь Синъянь уже привстал на цыпочки и чмокнул его в щеку.
— Спасибо, брат Цзин, — в его красивых глазах-персиках светилась любовь. — Мне очень нравится.
Шэнь Синъянь на самом деле был очень красив. В отличие от мягкого, «нефритового» типажа, который нравился Чжао Цзинли, красота Шэнь Синъяня была яркой и дерзкой. В любой толпе он выделялся, а когда улыбался, его игривые глаза-персики могли вскружить голову любому. По идее, красавцы с такими глазами должны быть ленивыми и ветреными, но в Шэнь Синъяне всегда чувствовался гордый, вольный мальчишеский дух. Однако перед Чжао Цзинли он всегда прятал свои когти.
Чжао Цзинли было неловко от того, что тот его поцеловал, но, увидев такое искреннее восхищение, он проглотил слова, которые собирался сказать.
— Очень красиво. Мне правда нравится.
Шэнь Синъянь повторил это ещё раз, осторожно погладив пальцем гравировку. Чжао Цзинли проследил за его движением и только сейчас заметил надпись. Он недовольно нахмурился.
Он попросил купить подарок другого человека и даже не заглянул в коробку. Тогда Цзян Лу, его приятель, похлопал его по плечу и заверил: Не волнуйся, брат Чжао! Я в делах сердечных собаку съел, с таким бюджетом, как у тебя, он прослезится от восторга, вот увидишь.
Цзян Лу был плейбоем, менял партнеров как перчатки и говорил о себе так: Хотя я не отличаюсь постоянством, но с каждым новым человеком я стараюсь быть искренним. Он знал Шэнь Синъяня и видел, с какой преданностью тот относится к Чжао Цзинли. Цзян Лу не раз говорил, что Чжао Цзинли просто слеп, что если бы Шэнь Синъянь хоть раз взглянул на него, Цзян Лу, он бы носил его на руках. Но когда Чжао Цзинли вдруг попросил его купить подарок, Цзян Лу решил, что старое железное дерево зацвело, и с радостью взялся за дело.
Чжао Цзинли думал, что тот купит что-то простое, но не ожидал, что подарок окажется таким двусмысленным. Видя, с каким обожанием и трепетом Шэнь Синъянь держит ручку, он внезапно почувствовал отвращение:
— Раз нравится, то хорошо. У меня дела, так что пойду.
Благодаря этому примирению Шэнь Синъянь весь вечер был в прекрасном настроении: он не только закончил черновик, но и проработал детали сюжета. Он убрал ручку вместе с коробкой в ящик стола — это был первый подарок от брата Цзин, и он должен беречь его как зеницу ока. Было бы здорово дождаться того дня, когда они будут вместе навсегда, до самого брака, и тогда эта ручка станет их общим сладким воспоминанием.
***
Шэнь Синъянь был отходчив: после случая с ручкой они помирились, и парень не только перестал дуться, но, казалось, стал относиться к Чжао Цзинли ещё лучше. Тот не придавал этому значения: ну и пусть обманывается, лишь бы результат был хорошим и не доставлял хлопот. К тому же, он ведь сразу предупредил, что это лишь эксперимент, и если Шэнь Синъянь влюбился — это его проблемы. Да и разве кто-то вроде него мог по-настоящему запасть в душу?
Конкурсная работа была отшлифована. После проверки правописания и верстки Шэнь Синъянь отправил файл организаторам. Линь Хэюй, узнав об участии, написала ему в личку и начала умолять показать черновик. Через полчаса она позвонила:
— Брат, Муму правда умер?
Муму был главным героем его рассказа — высокопоставленный офицер, который всю жизнь сражался за страну, но погиб от рук тех самых людей, которых защищал изо всех сил.
http://bllate.org/book/35426/4379158
Готово:
