Пэй Чжи сдал эмоции под контроль, поднял голову, ничего не ответил и, бросив на Чи Чуаня ничего не выражающий взгляд, направился в сторону учебных классов.
Чи Чуань последовал за ним.
Стоило им пройти всего несколько шагов, как Пэй Чжи резко остановился, и Чи Чуань чуть было не врезался в него.
— Я хочу кое о чём с тобой договориться.
Расстояние между ними было слишком близким, и Чи Чуань инстинктивно отступил на шаг.
— Каковы условия? — произнес он.
В голосе Пэй Чжи слышалось раздражение; он нарочито понизил голос, словно опасаясь, что его услышит кто-то посторонний:
— Больше не смей заставлять меня называть тебя братом!
— М? — Чи Чуань на секунду замер и перевёл взгляд на Пэй Чжи.
Сейчас в глазах Пэй Чжи проступили живые эмоции, они излучали энергию, резко контрастируя с только что мертвецким взглядом. Его и без того большие глаза от злости казались ещё больше, брови сошлись на переносице, и он был похож на взъерошенного маленького котенка, полного жизни.
Совсем как вчерашний Пэй Чжи.
Чи Чуань уже собирался согласиться, но сам не зная почему вдруг передумал. Уголки его губ тронула неопределенная усмешка:
— Я тебя и не заставлял.
— Но ты же только что согласился! — Пусть в этом споре он был неправ, но ведь и пострадал тоже он. Чем больше Пэй Чжи думал об этом, тем сильнее злился.
Ему казалось, что Чи Чуань специально выводит его из себя, хотя, глядя на это лицо, он чувствовал, что тот делает это не со зла.
— Мне всё равно, я больше никогда не буду называть тебя братом, так что умоляю, больше не появляйся на глаза мне и моей маме.
У него не было какого-то особенного предвзятого мнения о Чи Чуане, он просто терпеть не мог, когда мать пыталась им командовать. Как и любой подросток в период бунтарства, он обожал идти наперекор родителям.
Совсем как по утрам, когда мать заставляла его есть ненавистные яйца: он с каменным лицом съедал их, а потом шел в туалет, чтобы вырвать. Или как каждый раз, когда его принуждали есть овощи: стоило Дяде Дину принести обед, как он тут же выбрасывал всю зелень.
Точно так же, как запрет матери на покупку снеков: во время перерыва или после уроков он сбегал со Сюй Чэнем через забор и покупал в уличных ларьках целую гору всякой всячины.
С самого детства всё за него решала мать, и поэтому, чем старше он становился, тем сильнее сопротивлялся любым ее решениям.
Именно поэтому, когда мать заявила, что он должен нормально ладить с Чи Чуанем, его первой естественной реакцией было:
А вот и не буду!
— Согласен ты или нет, я всё равно больше не стану тебя так называть, — видя, что Чи Чуань молчит, Пэй Чжи немного занервничал. — Ты меня слышишь?
Чи Чуань хранил молчание.
Пэй Чжи решил, что диалог не клеится — стоит ему впредь реже видеться с этим парнем, как мать перестанет заставлять его использовать это обращение. Он уже собрался развернуться и уйти, как услышал голос Чи Чуаня:
— Ладно, я согласен.
Вот так просто согласился?
Пэй Чжи с сомнелением посмотрел на Чи Чуаня, пытаясь уловить на его лице хоть тень недовольства или колебаний, но Чи Чуань в ответ лишь улыбнулся.
Это выражение лица вдруг показалось ему знакомым — точно так же, когда они встретились впервые, Чи Чуань обозвал его больным.
Пусть он и впрямь был болен, на душе всё равно скребли кошки, и от этого становилось беспричинно противно. Пэй Чжи резко развернулся и зашагал прочь, нарочито ускорив шаг.
Стоило ему сделать пару шагов, как кто-то схватил его за лямку рюкзака. Пэй Чжи с недовольным видом обернулся на Чи Чуаня:
— Ещё что-то?
Чи Чуань протянул ему сборник обязательных для заучивания слов — ту самую книжку, что он только что уронил. Пэй Чжи потянулся было за ней, и тут заметил, что ладони Чи Чуаня до крови исцарапаны ногтями. Кровь на ладони и пальцах уже запеклась.
Пэй Чжи торопливо отдернул руку и раздраженно бросил:
— Мне не нужно!
С этими словами он припустил к учебному корпусу. Услышав за спиной дыхание догоняющего его Чи Чуаня, он был вынужден прибавить шагу, но сам не понимал почему — на душе у него было удивительно легко.
От школьных ворот до учебного корпуса было приличное расстояние, и взлететь сразу на четвертый этаж хоть и не выбило из сил, но дыхание всё же сбилось. А вот запыхавшимся Чи Чуань за его спиной почему-то совсем не выглядел.
Пэй Чжи вовсе не улыбалось заходить в класс вместе с Чи Чуанем, и он уже собирался отделаться от него перед самым входом, как вдруг, едва он вынырнул из лестничного пролета, раздался голос Сюй Чэня:
— Ты чего сегодня так поздно, я тебя уже полдня жду.
В мгновение ока Сюй Чэнь подскочил к нему, расплывшись в подобострастной улыбке.
Пэй Чжи недовольно бросил:
— Чего это ты меня ждал? Опять выведать что-то про Цзян Сюэ?
Стоило взглянуть на физиономию Сюй Чэня, как стало ясно, каким будет его следующий вопрос — с такой-то ухмылкой на лице, наверняка опять затеял какую-нибудь пакость.
— Да мне сегодня жутко не повезло, согнали в актовый зал для массовки, вот я и ждал тебя, чтобы пойти вместе.
Пока Сюй Чэнь болтал, к ним подоспел Чи Чуань. Сюй Чэнь с улыбкой поприветствовал его:
— Доброе утро, Чи Чуань.
Чи Чуань в ответ бросил:
— Доброе утро.
Когда Сюй Чэнь повернулся обратно к Пэй Чжи, тот стоял с мрачной физиономией. Смерив друга злым взглядом, Пэй Чжи скрылся в классе.
Сюй Чэнь озадаченно почесал в затылке, не понимая, с чего это Пэй Чжи взбеленился. Вдруг его словно осенило, и он покосился на Чи Чуаня:
— Вы что, вместе пришли?
Чи Чуань коротко бросил:
— Угу.
Сюй Чэнь снова спросил:
— Пэй Чжи на тебя злится?
На этот раз Чи Чуань промолчал.
Сюй Чэнь мгновенно загорелся любопытством:
— Вы поссорились?
— Нет.
— Да точно поссорились! — Сюй Чэня это просто поразило. Как бы бесстыден он сам ни был, Пэй Чжи никогда не встречал его с кислой миной. Чтобы заставить Пэй Чжи разозлиться — у Чи Чуаня определенно имелся талант.
Увидеть разгневанного Пэй Чжи было даже забавно; тот вечно держал всё в себе и жил под таким прессом, что, окажись на его месте кто другой, давно бы уже свихнулся.
Сам Пэй Чжи обычно ходил с улыбкой на лице и производил впечатление человека легкого в общении, но на самом деле держал людей на почтительном расстоянии — сблизиться с ним и узнать его по-настоящему было невероятно сложно.
Сюй Чэнь сумел пробиться в друзья к Пэй Чжи лишь потому, что обладал поистине непробиваемой наглостью.
— Сколько лет знаком с Пэй Чжи, а еще ни разу не видел его злым, — со смаком разглядывая Чи Чуаня, произнес Сюй Чэнь. — Пошли, помогу тебе перетащить парту.
Вернувшись за свое место, Пэй Чжи принялся перебирать заготовленную речь, но, стоило ему повернуть голову, как он увидел, что Сюй Чэнь помогает Чи Чуаню тащить парту. Один волок стол, другой стул, и двигались они прямиком в его сторону — судя по всему, Чи Чуаня собирались подселить аккурат за ним.
Пэй Чжи с грохотом оттянул свой стул назад, словно заявляя права на пустующее пространство позади него.
http://bllate.org/book/35423/4378324
Готово:
