Суй Шэньань тогда и не подозревал, что всё это — лишь искусно сотканная главным героем ловушка. Главный герой давным-давно затаил злой умысел: он намеренно высосал внутреннюю энергию Му Юньчжи, чужими руками — руками босса — избавился от этого преданного друга, а затем явился в ореоле героя, чтобы собрать богатый урожай. Он унаследовал все оставшиеся после Му Юньчжи сокровища и даже тех красавиц, что тот случайно встретил на своем пути.
И вот, благодаря подобным методам, главный герой достиг вершин боевых искусств. Однако, тоскуя по Му Юньчжи, он окружил себя множеством прелестниц, внешне похожих на него, и обзавелся потомством, став единственным божественным героем в том бездарно слитом романе «Драконий клинок». В конце истории он в один миг превратился в абсолютного имбу и всеобщего любимца всей книги, в то время как читатели, дотянувшие до самого финала, в один голос твердили, что главный герой — гей, а настоящей любовью была именно Му Юньчжи, и продолжали плеваться, но читать, перенеся всю бурю страстей на следующее произведение автора о крутом воине.
Хотя Суй Шэньань и понимал, что это мог быть лишь дешевый трюк автора «Драконьего клинка», он всё равно испытывал жуткое отвращение к главному герою книги. Ему казалось, что поступки того — чистой воды предательство лучшего друга, а всех остальных он использовал лишь как ступени для восхождения. Он не раз мечтал о том, как было бы здорово, если бы однажды он смог занять место главного героя и стать истинным божественным воином, который никогда не предаст Му Юньчжи.
До перемещения мать в реальной жизни заботило лишь то, поступил ли он в зарубежный университет, на который рассчитывал отец, а до его жизни и смерти ей было совершенно дела нет. Но кто бы мог подумать, что после переноса в этот мир он неожиданно превратится в персонажа «не главный герой, но круче главного героя», да еще и получит шанс сокрушить протагониста и занять его место.
Система с хихиканьем произнесла: [Уговор в силе, эту Карту Судьбы тебе лучше беречь как зеницу ока. Кто знает, в какой-нибудь критический момент она может стать твоей спасительной соломинкой.]
— Вот как?
Накануне грандиозного финала Суй Шэньань дал себе клятву: он собственными глазами увидит момент, когда главный герой рухнет с пьедестала, а затем унаследует его внутреннюю энергию, ментальные техники и непревзойденные навыки, чтобы отплатить той же монетой.
Жди меня, главный герой.
Не успел он вымолвить хоть что-то еще, как в ушах раздался механический электронный звон: [Динь-дон, идет инициализация параметров роста, инициализация верстки панели задач, пожалуйста, подождите...]
[…………]
[3………]
[2……]
[1…]
Когда он снова открыл глаза, рана на груди Суй Шэньань уже была заново перевязана марлей.
Где это он?.. Бамбуковая хижина?
Знакомые желтовато-зеленые бамбуковые стены бросались в глаза, изголовье было пропитано тонким ароматом бамбука, и в следующее мгновение Му Юньчжи действительно вошел через дверь Бамбуковой хижины, торопливо подбежал и спросил:
— Ты очнулся?
Раздался мягкий, подобный нефриту, но слегка дрожащий голос. Суй Шэньань тут же перевел взгляд в ту сторону, и стоило ему увидеть эту чистую и непорочную фигуру, как сердце забилось быстрее само собой.
Нос Му Юньчжи слегка покраснел, и он с трудом выдавил из себя улыбку, которая была горше слез:
— Нянь Ань, мое боевое искусство оказалось слишком слабым.
Му Юньчжи бормотал что-то себе под нос, и в его голосе сквозили глубокое самоуничижение и досада.
Суй Шэньань знал, что Му Юньчжи переживает из-за того, что не смог спасти Таоэр. Его взгляд смягчился, упав на профиль Му Юньчжи, и он произнес мягким, но твердым тоном:
— Молодой господин, вам не стоит так сильно себя винить. Тот старец — великий мастер своего поколения; хоть между вами и есть разрыв, это вовсе не значит, что его нельзя преодолеть. Нянь Ань верит: ваше мастерство создания иллюзий на основе Искусства Пипа поистине выдающееся, и стоит вам в следующий раз применить его с умом, вы непременно сможете повернуть ход событий вспять.
Му Юньчжи поднял голову, в его глазах промелькнуло удивление — он никак не ожидал, что обычно молчаливый Суй Шэньань станет утешать и подбадривать его в такой момент.
Суй Шэньань продолжил:
— Молодой господин, у меня есть одна просьба. Не знаю, стоит ли мне о ней говорить?
Му Юньчжи слегка кивнул, разрешая ему продолжить.
— Я хочу стать вашим учеником и изучать боевые искусства. Я знаю, что мои способности весьма посредственны, но я готов прилагать больше усилий, чем кто-либо другой. Прошу вас, дайте мне этот шанс.
В словах Суй Шэньань звучали искренность и жгучее желание.
— Ты действительно хочешь стать моим учеником? — Му Юньчжи нахмурился, в его голосе послышлося любопытство. — Почему тебе обязательно нужно постигать боевые искусства?
— Во-первых, меня потрясла та сила, с которой молодой господин изо всех сил старался спасти Таоэр. Я надеюсь освоить боевые навыки, чтобы больше никогда не оказаться в столь беспомощном положении, — без малейшего колебания ответил Суй Шэньань. — А во-вторых, чтобы в будущем иметь возможность защитить тех, кто мне дорог.
Услышав это, Му Юньчжи почувствовал, как в его сердце что-то дрогнуло.
Ему показалось, будто в глазах Суй Шэньань он увидел самого себя в прошлом — того юношу, который неустанно стремился к силе, скитаясь в поисках учителей лишь ради того, чтобы защитить тех, кого хотел, а также чтобы впоследствии оградить себя в собственном клане.
Этот юноша... и впрямь чем-то напоминал его собственные идеалы.
— Ты же знаешь, путь боевых искусств — вовсе не ровная дорога. Он потребует от тебя колоссальных усилий и жертв, — напомнил Му Юньчжи.
Суй Шэньань кивнул, и в его взгляде не было ни тени сомнения:
— Прошу молодого господина не сомневаться в моей решимости.
Брови Му Юньчжи разгладились. Он поднялся, подошел к Суй Шэньань, протянул руку и мягко похлопал его по плечу:
— Раз так, я согласен передать тебе все свои знания без утайки. Но сколько тебе удастся усвоить — зависит лишь от твоей собственной судьбы.
На лице Суй Шэньань отразилось удивление и радость, он тут же опустился на колени и отвесил поклон:
— Ученик Суй Шэньань приветствует Учителя!
Му Юньчжи протянул руку, поднимая его. Их взгляды встретились, и его собственное сердце пропустило пару ударов.
Странно, ведь перед ним всего лишь шестнадцатилетний юнец, только ступивший на этот путь, почему же в его ауре он разглядел нечто совершенно непохожее на обычных людей?
Пока он размышлял об этом, щеки его слегка покраснели:
— Не спеши. Лучше пока зови меня просто молодым господином, я еще не привык, когда меня так называют.
Суй Шэньань:
— Тогда звать тебя братом?
Му Юньчжи схватился за голову:
— Уж лучше по-прежнему звать меня молодым господином, так будет куда приличнее!
В этот самый момент живот Суй Шэньань совершенно некстати издал громкое урчание, нарушив царившую между ними тишину.
Му Юньчжи слегка опешил от неожиданности, но тут же легко улыбнулся и сказал:
— Пойду на кухню, приготовлю тебе поесть.
С этими словами он засучил рукава и прямиком направился на кухню.
Все эти дни Суй Шэньань ел лишь то, что готовила Таоэр, и никогда раньше не пробовал стряпню Му Юньчжи. Услышав доносящуюся из кухни возню, он с предвкушением уселся на табурет в ожидании.
http://bllate.org/book/35411/4376858
Готово:
