Линь Сиу расстегнула сумочку, достала телефон и поднесла к уху.
— Алло, старик, — бесцеремонно выпалила Линь Сиу.
— Ты что за ребенок, как ты разговаривает? — услышав такое обращение, Линь Гуфэн тут же принялся её отчитывать, а затем сразу же спросил: — Ну что? Тот парень уже приехал? Как вы ладите? Вы же почти ровесники, неужели у вас не найдется тем для разговоров?
В общем, ей хотелось сказать всего два слова: ужасно!
Она до сих пор хотела прогнать его.
— Ха-ха, Сиу! Вы, наверное, еще не привыкли друг к другу, поэтому и поговорить не о чем. Главное — побольше общаться, подружиться не составит никакого труда. Его зовут Сяо Юй, можешь звать его так, — сухо усмехнулся Линь Гуфэн. Он прекрасно слышал, что Сиу жутко не нравится внезапное появление какого-то парня в их доме. С самого детства Сиу никогда не приводила домой парней, но сейчас пусть лучше парень поживет у них, иначе её дочери потом будет трудно ужиться с тем пареньком из семьи Ян.
— А вы, старик, не боитесь, что он со мной что-нибудь сделает? — недовольно пожаловалась Линь Сиу. Какого человека можно было найти лучше? Обязательно парня? И они вот так просто доверяют собственной дочери?
— Доченька! С твоими-то боевыми навыками какой парень осмелится тебе что-то сделать? — перехватив телефон, медовым голоском произнесла Манни.
— Сухие дрова и пылающий огонь, тут еще бабу надвое сказала, — недовольно сморщив носик, буркнула Линь Сиу.
— Ничего подобного, вы должны хорошо ладить. Я буду время от времени звонить тебе, так что будь с ним поучтивее. Позже я скину тебе фотографии Сяо Юя, — снова перехватив трубку, сказал Линь Гуфэн.
— Ладно! Если больше ничего нет, я вешаю трубку, — бросила Линь Сиу и тут же сбросила вызов.
В конце концов, в доме чужой парень, а они действительно так спокойно оставляют её одну?
При этой мысли на сердце Линь Сиу заскреблась необъяснимая тоска. Старик со старухой целыми днями только и делают, что милуются, а она видит их едва ли пару раз в год. С тех пор как она пошла в девятый класс, старик со старухой заявили, что хотят поездить по миру, ведь одним из главных увлечений мамы были путешествия. А старик так сильно любил старуху, что был готов пойти на всё ради любой её прихоти, поэтому в итоге она осталась совсем одна, а повзрослев, лишь позволила им вдвоем наслаждаться личной жизнью.
Они давно уже мысленно записали Ян Жэньчжо в свои зятья и были уверены, что ей суждено выйти замуж в семью Ян, однако сама она видела в Ян Жэньчжо лишь братана.
Телефон звякнул. Палец коснулся экрана, и на нем появилось лицо И Юйе.
Ладно уж, раз пришел — пусть живет. Если он посмеет сделать ей хоть что-то, она тут же сотрет его в порошок.
Удалив фотографию из телефона, она сунула его в карман, подхватила сумочку с дивана и направилась наверх.
Надо найти ему комнату для ночлега, а завтра объяснить правила проживания в этом доме.
Рука легла на дверную ручку. Что за черт? Почему она не открывается? Подергав ручку туда-сюда, она снова нахмурилась: почему всё равно не открывается? Утром дверь вроде бы не запирали изнутри на щеколду.
Линь Сиу продолжала ожесточенно сражаться с дверной ручкой, как вдруг дверь распахнулась. Не успела Линь Сиу обрадоваться, как её взору предстала пара ног на полу. Скользя взглядом снизу вверх, она заметила стройные ноги, выше — талию, затем ключицы, а дальше...
— Жить надоело? — голос И Юйе прозвучал так, будто доносился из самого ада, вихрем проносясь у самого уха. Воздух вокруг словно замер на несколько секунд, а его контрастные, пронзительные глаза впились в лицо Линь Сиу, точно острые мечи.
Линь Сиу проигнорировала его и попыталась протиснуться в комнату, но И Юйе загородил проход.
— Раньше она была твоей, а теперь моя, — произнес И Юйе, едва разлепив тонкие губы. Слова сорвались с них с прежним бесстрастным, ледяным и властным выражением.
— Твоей? — Линь Сиу недоверчиво вытаращила глаза, а затем с раздражением потерла указательным пальцем висок. Вместо того чтобы разозлиться, она даже усмехнулась, а затем холодно бросила: — С меня хватит. Мне плевать, красавчик ты или нет! Фиолетова твоя похоронная физиономия! А теперь! Живо! Вали отсюда!
И Юйе молча смотрел на нее несколько секунд, не говоря ни слова.
В комнате мгновенно воцарилась абсолютная тишина — не было слышно ни звука.
От его пристального взгляда Линь Сиу почувствовала себя не в своей тарелке и мысленно подбодрила себя: чего бояться? Если дело дойдет до драки, еще неизвестно, сможет ли он её одолеть.
При этой мысли Линь Сиу задрала подбородок еще выше, подавляя подступившую панику.
Аура этого парня была слишком сильной. Стоило ей оказаться рядом, как она всем телом ощущала его давящую мощь, от которой грудь сжимало так, что трудно было поднять голову.
Линь Сиу сжала кулаки, заставляя себя выдержать его взгляд. Уж в чем в чем, а в упорстве уступать нельзя.
— У меня есть ключ, — снова процедили тонкие губы. Пальцы, сжимавшие дверную ручку, побелели от напряжения — было очевидно, что он с трудом сдерживается.
Есть ключ?
Наличие ключа означало, что он здесь арендатор, или же то, что даже если она вытолкает его за дверь, он сможет войти обратно?
Господи помилуй! Неужели он не умеет говорить чуть длиннее? Что, от лишних слов кто-то умирает?
К счастью, Линь Сиу отличалась сообразительностью и умом.
— Окей! Не собираюсь с тобой спорить. Раз у тебя есть ключ, можешь оставаться. Но сейчас я хочу спать, будь добр, перейди в соседнюю комнату, ладно? Эта — моя, — Линь Сиу выставила обе руки между ними, чувствуя себя немного беспомощно, но всё же сдерживая раздражение и стараясь говорить как можно мягче.
— Теперь она моя, — коротко бросил он и захлопнул дверь.
Одна рука застряла в дверном проеме.
Да чтоб тебя! Это же мой дом и моя комната, с каких пор здесь кто-то другой хозяин?! Линь Сиу взбесилась, но мгновенно сориентировалась и расплылась в улыбке.
И Юйе замер, подняв взгляд на сияющее лицо перед собой.
Он так и продолжал смотреть на нее с абсолютно каменным выражением.
— Послушай, братец, даже если ты хочешь, чтобы я ночевала в соседней комнате, позволь мне хотя бы вещи забрать, я ведь даже не искупалась, — Линь Сиу улыбалась во весь рот, источая абсолютную безобидность.
— Они в соседней, — И Юйе упорно игнорировал эту улыбку.
Он уже давно попросил горничную перенести все её вещи по соседству.
— Ты что, велел перенести все мои вещи в соседнюю комнату? — не может быть, чтобы та тетушка-горничная убиралась настолько радикально.
И Юйе едва заметно кивнул, словно подтверждая её догадку.
Как такое возможно? Почему это она должна переезжать? Она ведь жила здесь с самого начала!
Пользуясь тем, что И Юйе отвлекся, Линь Сиу резко оттолкнула руку, застрявшую в щели, и с грохотом закрыла дверь.
Она забарабанила в дверь кулаком, крича:
— Эй! Братишка, открой, мне нужно кое-что сказать!
Никакой реакции. В ответ лишь зловещая тишина — её голос звонким эхом разносился по всему дому.
— Эй, дружище, давай поговорим нормально, к чему столько драмы?
В ответ снова звучал лишь ее собственный голос, без малейшего намека на отклик.
— Эй! Братец Сяо Юй, отвори-и-и дверцу~ — протянула она с фальшивыми нотками кокетства в голосе.
Закончив, Линь Сиу сама поежилась от собственного писка.
В ответ — всё та же тишина.
Постойте-ка! Это её дом, она здесь хозяйка и имеет право делать всё что угодно! С какой стати ей перед ним прогибаться?
При этой мысли Линь Сиу мгновенно прозрела.
— Эй ты, паршивец! Любишь поплотнее, когда по-хорошему не понимают, да? Разуй свои собачьи глаза и посмотри, чьей дом! Чей это дом?! Мой собственный дом, черт побери! Да то, что я вообще разрешила тебе здесь остаться, — уже повод пасть ниц и благодарить небеса! Что за отношение? Разве так ведут себя постояльцы? А ну открой дверь, негодяй! Ты поел, а посуду за собой мыть кто будет? Вся твоя стряпня так и стоит на обеденном столе, ты даже тарелки не убрал! Не рассчитывай, что я стану за тобой убирать, ты меня слышишь или нет?! Если не откроешь дверь, я ее вышибу! — Линь Сиу выпалила тираду на одном дыхании в надежде, что изнутри хоть что-то ответят. Выбивать собственную дверь ей было откровенно жалко — в конце концов, это её комната, и чинить её придется за свой счет.
Подождав несколько секунд, она не услышала изнутри ни шороха.
Раздраженно дернув за резинку, Линь Сиу распустила собранные в хвост волосы, позволив им рассыпаться по плечам.
Ладно! Раз открывать не хочешь! Раз решил оккупировать мою комнату! Ну погоди у меня.
Шаги за дверью постепенно затихли, а затем послышался глухой звук закрывающейся двери в соседней комнате.
Сидя за компьютерным столом, И Юйе медленно разжал кулак. На его суровом лице не дрогнул ни один мускул, однако в сияющих звездами глазах читались сдерживаемая боль и ледяная мрачность. Лишь убедившись, что в коридоре всё стихло, он позволил себе немного расслабиться.
Эта девчонка только что была донельзя шумной.
Сущая фурия.
У нее что, даже запасного ключа от дома нет? Стоит под дверью, орет на весь коридор — ни капли манер.
Если бы все люди были такими, как она... Нет, таких больше нет. Если бы все вокруг были похожи на нее, он бы ни за что не смог полюбить её. Она такая одна во всем мире.
Глядя на фотографию в кошельке, И Юйе потупил взгляд, в котором промелькнула искра острой боли.
Девушка на снимке озаряла всё вокруг счастливой улыбкой. На ней была нежно-голубая рубашка в тонкую белую полоску, в руке она держала крошечного плюшевого медвежонка, а каштановые волосы с завитушками были собраны наверх, что придавало ее образу еще больше юношеского задора. Глаза сияли звездами, обнажая ряд безупречно белых зубов.
Искривленные в улыбке уголки губ почти ослепили его.
Никакой заносчивости, никакого наигранного холодка — чистая, неподдельная радость взрослого ребенка.
Одинокого взрослого ребенка.
— Ся... — с тонких губ сорвался слог, но голос застрял в горле, не издав ни звука. Его пальцы безостановочно гладили лицо девушки на фотографии, а звездные глаза отражали бездонную муку.
В голове словно ожили голоса, рождая цепочку воспоминаний.
— Е, мы всегда будем вместе, ладно?
— Хорошо, мы всегда будем вместе.
...
— Е, ты не смеешь меня бросать, слышишь? — в голосе сквозили властность и нервозность.
— Почему это? — в тот момент его глаза источали сплошную нежность, а он лишь легко щелкнул ее по носу.
— Потому что я люблю тебя и никогда не брошу, а ты тем более не должен меня бросать.
— Договорились. Я тоже люблю тебя! Ся...
— Ся, я люблю тебя!
— Хм! Как неубедительно. Ты никогда первым не говоришь «я люблю тебя», вечно нужно вытягивать это клещами.
После страстного поцелуя во французском стиле:
— Теперь убедилась? — прозвучал насмешливый голос.
— Противный, хулиган!
— Хулиган только для тебя!
...
— Дурочка! Кто тебя просил одной переходить дорогу?
— Я просто хотела тебя найти!
— Я же всего лишь отошел купить воды, зачем ты побежала за мной?
— Хотела побыть с тобой!
— Балда ты эдакая. Запомни: впредь, когда я рядом, даже если я отлучаюсь за покупками, ты стоишь на обочине и ждешь меня. Со мной вместе — никаких самостоятельных переходов дороги!
...
— Е, говорят, когда люди умирают, они пьют суп Мэн По. Давай мы не будем пить суп Мэн По, ладно? Тогда в следующей жизни мы снова будем вместе.
— Глупышка, зачем ты вообще заговорила о смерти, какая дурная примета.
— Пообещай мне, что после того, как мы умрем... М-м-м...
Остальные нежности были безжалостно пресечены властным поцелуем парня.
...
— Е, сегодня был такой прекрасный день. Надеюсь, каждый будущий День святого Валентина ты будешь рядом.
— Ну скажи, будешь? Будешь? Ну пожалуйста? — не дождавшись ответа, девушка засыпала его вопросами.
— Буду, дурочка! — нежный голос прозвучал прямо у ее уха.
Получив желанный ответ, девушка наконец расцвела счастливой улыбкой.
...
— Е, я так хочу остренького! Хочу рыбу в остром бульоне, хочу свиные ребрышки в кисло-сладком соусе.
— У тебя воспалились десны, тебе нельзя острое, — раздался его властный голос.
— Но я так хочу-у, — обиженно надула губки девушка.
— Вот пройдут десны, я сам тебе приготовлю, хорошо? — поцеловав ее надутые губы, с нежностью пообещал он.
— Хм-м~ Смотри у меня, слово за тобой. — Это прозвучало как капитуляция.
— Угу, — улыбнувшись, парень ласково погладил ее по голове.
...
— Е, эти парни такие противные! Прекрасно знают, что у нее есть парень, а всё равно суют любовные записки в мою парту, — с легким волнением в голосе произнесла девушка, косясь на его лицо.
— Да у них совсем крышу сорвало! Говори, кто именно? — прищурившись опасным взглядом, он властно потребовал ответа.
— Да много их! — заметив мрачное выражение на его лице и поняв, что он ревнует, девушка чмокнула его в губы и добавила: — Но я, Ло Ся, в этой жизни люблю только тебя.
...
— Е, за что ты ударил моего двоюродного брата? — недовольно глядя на парня, потребовала объяснений девушка.
— Он только что дотронулся до тебя.
— Да он просто приобнял меня за талию! Разве ты не видел, что я чуть не оступилась на ступеньках и чуть не упала? Если бы не поддержка двоюродного брата, я бы грохнулась на землю.
— Что значит «просто»? Куда он еще собирался тебя трогать? Ты — моя женщина, с какой стати какому-то другому мужику лапать тебя? Даже двоюродному брату нельзя! — в гневе выпалил парень.
— Е, ты слишком деспотичен, мне это не нравится.
— Ты... Отлично! Никто тебя и не заставляет любить это.
— Ты слишком властный, сделай так, чтобы я не возненавидела тебя.
...
— Е, я уезжаю во Францию вместе с мамой.
— Я буду учиться там дизайну одежды, ты же знаешь, я всегда обожала моду.
— Ты ведь поддержишь меня, правда?
— Давай пока так. Я обязательно вернусь за тобой.
Воспоминания хлынули сплошным потоком, вдребезги разбивая его незажившие раны. Ощущение было таким плотным, что даже воздух казался разреженным, а прошлое — необратимым.
Просмотр ее фотографий перед сном и мысли об их общем прошлом давно стали для него неизменной привычкой.
Вернув фото в кошелек, он поднялся на ноги, достал из шкафа пижаму и направился в ванную.
Тук!
С балконной стороны донесся глухой звук приземления чего-то тяжелого.
Бесстрастный И Юйе дернул за шторы панорамного окна.
Худенькая фигурка замелькала прямо перед ним.
И Юйе перевел взгляд на балкон.
— Можешь не пялиться, я перелезла сюда с соседнего балкона. Раз уж ты не открыл дверь, мне пришлось воспользоваться балконом, — всё так же победоносно заявила Линь Сиу, дерзко приподняв бровь.
Дикарка! — промелькнуло в голове у И Юйе, который бесстрастно взирал на ее самодовольный вид.
— Короче говоря, запомни: это мой дом, у меня здесь все права, а ты должен беспрекословно подчиняться, иначе собирай вещи и убирайся. Сейчас я буду спать в этой комнате, а твоя — по соседству, — невозмутимо проговорила Линь Сиу, после чего расплылась в лучезарной улыбке во весь рот.
— У тебя что, нет запасного ключа? Зачем лезть через балкон? — бесстрастно глядя на нее, поинтересовался он.
Наконец-то соизволил выдавить из себя чуть больше слов?
Что? Что она только что спросила?
В следующую секунду лицо Линь Сиу перекосило от досады, и она глуповато постучала себя по лбу:
— Точно! Я же балда! Зачем я полезла через балкон, если есть запасной ключ? Совсем мозги набекрень, когда это я успела отупеть? Наверняка ключ остался в гостиной на первом этаже, вот я и не сообразила.
В гостиной на первом этаже?
— Да плевать! Короче, собирай свои манатки, я сегодня буду спать здесь, — с этими словами она скинула обувь, нырнула под одеяло, выстави наружу лишь макушку, и снова расплылась в счастливой улыбке.
— А ну вставай! — холодно бросил И Юйе, возвышаясь над кроватью и глядя на Линь Сиу сверху вниз.
— Я хозяйка! И не подумаю! — бросила Линь Сиу и крепко зажмурилась.
Стоит не смотреть на него — и сразу не чувствуешь этот взгляд, похожий на лезвия ножей. Но от его морозной ауры под одеялом все равно пробегала легкая дрожь.
В следующую секунду тело стало легче — одеяло сдернули и откинули к краю кровати.
— Ты что творишь? — Линь Сиу вскочила, вскинув голову на по-прежнему беспристрастного И Юйе.
— Вон! — два ледяных словечка резанули слух Линь Сиу с силой зимней бури.
Она машинально потерла ухо рукой.
Диктатор! — брезгливо бросив на него косой взгляд, подумала Линь Сиу.
Ее глаза невольно скользнули к кошельку на компьютерном столе: судя по всему, он только что разглядывал там какой-то листок, после чего убрал его обратно.
При этой мысли Линь Сиу опустила голову, а уголки ее губ изогнулись в лукавой, зловещей улыбке.
— Встаю-встаю, чего кричать-то, — недовольно сморщив носик, пробормотала Линь Сиу и обулась. Подойдя к компьютерному столу, она протянула руку — но схватила вовсе не свой компьютер, а его кошелок.
Пока И Юйе не успел опомниться, она стремительно раскрыла портмоне.
Первое, что бросилось ей в глаза, — лицо красивой, полной жизненной энергии девушки.
— Какая красотка! — не удержавшись, выпалила Линь Сиу.
Наконец сообразив, в чем дело, И Юйе широким шагом бросился к ней, пытаясь выхватить кошелок.
— Верни.
Но Линь Сиу оказалась проворнее: ловко увернувшись, она выдернула фотографию из кошелька.
— Твоя девушка? Очень красивая, — искренне восхитилась она.
— Отдай! — И Юйе швырнул одежду, что была у него в руках, обратно на кровать.
Он был проворен, но она — еще проворнее.
Похоже, эта карточка имела для него огромную ценность.
— Не подходи! Сделаешь шаг — и я ее порву, — Линь Сиу зажала снимок между указательным и средним пальцами...
http://bllate.org/book/35168/4343644
Готово:
