Тогда Чэн Шаоцзэ сиял от гордости: чем сильнее его лучшая подруга таращила глаза и пускала слюнки, словно голодный волк, тем сильнее он чувствовал своё превосходство и невероятную крутизну.
Каким же самодовольным он тогда был, ровно настолько же сейчас чувствовал себя раздражённым и, с кипящей внутри яростью, рявкнул на подругу:
— Проваливай!
Юй Бинь ничего не ответил, некоторое время молча разглядывал его, а затем поднёс сигарету к губам:
— Когда вы поссорились?
— В пятницу.
Среди клубящегося дыма, в пелене белого тумана Юй Бинь нахмурился:
— Он три дня к тебе не прикасался? Вы что, спите в разных комнатах?
Пятничный ливень шёл до самого утра субботы, Вэй Линьдун и Бянь Е вернулись вместе и очень поздно. Чэн Шаоцзэ кипел от злости: он запер спальню на замок, улегся на кровать, с головой накрывшись большим одеялом, и навострил уши, но снаружи не доносилось ни звука, даже намека на то, что кто-то приближается к этой комнате.
Чэн Шаоцзэ мысленно выругался и натянул одеяло ещё плотнее.
Как бы сильно он ни злился, холодная война с огоньком длилась недолго. На следующий день Чэн Шаоцзэ сдулся и с самого раннего утра караулил у двери спальни мужа, цепляясь к нему при любой возможности и выискивая повод для заигрываний. Вэй Линьдун по-прежнему оставался прохладным и равнодушным, хотя несколько раз его тело всё же отреагировало.
— Он хочет… но, кажется, и не хочет одновременно.
От этого Чэн Шаоцзэ был совершенно в растерянности. С тех пор как они сошлись, его тётушка не давала им покоя, а после свадьбы и вовсе то и дело бегала к ним домой — частота её визитов была такой, что Чэн Шаоцзэ уже сбился со счёту. На этот раз Вэй Линьдун притёкшей с визитом тётушке прямо в лицо указал на дверь, и их застарелый семейный конфликт вспыхнул с новой силой… Смотреть на такую войну было тяжело, но мирятся милые — только тешатся, однако прежний способ разрешать разногласия при помощи близости почему-то больше не работал.
Черты лица Чэн Шаоцзэ скомкались в один комок, вид у него был крайне озадаченный.
Юй Бинь тяжело вздохнул, подтянул из угла дивана рюкзак и вытащил оттуда изящный маленький флакончик, напоминавший пробник духов.
— Всего две капли. Переборщишь — и упечёшь его в больницу.
Чэн Шаоцзэ сначала ошеломлённо смотрел на Юй Биня добрую минуту, и лишь потом его взгляд упал на пузырек. Он взял его в руки — тот весь был облеплен непонятными иностранными надписями.
— Возбудин? — Чэн Шаоцзэ потряс флакон. Юй Бинь вёл стримы на самых разных платформах и занимался продажами, а его главным товаром были товары для взрослых, привезённые со всего мира.
— Вроде того, — небрежно бросил тот.
— Дело не в том, что он не может, просто он… не хочет, — чувствуя себя неуверенно, Чэн Шаоцзэ говорил всё тише. — К тому же, кто вообще подсыпает лекарства собственному мужу…
Юй Бинь одарил его презрительным взглядом и уже собирался сказать, мол, как хочешь, но тут зазвонил телефон — это был вызов для Чэн Шаоцзэ.
Похоже, звонили из управляющей компании жилого комплекса: просили его немедленно вернуться домой, так как собирались открывать их дверь, чтобы занести какую-то мебель… По улованным обрывкам фраз Юй Бинь сделал выводы, начал собирать сумку и рассчитываться, но никак не ожидал, что эта мелкая стерва окажется куда проворнее него и сграбастает пузырек со снадобьем.
Юй Бинь, казалось, ничуть не удивился, лишь спросил:
— Вы всё ещё не закончили ремонт?
— Куда там, — с полуусмешкой ответил Чэн Шаоцзэ. — Мебель для одного сопляка ставим, то дверь меняем, то компьютерный стол устанавливаем.
Юй Бинь ничего не понял да и понимать не хотел, а потому ткнул пальцем в маленький флакон и потребовал, чтобы Чэн Шаоцзэ перевёл ему деньги в WeChat.
— Ах ты ж скряга! Взял бы да подарил мне его.
Произнеся это, Чэн Шаоцзэ уже набросил пальто и схватил ключи от машины.
— Три тысячи вообще-то! Ты думаешь, я тебе дешёвку отдал?! — крикнул Юй Бинь ему в спину.
В ответ тот с сияющим лицом послал ему воздушный поцелуй.
Глава 6
Обстановка на стройке была ужасной: клубы пыли стояли столбом, не рассеиваясь ни на минуту. Бянь Е даже пожалел надевать верхнюю одежду и вышел на работу в тонкой рабочей робе.
В тот вечер Вэй Линьдун купил ему целую кучу одежды: от зимнего тёплого пуховика до нательного белья и трусов, а хлопковых ботинок набралось больше одной пары. Когда они поднялись на эскалатор в торговом центре и остановились у прилавка с шапками и шарфами, Бянь Е торопливо потянул Вэй Линьдуна за рукав.
В локтевом сгибе ощутился вес, и Вэй Линьдун опустил взгляд на эту руку. Касание показалось слишком ощутимым, рука на мгновение дрогнула, будто собираясь отпрянуть, но в итоге хватка только усилилась, и Вэй Линьдун перевёл взгляд с руки на лицо Бянь Е.
— У меня же есть шарф.
Бянь Е опустил глаза и слегка отвернулся, избегая его взгляда.
Будь то шарф на шее или старые вещи этого человека на его теле, Бянь Е не рассчитывал, что их заберут обратно. Даже если их выстирать добела, Вэй Линьдун ими не побрезгует — верхняя одежда и брюки были не по размеру, а шарфы размеров не имели.
— Не собираешься возвращать? — Вэй Линьдун слегка приподнял одну бровь, и его палец зацепил собственный шарф на шее Бянь Е.
Хотя зацепили всего лишь шарф, Бянь Е почувствовал, как пошатнулся целиком, словно его всего потянули за собой. Он качнулся и с испугом принялся развязывать узел:
— Тогда я постираю его и верну вам, я хорошо его постираю…
— Не нужно. Оставляю тебе.
Вэй Линьдун повернулся, уголки его глаз чуть заметно приподнялись, и на лице промелькнуло нечто вроде живого выражения.
Бянь Е ошеломлённо замер на месте, после чего быстрым шагом последовал за ним.
Новую одежду было жалко тащить на стройку и портить, не говоря уже о том шарфе.
От него исходил совершенно особый, чистый и лёгкий аромат сосны, безумно приятный. Бянь Е герметично запечатал его в пластиковый пакет с застёжкой и спрятал в самый дальний угол шкафчика.
Сняв перчатки и заодно стряхнув с них налипшую грязь, Бянь Е заткнул их за поясницу и полез в карман за телефоном.
На стройке стоял оглушительный грохот машин, такой шумный, что включай беззвучный режим или нет — всё равно ничего не услышишь… Заметив несколько одинаковых пропущенных вызовов, Бянь Е быстро провёл по экрану и перезвонил.
Это был мастер, который пришёл устанавливать дверь, он звал его домой.
— Поглядите-ка на нашего Сяо Бяня, ха! В такой холодина лишь в одной рубашке, а телосложение-то какое крепкое! — зло усмехнулся прораб Ли Сянго, заметив вошедшего с улицы парня.
— У меня дома дела, мне нужно отлучиться.
Бянь Е не стал поддерживать его разговор, повесил защитную каску на стену навеса и запихнул туда же свои разорванные перчатки.
Прораб смерил его холодным взглядом и хмыкнул:
— Ладно. Штрафуй как положено, расписывайся — и вали.
Движения Бянь Е замерли, он повернул голову.
Его грязное лицо сейчас заволокло пепельно-серым налётом, но когда он сжимал губы в свои юные годы, вид у него был донельзя решительный.
http://bllate.org/book/35035/4323786
Готово:
