Он кто такой вообще! — взревел Жань Чжэн. — Мало того что избили меня до такого состояния, так он еще и пять миллионов у отца оттяпал! Ублюдок!
Сынок, умерь свой пыл, Жань Ли тебе брат, нельзя так разговаривать, — лицемерно отчитала его Бай Ли, непрестанно перемигиваясь с ним. Все-таки на глазах у Жань Канхая многое нельзя было говорить вслух.
Жань Ли определенно был сыном Жань Канхая и Ся Цинжун, и как ни крути, называть его ублюдком было нельзя. Иначе это оскорбило бы самого Жань Канхая, а злить этого мужчину им было ни к чему.
Сообразив, что сболтнул лишнего, Жань Чжэн неловко дернул уголками рта и с виноватым видом посмотрел на Жань Канхая: Пап, я не это имел в виду, просто я только что ужасно разозлился.
И правильно, что разозлился, этот сопляк ни слова не говоря содрал с меня пять миллионов, — Жань Канхай стряхнул с лица недавнюю робость, теперь оно было полно холода и ненависти.
Даже Жань Чжэн, которого тот всегда баловал, при виде этого выражения лица невольно испугался — он не понимал, говорит ли Жань Канхай правду или шутит.
Но и позволять Жань Ли вечно сидеть у них на шее он тоже не мог.
С той стороны царило яростное кипение страстей, зато здесь было необычайно радостно.
Жань Ли сидел на пассажирском сидении, глядя на Ли Чжаохе глазами, полными сердечек, и был готов рассыпаться в самых безумных похвалах.
Я и не думал, что удастся выбить деньги из Жань Канхая, он ведь больше десятка лет не давал мне ни гроша, да еще и норовил отобрать то, что оставила мама. К счастью, те поверенные и адвокаты сработали на славу... — Жань Ли говорил с все возрастающим воодушевлением. — Хочешь какой-нибудь подарок? Я подарю тебе подарок! В знак благодарности за твою помощь, ты ведь так из-за меня намучился.
Нам не нужно вести такой строгий счет всему между нами. Впрочем, если ты считаешь, что это необходимо, я во всем подчинюсь тебе, — в голосе Ли Чжаохе послышалась легкая обида, словно он жаловался на какую-то несправедливость.
Какой же я дурак.
Жань Ли мысленно отвесил себе затрещину: он вечно подсознательно пытался провести четкую границу между ними, совсем не заботясь о чувствах Ли Чжаохе.
Он тут же поспешил извиниться и объяснить: Я не это имел в виду! Просто всё это разрешилось не без твоей помощи, разве я не должен сделать тебе подарок? Самый настоящий подарок!
Ли Чжаохе смотрел перед собой, его руки на руле невольно сжались крепче. Он легко кашлянул и произнес: Трогательно, что ты обо мне думаешь.
Весь такой угловатый и колючий.
Жань Ли не удержался от улыбки и, в прекрасном настроении глядя в окно, подумал, что дорогой от семьи Жуань он ездил бесчисленное количество раз, но впервые осмелился поднять глаза.
Он поклялся себе, что больше никогда не ступит на этот путь.
Поспешно приехали, поспешно уехали — взглянув на часы, Жань Ли понял, что прошло всего-то два часа. И за эти два часа Ли Чжаохе успел устроить показательное избиение в одни ворота.
Он изначально не ждал, что сможет поживиться чем-то в семье Жуань. Читая роман, он и так знал характеры ее членов: каждый до мозга костей эгоистичен, жесток и беспощаден, а ради достижения цели они готовы приложить немало усилий.
Вот только интересно, получив сегодня такую пощечину, как они собираются отыгрываться?
Он тряхнул головой, отгоняя эти дурацкие мысли. В конце концов, деньги получены, а раз он тут же перевел их Ли Чжаохе, то как бы семья Жуань ни пыталась их вернуть, ничего не выйдет — они уже стали совместным имуществом супругов.
Тту Мэн собирается готовить, скажи ей, чего тебе хочется, а у меня еще дела, нужно вернуться в компанию, — Ли Чжаохе даже толком не вошел в дом и, глядя на то, как Жань Ли переступает порог, уже собирался уходить.
Мы даже пообедать не успели? — Жань Ли остановился и обернулся. — Нельзя разве подождать? Сейчас ведь самое время для обеда?
Ли Чжаохе усмехнулся: У меня назначено экстренное совещание, не обращай внимания на меня, просто поешь, я поехал.
Не давая Жань Ли шанса снова уговорить его остаться, Ли Чжаохе развернулся и ушел.
Жань Ли ошеломленно уставился на закрытую входную дверь: Кто собирается обращать на тебя внимание? Лучше бы у тебя во время совещания в животе урчало от голода и ты опозорился по полной!
Тту Мэн! Приготовьте обед на одну порцию больше, я возьму с собой! — Жань Ли развернулся и направился на кухню. Нельзя же в самом деле морить человека голодом.
С физическим состоянием Ли Чжаохе шутки плохи, он же невероятно хилый, стоило ему пропустить хотя бы один прием пищи, как у него наверняка падало давление.
Все-таки он человек совести, раз не забывает о других.
Услышав это, Тту Мэн почему-то занервничала. С затаенной тревогой глядя на Жань Ли, она попыталась его отговорить: Молодой господин Жань, хоть мне и не положено говорить такое, но господин искренне вас любит. Как бы то ни было, постарайтесь реже общаться с посторонними людьми, хорошо?
В смысле? — подозрительно прищурился Жань Ли.
Вы ведь собираетесь взять еду с собой? — уклончиво ответила Тту Мэн.
А~а! Я отнесу ее Ли Чжаохе! Он же ушел на работу, даже не пообедав. Всё равно где перекусить, так почему бы не поесть стряпни Тту Мэн? — Жань Ли показал ей большой палец. Готовила Тту Мэн просто божественно, иначе она бы и не работала здесь поварихой.
Жань Ли рассуждал очень просто: он уже успел разругаться с Фэн Янем так сильно, что, по его мнению, они стали чужими людьми, которые больше никогда не пересекутся, так что и продолжать общение не могло быть и речи.
Именно поэтому, когда Тту Мэн заговорила об этом, он даже не понял, что именно она имела в виду.
Услышав его слова, Тту Мэн мгновенно успокоилась и поспешно вернулась на кухню продолжать готовить.
Вскоре Жань Ли пообедал досыта, подхватил термос с едой и уехал на машине, которую вернул у Фэн Яня.В романе центр развития Семьи Ли всегда находился за рубежом. Лишь однажды, в раннем детстве, Ли Чжаохе привозили на родину. Позже, завершив учебу, он начал переносить деловой фокус в страну, и то, чего ему удалось добиться благодаря происхождению и собственным силам, уже делает его гением.
Поэтому, когда Жань Ли стоял у входа в высотку, его выражение лица оставалось совершенно спокойным. В этом месте каждый квадратный дюйм на вес золота, и стоит бросить кирпич — непременно угодишь в какого-нибудь богача.
— Прошу прощения, мне нужно увидеть вашего генерального директора Ли, — Жань Ли слегка постучал по стойке администратора и заодно озарил девушку мягкой, сияющей улыбкой.
— У вас есть запись на прием? Я сейчас проверю, — лицо хостес мгновенно порозовело, а когда ее взгляд скользнул по брендовой одежде посетителя, улыбка стала еще глубже.
— Жань Ли.
— Одну минуту, пожалуйста. — Сделав быстрый запрос, девушка виновато посмотрела на Жань Ли. — Прошу прощения, молодой господин Жань, в графике сверху ничего не указано. Вы случайно не перепутали время? Только что поступило сообщение, что у генерального директора Ли уже назначена встреча с другим человеком.
Для людей их круга время превыше всего, и они физически не могли назначить две встречи на одно и то же время.
Слова администратора звучали крайне вежливо — она пыталась сохранить лицо Жань Ли.
Наличие других встреч было совершенно нормальным делом, и Жань Ли не считал, будто от него что-то скрыли или поступили неправильно: у того человека не было обязанности докладывать ему обо всем, тем более что решение могли принять спонтанно.
И все же на душе было неприятно.
— О, прошу прощения, я действительно перепутал время. Если вы не против, я посижу вон там на диванчике, извините за беспокойство, — произнес Жань Ли, подхватил термос и направился к гостевой зоне отдыха в вестибюле, решив переждать именно здесь.
Изначально следовало связаться с ним напрямую, но если речь шла об очень важном деловом партнере, то даже со смартфоном в руках тот мог включить режим не беспокоить или беззвучный, так что лучше было просто спокойно подождать на месте.
Таков был изначальный замысел Жань Ли.
Однако вскоре он увидел, как из лифта выходят Ли Чжаохе и какой-то смутно знакомый мужчина. При виде этого человека у него внутри шевельнулось жуткое предчувствие, и для Жань Ли это не сулило ничего хорошего.
Память главного героя была превосходной — можно сказать, фотографической. Если лицо человека казалось ему знакомым, но вспомнить его он не мог, значит, они точно пересекались в прошлом, хотя и не общались близко, и наверняка при не самых приятных обстоятельствах.
Проходя мимо стойки, хостес тут же встала и поприветствовала Ли Чжаохе, а заодно бросила взгляд в сторону Жань Ли. Сообразив, что она собирается сделать, Жань Ли немедленно приложил указательный палец к губам, призывая ее молчать.
Администратор вовсе не желала доставлять неприятности начальству, поэтому послушно закрыла рот. Но когда она снова посмотрела туда, диванчик уже пустовал — от гостя остался лишь одинокий термос.
Жань Ли бросился в погоню наспех. Осознав, что оставил термос в вестибюле компании, он первой мыслью ощутил досаду — ему было жаль стараний Тту Мэн, ведь Ли Чжаохе вовсе не страдал слабоумием, чтобы не суметь найти еду, когда проголодается...
Следя за едущей впереди машиной, он в конце концов остановился у какого-то ресторана. Судя по всему, они собирались просто пообедать.
Жань Ли сидел в автомобиле и не выходил, лихорадочно размышляя о том, кто же этот мужчина. Во всем была виновата привычка главного героя целыми днями предаваться праздности и развлечениям — не занимаясь никакими серьезными делами, он, естественно, не знал коммерческих партнеров, с которыми мог вести дела Ли Чжаохе.
Но раз лицо казалось таким знакомым, значит, они точно где-то встречались. Где же именно?..
Внезапно Жань Ли поднял голову, и выражение его лица из озадаченного превратилось в насмешливое: он вспомнил, где видел этого человека.
Тот мужчина раньше вечно крутился возле Фэн Яня, только всегда держался в тени и выглядел неприметно, совсем не так, как остальные подпевалы Фэн Яня. К тому же тогда глаза главного героя были застилаты образом одного лишь Фэн Яня, и неудивительно, что, помимо главных льстецов, в памяти почти никто не отложился.
Вот только он никак не ожидал, что Ли Чжаохе встретится именно с этим человеком. А причина... он ни за что не поверил бы в какую-то чушь насчет делового сотрудничества.
Раз этот тип водился с Фэн Янем, то и происхождением наверняка обладал самым заурядным. Какое у него могло быть сотрудничество с Ли Чжаохе?
Очевидно же, что ему просто не доверяли.
Да и ладно. Если отбросить тот факт, что этот человек испытывает к нему симпетию и что между ними заключен юридически обязывающий брак, больше их ничего не связывало. Ему нужна была лишь спокойная жизнь, и пока это не мешало ему нормально существовать, пусть Ли Чжаохе встречается с кем угодно.
Он поехал за тем мужчиной только для того, чтобы выяснить, кто он такой. Теперь, когда все стало ясно, переживать больше не стоило.
Но стоило вспомнить, как тот солгал ему про важное совещание, а сам отправился на встречу с бывшей шестеркой Фэн Яня, как от чувства недоверия и предательства оказалось невозможно отделаться.
— Псих... — усмехнулся он. — Какое мне вообще дело.
Сейчас он ни в чем перед Ли Чжаохе не провинился, в последнее время вел себя примерно, и даже если тот решит припомнить его прошлое поведение безумного фаната, вряд ли станет настолько выходить из себя, чтобы утопить его в море в бетонном башмаке?
Жань Ли крутанул руль и резко развернул машину. Направление, в котором он уезжал, было диаметрально противоположным пути к особняку Ли Чжаохе.
Ли Чжаохе сегодня действительно был невероятно занят. Чтобы провести время с Жань Ли дома, он накопил немало работы, требующей его личного вмешательства, а помимо этого пришлось встречаться с человеком по предварительной договоренности и выслушивать не самые приятные вещи.
Именно поэтому, когда он наконец вернулся домой, было уже далеко за полночь.
http://bllate.org/book/35033/4323732
Готово:
