Отец Юнь в ярости схватил стоявший рядом стакан с водой и швырнул его в голову Юнь Гэ.
На лбу мгновенно выступили капли крови, и она ручейком потекла по лицу.
Стоявший поблизости управляющий испугался и поспешно приказал слуге:
— Живо, неси аптечку!
— Не смей ему помогать! — взревел отец Юнь, не выказав ни капли жалости. — Стой на коленях, пока я не разрешу встать!
Сидевшие рядом с отцом женщина и её сын молчали, лишь обменялись взглядами. Подобные сцены стали для них привычным делом, к тому же Юнь Гэ уже не раз бывал заперт отцом за непослушание.
— Я отправил тебя в компанию учиться управлению, а ты всё провалил! Весь мир знает, что у меня есть сын-бездарь! А потом ты во что бы то ни стало решил податься в шоу-бизнес. И что в итоге? Кроме скандальных заголовков, у тебя хоть что-то есть? Ни таланта, ни репутации, а если сравнить тебя с кем-то из Семьи Бай — разница просто колоссальная. Ты втоптал лицо Семьи Юнь в грязь, позволив каждому встречному безнаказанно оскорблять нас!
Юнь Гэ горько усмехнулся про себя. В те времена люди в компании открыто травили его, отказываясь сотрудничать, и каждый раз на выручку приходил младший брат, Юнь Цзин. Теперь, оглядываясь назад, он понимал, что его просто использовали.
Сам он превратился в посмешище, а Юнь Цзин стал гением. Ха, какая ирония.
— Ты опозорил Семью Юнь! — отец Юнь с ненавистью ударил себя по лицу. — Ты, как и твоя мать, приносишь одни неприятности. Почему ты не сдох так же рано, как она?!
Сердце Юнь Гэ пропустило удар. Он поднял взгляд и ледяным взором уставился на отца.
— Если бы ты сдох, хлопот было бы меньше, одни сплошные позоры от тебя!
Юнь Гэ медленно поднялся. В этот раз он не стал кричать в ответ, заливаясь слезами, чтобы потом позволить управляющему увести себя. Он никогда прежде не был настолько спокоен.
Юнь Цзин замер, глядя на Юнь Гэ, который словно стал совершенно другим человеком. Ли Шухэ украдкой взглянула на своего сына, и по её спине пробежал холодок.
— Что? Ты ещё и руки распускать собрался? — отец Юнь в гневе задрал голову, глядя на вставшего Юнь Гэ.
— Мне нужно заняться разводом, — сухо ответил Юнь Гэ и, развернувшись, вышел из дома.
Отец Юнь опешил, оставшись стоять на месте, но внезапно прокричал вслед уходящему:
— Семье Юнь этот ребенок не нужен! Сделай так, чтобы его не стало!
Юнь Гэ нахмурился, сжав кулаки до побеления костяшек. Этот ребенок был его, результаты анализов были у него на руках, а отец… он действительно готов так поступить?
Вот уж поистине беспощадный человек. Даже собственного внука не пожалел. Впрочем, если он не пощадил родного сына, то чего ждать от внука?
Отец Юнь провожал взглядом уходящего человека, и ярость лишь разгоралась в нём с новой силой. Он рявкнул на стоявшего рядом управляющего:
— Иди за ним! Не дай этому никчемному болвану всё испортить!
Управляющий поспешно ответил согласием и бросился следом.
Ли Шухэ подошла к отцу Юнь, погладила его по спине и мягко заговорила:
— Дорогой, не злись так. Юнь Гэ с детства такой, ты же знаешь. Он просто затаил на тебя обиду из-за смерти матери. Мальчишка, что с него взять, всё никак не отпустит старые обиды. В конце концов, вы же отец и сын.
— Хм! Ты видела его взгляд? Разве он смотрел на меня как на отца? Если бы он хоть немного уважал меня, притащил бы он в дом этого ублюдка?!
— Ладно, ладно. Юнь Цзин, чего замер? Подай отцу горячей воды! — Ли Шухэ поспешно перевела взгляд на сына.
Юнь Цзин тут же всё понял. Изобразив послушание, он налил отцу воды:
— Папа, выпей, успокойся. Старший брат не нарочно, береги здоровье. Остальное доверь мне, я всё сделаю, а ты будешь просто давать мне советы.
Отец Юнь почувствовал огромное облегчение. Юнь Цзин полностью унаследовал лучшие гены Семьи Юнь, он был невероятно смышленым и качественным альфой. Это приносило отцу истинную радость — в отличие от Юнь Гэ, который казался ему лишь пятном на собственной биографии: чем дольше на него смотришь, тем сильнее ощущаешь горечь провала.
— Молодой господин! — мужчина средних лет преградил путь Юнь Гэ, собиравшемуся уехать на машине.
Юнь Гэ мельком взглянул на него и небрежно вытер бумажной салфеткой кровь с половины лица.
— Что? Старик решил, что этого мало, и прислал управляющего Сюя, чтобы тот добавил еще пару пинков?
— Нет-нет, — управляющий Сюй поспешно затряс головой и с улыбкой добавил: — Директор приказал мне сопровождать вас на встречу с молодой госпожой.
— С госпожой Чжао, — поправил Юнь Гэ и швырнул окровавленную салфетку в мусорную корзину за окном автомобиля. — Свяжись с ней. Пусть озвучит свои требования.
Управляющий бросил взгляд на салфетку, идеально попавшую в урну, а затем на ледяное лицо мужчины в машине, который даже не удостоил его взглядом. Он невольно занервничал и стал ещё почтительнее:
— Вы согласитесь на любые её условия?
— Я лишь сказал — пусть озвучит. Я не говорил, что соглашусь на всё, — бросил Юнь Гэ и, нажав на газ, выехал с территории Семьи Юнь.
Управляющий Сюй на мгновение замер, не торопясь выполнять приказ.
Юнь Гэ направился к другой вилле, которая номинально считалась домом для него и Чжао Цзыюнь, хотя на самом деле никто из них там не жил — заезжали лишь проведать ребенка.
Его собственная холостяцкая квартира находилась в деловом районе города, в довольно укромном месте, где лучше всего было скрываться от папарацци.
Передав ребенка няне, Юнь Гэ спустился вниз. Как только он вышел из подъезда, его окружила толпа репортеров. Юнь Гэ охватило беспокойство: неужели ребенка сфотографировали? Он ведь даже не почувствовал слежки.
— Молодой господин Юнь, как вы прокомментируете сегодняшние утренние новости о том, что Чжао Цзыюнь была замечена в отеле Лунцин с посторонним мужчиной?
— Госпожа Чжао Цзыюнь состояла с вами в тайном браке два года. Как вы объясните это фанатам?
— Когда именно в ваших отношениях наступил разлад?
— Говорят, что это вы отказывались заводить с ней детей. Это правда?
...
Юнь Гэ не собирался отвечать, но один из репортеров вдруг спросил:
— В сети фанаты пишут, что ваш уровень совершенно не соответствует её статусу, так что измена была вполне ожидаема. Что вы на это скажете?
Юнь Гэ слегка нахмурился, а затем с усмешкой бросил:
— Они правы.
Журналисты замерли от неожиданности и зашумели наперебой:
— Молодой господин Юнь, вы настолько в себе не уверены? Вы сами себя не уважаете? Семья Юнь славится поколениями выдающихся альф, как вы можете говорить такие позорные вещи?
Юнь Гэ сжал кулаки. Больше всего на свете он ненавидел эту фразу — о поколениях выдающихся альф Семьи Юнь.
В этот момент из жилого комплекса вышел еще один человек. Он с презрением посмотрел на того, кого обступили репортеры, и, демонстративно сняв медицинскую маску, с пафосом направился к выходу.
http://bllate.org/book/35027/4323154
Готово:
