Успех этого сериала во многом объяснялся удачным подбором актёров: один — дерзкий, как горный снежный барс, второй — послушный, словно сахарная вата. Они идеально соответствовали названиям сериалов и обладали невероятной химией.
Съёмочная группа также опубликовала кадры со съёмок: когда Альфа и Омега репетировали сцену, металлический зажигалка в руке Альфы так быстро крутилась между пальцами, что превратилась в размытое пятно. Он прямолинейно пялился на сидевшую напротив Омегу, чья половина лица была скрыта за сценарием, и от этого пристального взгляда тот даже смутился.
В другой сцене сотрудники переносили новое оборудование и случайно задели Омегу. Альфа, зажав в зубах фруктовый лёд, спрыгнул сверху, схватил Омегу за загривок и велел рабочим быть аккуратнее. От резкого рывка Омега споткнулся и врезался Альфе прямо в грудь, а рука, которая должна была оттолкнуть обидчика, словно по воле злого рока вцепилась в чужой подол. Монитор запечатлел этот момент.
Теперь, когда сериал только вышел на экраны, фанатки-мастермайнды уже подловили их входящими и выходящими в одинаковых кольцах от Chrome Hearts. Фанаты смонтировали видео с подписью: «ЗАГС уже принесли?», и всего пять минут спустя Альфа ответил: «Уже в пути». Интернет-пользователи сокрушались: «Это поколение парочек отрабатывает фансервис настолько усердно, что даже я не могу отличить реальность от игры на камеру».
Несколько человек столпились у пульта режиссёра, наблюдая за потоком данных в реальном времени для программы «Звездный шеф за беседой». Текущий выпуск буквально пробил потолок зрительских рейтингов, установив новый рекорд.
Пока эта пара вовсю торговала популярностью, Пэй Цзицин стоял в стороне, слегка подергивая уголком рта. Кто-то сделал скриншот и превратил его в анимированный мем с подписью: «Неужели на этом свете есть кто-то еще более беспринципный в плане хайпа», что вызвало всеобщий хохот.
Началось совещание.
Над конференц-столом директор по производству нажал кнопку воспроизведения, и Пэй Цзицин услышал вступительную заставку, записанную им три года назад.
— Давайте распробуем величайшую сладость человеческого мира...
Все считали, что подобные мягкие ток-шоу вроде «Звездный шеф за беседой» давно устарели, и если так пойдет и дальше, программа превратится в бронзовый артефакт, пылящийся в интернет-музее. Инвестиции теперь привлекались в более хайповые шоу о разводах или семейных драмах, и никто больше не смотрел подобные интервью. К тому же зрители уже порядком подустали от сценического амплуа Пэй Цзицина.
Пэй Цзицин замер на полуслове, вертя в пальцах перьевую ручку, и уставился на заголовки новых концептов на экране: «Развод в процессе» и «Шоу-рум бывших». От каждого названия разило дешевой мыльной оперой.
Все участники совещания проголосовали за, так что в конечном итоге предстоял ребрендинг.
Пэй Цзицин молчал, закинув длинные ноги одна на другую и слегка постукивая кончиками пальцев по подлокотнику, издавая едва слышный звук. Свет в переговорной отбрасывал негустую тень на его надбровные дуги, а под черными ресницами прятался холодный отблеск никаких эмоций не выдававшего взгляда.
Как же всё изменилось со временем.
Они говорили, что нынче в моде образ борца с излишней сентиментальностью, а затем спросили Пэй Цзицина, планирует ли Исполнитель принять участие в каком-нибудь шоу.
Пэй Цзицин подумал, что эти люди и впрямь смельчаки, раз задают такие вопросы.
Однако быть Омегой Шэнь Хуэйсина — поистине огромный стресс. Для того же Пэй Цзицина, у которого за спиной нет влиятельной семьи, чей брак держится на честном слове, муж на самом деле вовсе не интересуется его карьерой.
Главный секретарь уже раз пять заводил разговор о том, что Пэй Цзицину нужно приостановить публичные выступления, и бесчисленное количество раз намекал, что пора бы передать аккаунт в ведение пиар-команды, словно мечтая вручить ему «Свод правил идеального Омеги» и заставить молиться на него день и ночь.
Хотя внешне Пэй Цзицин выглядел блистательно и обычно держался с таким беззаботным видом, будто работа для него — лишь баловство, на самом деле в большинстве случаев это была лишь маска. Он вовсе не хотел лишаться своей работы.
Ребрендинг так ребрендинг.
У него особо не было возражений.
У программы «Звездный шеф за беседой» было три инвестора, и самый давний из них — винодельня под названием «Марго». Инвестором являлся старик по фамилии Сюй, упрямый, как вековая дубовая бочка из-под вина, с которым у Пэй Цзицина, казалось, изначально не складывались отношения.
Когда они ужинали в первый раз, Пэй Цзицин подумал, что с человеком старой закалки нужно держать марку, поэтому пригласил его в старинный и почтенный ресторан под названием Хэсянцзюй.
Однако старик Сюй принялся тыкать кончиком палочек для еды в хрустящую корочку жареного гуся, заявляя, что птицу передержали на огне. Вообще-то, когда Пэй Цзицин впервые встретил этого старика Сюя, он относился к нему с большим уважением и даже подарил старинную чернильницу для оценки. Пэй Цзицин в этом не разбирался, но поговаривали, что вещица весьма ценная для коллекции.
Старик же, словно фокусник, извлек откуда-то увеличительное стекло:
— Узорчик еще ничего, но для квашения капусты эта посудина дырявая.
У Пэй Цзицина на виске запульсировала жилка — он считал, что этот старик слишком уж язвителен.
Старик Сюй вечно изъяснялся иносказательно и придирался к подарку Пэй Цзицина. Если поначалу Пэй Цзицин еще проявлял к нему вежливость, то вскоре стал считать каждую новую встречу пыткой.
И всё же, стоило Пэй Цзицину подумать, что вот теперь-то старик точно заберет свои деньги, чек неизменно приходил вовремя.
Пэй Цзицин одно время даже думал, что это человек Шэнь Хуэйсина, и много раз пытался прощупать почву, но практика показала, что он действительно выдавал желаемое за действительное — с Шэнь Хуэйсином это не имело ни малейшей связи.
Шэнь Хуэйсину и впрямь следовало соблюдать осторожность, и Пэй Цзицин это понимал: использование служебного положения в личных интересах противоречило незыблемым принципам Шэнь Хуэйсина.
После совещания староста Юй сообщил Пэй Цзицину, что у программы появился новый инвестор и вечером предстоит деловой ужин с ним.
— Новый инвестор? — переспросил Пэй Цзицин.
— Да, с серьезными связями, — ответил староста Юй. — Твоей программе предстоит ребрендинг, так что познакомиться необходимо.
Пэй Цзицин согласился.
Когда сумерки окрасили кабинет на верхнем этаже в багровые тона, Пэй Цзицин набрал прямой номер Шэнь Хуэйсина. Трубку, разумеется, взял главный секретарь.
Пэй Цзицин попросил главного секретаря передать мужу, что сегодня вечером он будет ужинать вне дома.
Главный секретарь ответил «хорошо», и в его тоне не было ни капли эмоций. Этот механический ответ напомнил Пэй Цзицину антикварные напольные часы в кабинете Шэнь Хуэйсина. Посчитав секретаря сухарём, Пэй Цзицин не удержался от желания подразнить его.
Он намеренно добавил в голос приторно-сладких ноток:
— Господин главный секретарь, пожалуйста, передайте моему мужу, что я очень по нему скучаю. И не забудьте воспроизвести мой тон слово в слово, хорошо?
Разумеется, на том конце на мгновение воцарилось молчание. До слуха до глухой стук упавшей перьевой ручки, и Пэй Цзицин со смешком сбросил вызов.
Местом для ужина был назначен элитный клуб.
Хрустальные люстры почти касались ковров.
— Этот спонсор лично настоял на финансировании твоего шоу, — произнес староста Юй, пока они ждали в вестибюле. — Знаешь, почему ночная программа смогла продержаться десять лет? Только потому, что одна крупная компания использовала ее как рекламную площадку, иначе она давно бы загнулась.
Долговечность программы зависела вовсе не от высокого качества или особой новизны идеи, а лишь от одной-единственной причины: находился кто-то, кто поддерживал её жизнь.
Пока Пэй Цзицин о чем-то беседовал со старостой Юем, тот обмолвился, что этот инвестор — птица не из простых. В свое время он сколотил состояние на сером бизнесе, а поговаривают, что он прибился к какому-то авторитету и тот воспитал его как приемного сына.
Пэй Цзицин приподнял бровь:
— Неужели этот благодетель собирается отмывать через мое шоу деньги?
Староста Юй отмахнулся: мол, у тебя мания преследования, масштабы инвестиций совсем не те.
Пэй Цзицин, идя вслед за старостой Юем в отдельный кабинет, тихонько заметил:
— Сам подумай, могу ли я не осторожничать? За моим мужем следят столько глаз.
Староста Юй не выдержал:
— Знаю, как сильно ты любишь своего мужа, довольно с тебя.
Внутри уже ждали несколько руководящих лиц. Пэй Цзицин со всеми поздоровался и занял свое место.
Вдруг дверь в кабинет отворилась. Первым вошел официант, а следом за ним — тот самый главный герой сегодняшнего вечера.
В момент его появления Пэй Цзицин как раз подносил к губам бокал с вином. Ледяной шар глухо стукнулся о стенку стекла. Он прищурился, мысленно прикидывая, что по возвращении домой сможет сказать Шэнь Хуэйсину, будто выпил пару глотков по сугубо служебной необходимости.
В этом и заключалось истинное призвание примерной жены: во всем полагаться на мужа, обо всем докладывать мужу, ведь муж — это небо, муж — это земля.
Освещение в комнате было не сказать чтобы яркое, но вполне достаточное, чтобы рассмотреть человека во всех деталях.
Увидев лицо вошедшего, Пэй Цзицин замер, точно пораженный молнией.
Вино в бокале плескалось крошечным водоворотом, а свет от люстры падал на переносицу вошедшего, окрашивая светлый шрам в янтарный оттенок — точь-в-точь как тот пластырь с запекшейся кровью из его воспоминаний.
Это оказался Вэй Цзи.
Это имя занимало львиную долю его юности, но человек перед ним разительно отличался от того подростка в рваных джинсах, который носил школьную форму, небрежно закинув на плечо.
Бывали времена, когда они выглядели куда более жалко, слизывая друг с друга раны.
Теперь же оба превратились в респектабельных с виду взрослых.
— Простите, на дороге была небольшая пробка... — непринужденный голос, словно омытый ледниковой водой, легко разрезал напоенную тусклым светом тишину. — Благодарю за ожидание.
Бокал из руки Пэй Цзицина со стуком рухнул на ковер. Посуда разбилась, староста Юй инстинктивно вскинул руку, перехватив брызги вина, но капли казались способными просочиться сквозь тонкую ткань одежды прямо до костей.
Староста Юй поспешно заговорил:
— Цзицин, неужели опьянел от пары глотков?
Официант тут же бросился убирать осколки, попутно протянув Пэй Цзицину свежее полотенце, чтобы тот мог вытереться. Староста Юй весело шепнул ему на ухо:
— Посмотри на эту защитную реакцию! Так разволновался, будто встретил кого-то столь же красивого, как твой муж.
Пэй Цзицин мысленно отправил язвительный язык старосты Юя на помойку.
Сидевшие рядом начальники поспешно представили Вэй Цзи: мол, господин Вэй, это господин Пэй, а это господин Вэй.
Серо-стальной костюм Вэй Цзи подчеркивал тонкую талию и узкие бедра, пара пуговиц на воротнике была расстегнута, обнажая змеящийся в районе ключицы бледно-красный шрам — шрам, происхождение которого оба они знали без лишних слов.
Когда Вэй Цзи протянул Пэй Цзицину руку, тот долго стоял неподвижно, уставившись на мерцающий блеск запонок на его манжетах.
Стоявший перед ним Вэй Цзи уже не был тем уличным хулиганом.
Тогда Пэй Цзицин протянул руку в ответ. Он выставил мизинец и чисто для вида слегка коснулся кончиков пальцев собеседника, но Вэй Цзи тут же крепко сжал ладонь, обхватив его руку так, будто Пэй Цзицин коснулся оголенного провода.
Вэй Цзи выглядел безупречно в своем костюме, волосы были зачесаны назад. Большим пальцем Вэй Цзи как бы невзначай провел по его запястью, а в персиковых глазах заиграла янтарная улыбка, когда он произнес:
— Господин Пэй, рад знакомству.
Господин Пэй.
Пчелиные пряди челки Пэй Цзицина падали на лоб, отбрасывая на ресницы паутину теней. Он отдернул руку, уголки его губ дрогнули в едва заметной усмешке:
— Господин Вэй, взаимно.
Затем они заняли свои места, и Вэй Цзи принялся непринужденно беседовать с людьми из окружения Пэй Цзицина.
Господин Вэй?
Пэй Цзицин сидел на своем месте, храня глубокое молчание и погрузившись в какие-то мысли.
Вэй Цзи крутил между пальцами бокал с красным вином, обсуждая с директором по производству вопросы последних горячих тенденций в структуре холдинга Ин.
Другой руководитель телеканала уже в пятый раз перевел разговор на ведущего, которого он упорно продвигал — тот приходился ему родственником, — и снова завел речь о том, что обязательно познакомит с ним господина Вэя, расписывая таланты молодого человека: мол, если говорить о подающих надежды талантах, то помимо нашего ведущего Пэя, этот юноша изучал искусство за границей...
http://bllate.org/book/34998/4318968
Готово:
