В десяти ли от Небесной Лестницы Духовного Древа раскинулся небольшой городок — излюбленное место остановки для культиваторов, направляющихся в Секретное Обитание Трех Ядов.
И Цюнтин вел за собой целую ватагу младших соучеников. Все они выглядели озабоченными и погруженными в собственные мысли, так что всю дорогу никто не произнес ни слова.
Вдалеке возвышалась высокая белая каменная пагода, которая ровно в полдень медленно испустила ослепительный луч света, пронзивший небеса.
И Цюнтин поднял голову, инстинктивно пытаясь достать водяные часы, чтобы проверить время, но, шатнув рукой по поясу, внезапно вспомнил, что уже отдал их другому.
— Который сейчас час?
— Едва перевалило за полдень. Наша Пагода Линлун назначена на три часа дня, времени еще предостаточно.
И Цюнтин кивнул.
Шедший ближе всех соученик заметил, что старший брат выглядит совершенно отрешенным, и обеспокоенно спросил:
— Старший брат, когда мы все отключились, что в конце концов сотворил с тобой этот Владыка Меча Сян? Отчего ты капризен и сам не свой, будто душа из тела вон вышла?
И Цюнтин с раздражением бросил:
— Разве то, что вы сделали, можно назвать просто отключились? Даже от страха можно потерять сознание так громко и сладко.
Юноши тут же с неловким видом дружно заходились кашлем.
Поразмыслив немного, И Цюнтин добавил:
— Владыка Меча Сян совсем не так свиреп, как ходят слухи. Впредь не верьте пустым сплетням и не делайте поспешных выводов.
Стоило ему это произнести, как все вокруг уставились на него с изумлением.
И Цюнтин пригрозил им взглядом:
— Чего уставились? Уже и словам старшего брата не верите?
Младшие соученики: «……»
Выходит, их старший брат и впрямь позволил Сян Чжунцзину охмурить себя — до такой степени, что теперь открыто защищает этого злодея.
Заметив такую реакцию, И Цюнтин сразу понял, что ему никто не верит. Навязывать остальным собственное мнение он не собирался, поэтому больше ничего не сказал.
Что есть добро, а что зло — ему достаточно и самому это понимать.
В этот момент из травы внезапно выскочил гигантский питон. Громко шипя и высовывая раздвоенный язык, змея мгновенно уплыла прочь; судя по ее поведению, она кого-то лихорадочно разыскивала.
Все уже привыкли к подобным зрелищам и просто уступили ей дорогу.
Когда змея скрылась, один из соучеников поплелся вслед за И Цюнтином и тихонько пробормотал:
— Старший брат, эти посланцы-змеи из клана демонов рыщут повсюду со вчерашнего вечера. К тому же Цзинь Чулин созвал к себе всех заклинателей-демонов, находящихся в Секретном Царстве. Неужели это как-то связано с Владыкой Меча Сян?
И Цюнтин нахмурился:
— Но ведь у Владыки Меча Сян нет Призрачного Огня Сичжао, он не может покинуть Секретное Царство. Зачем им искать кого-то внизу?
— Наверняка хочет отобрать чужой!
— Исключено! — тут же возразил И Цюнтин. — Он не такой человек.
Сян Чжунцзин даже вернул уже полученный Призрачный Огонь Сичжао обратно, он абсолютно не способен отобрать чужое пламя.
Увидев, что он снова принялся защищать Сян Чжунцзина, соученики дружно покачали головами и тяжело вздохнули.
И Цюнтин уже собирался было продолжить спор, как до его слуха донесся глухой стук деревянной трости о землю.
Все повернулись на звук и увидели неподалеку фигуру в черном мантийном одеянии. Неизвестно откуда взявшийся мужчина медленно прощупывал путь длинной деревянной палкой. Его глаза были завязаны оторванным невесть где лоскутом черной ткани, а черные волосы растрепались и спрятались под воротником. Капюшон полностью скрывал лицо, позволяя разглядеть лишь безупречно гладкий подбородок.
И Цюнтин бросил на него мимолетный взгляд — профиль незнакомца показался ему смутно знакомым.
Человек в черном явно был слеп и двигался донельзя медленно, так что юноши быстро догнали его.
Заметив черную повязку на глазах странника, И Цюнтин задумался. Когда они почти поравнялись, из-под рваных черных одежд на мгновение показался изысканный кончик артефакта.
И Цюнтин замер.
Это же… его водяные часы.
Юноша на секунду застыл на месте, а затем потрясенно уставился на слепого мужчину.
Сян Чжунцзин?!
Ошеломленный И Цюнтин выдохнул:
— Вы…
Сян Чжунцзин, продолжавший неторопливо простукивать дорогу, услышал знакомый голос и слегка повернул голову. Прядка волос у него на лбу забавно завилась и упала на щеку.
Соученики тоже обернулись:
— Старший брат, вы знакомы?
Нынешний жалкий вид Сян Чжунцзина уже привлек всеобщее внимание, а теперь, услышав, что они, похоже, знакомы, окружающие посмотрели на них крайне странно.
И Цюнтин отделался отговоркой, опасаясь, что если те услышат имя Сян Чжунцзина, то снова дружно грохнутся в обморок от страха. Называть его он не стал.
— Старший преемник, почему вы здесь? — тихо спросил И Цюнтин у Сян Чжунцзина. — И ваши глаза…
Сян Чжунцзин протянул протяжное «а», после чего бросил небрежно:
— Ничего страшного, ослеп от солнечного света.
И Цюнтин: «……»
Юноши: «……»
Сян Чжунцзин провел в заточении, не видя белого света, более шестидесяти лет, и теперь любое зрелище казалось ему диковинным. Больше всего его пьянило полуденное солнце, на которое он был готов пялиться без перерыва.
Поначалу Гу Цунсюй пытался его отговаривать, и тот честно кивал в знак согласия, но стоило пройти мгновению, как его взгляд вновь непроизвольно устремлялся на солнце.
Он слишком долго пробыл в Секретном Царстве и совершенно не выносил столь яркого сияния, из-за чего вскоре ослеп настолько, что перестал разбирать дорогу.
И Цюнтин снова спросил:
— Куда вы направляетесь?
Зная, что юноша не замышляет дурного, Сян Чжунцзин честно ответил:
— В Бескрайний Путь.
— Вы тоже собираетесь в Бескрайний Путь через Пагоду Линлун?
Сян Чжунцзин: «……»
Сян Чжунцзин мысленно обратился в Море Души к Гу Цунсюю:
— Что такое Пагода Линлун?
Он всего лишь планировал найти какое-нибудь людное место, чтобы узнать, не удастся ли нанять повозку и не спеша добраться до Бескрайнего Пути.
Путь на мечах от Небесной Лестницы Духовного Древа до Бескрайнего Пути занял бы примерно полдня, но Сян Чжунцзин сейчас был никчемным калекой, ничем не отличавшимся от простого смертного. Ему оставалось путешествовать самым медленным способом, и сколько дней на это уйдет, он понятия не имел.
Гу Цунсюй холодно ответил:
— Я не покидал Секретное Царство уже тысячу лет, ты меня об этом спрашиваешь?
Сян Чжунцзин ничуть не растерялся и с самым серьезным видом произнес:
— Верно, я как раз собираюсь в Пагоду Линлун, нам по пути?
И Цюнтин тут же затараторил:
— По пути, по пути! Наша Пагода Линлун назначена на три часа дня, и через полчаса мы уже будем в Бескрайнем Пути. Если старший преемник не возражает, можете пойти с нами.
Говоря это, он украдкой глянул на половину лица Сян Чжунцзина и, слегка покраснев, опустил голову.
Сян Чжунцзин призадумался:
— Дорога-то общая, вот только с часом для моей Пагоды Линлун у нас, кажется, не совпадает…
И Цюнтин уже забыл о смущении:
— Среди нас изначально был один заклинатель-демон, но только что он получил приказ от повелителя демонов отправиться на поиски, так что у нас как раз остался лишний нефритовый жетон.
Сян Чжунцзин оставалось лишь с «видимым неудовольствием» согласиться:
— Ну хорошо тогда.
И Цюнтин тут же глуповато улыбнулся.
Остальные, видя, что хоть этот мужчина и выглядит оборванцем, но такой избалованный с детства юноша, как И Цюнтин, то и дело почтительно величает его старшим преемником, решили, что тот пользуется глубоким уважением, и тоже выразили почтение, чинно поклонившись по младшему чину.
Гу Цунсюй: «……»
Гу Цунсюй с неверием уставился на Сян Чжунцзина, который всего за пару фраз умудрился втереться в доверие к этой компании, и даже усомнился: не проспал ли он только что часть времени и не упустил ли что-то важное?
Какое еще «не совпадает с часом для Пагоды Линлун»? Ты же понятия не имел, что это вообще такое!
Лишь в этот момент Гу Цунсюй осознал, что толщина кожи Сян Чжунцзина превосходит любые его представления.
Опираясь на свою бесстыдную натуру и поток околесицы, смысла которой не понимал даже он сам, Сян Чжунцзин успешно последовал за шайкой юношей в городок.
До назначенного на три часа дня прохода через Пагоду Линлун оставалось еще немного времени, и И Цюнтин отвел Сян Чжунцзина в небольшую беседку неподалеку от башни, чтобы переждать.
Зрение Сян Чжунцзина немного восстановилось, и сквозь защитную черную ткань он смутно разглядел сложенную из белого нефрита высокую башню. По ее карнизам были развешены яркие, изящные фонарики.
Остальные юноши куда-то ушли, и И Цюнтин, убедившись, что вокруг никого нет, подсел поближе к Сян Чжунцзину и шепотом произнес:
— Повелитель Мечей, и Досточтимый глава Су, и Цзинь Чулин повсюду ищут вас.
Сян Чжунцзин с явным сожалением отвел взгляд от фонариков и равнодушно бросил:
— О, наверняка хотят замести следы.
Он обнимал свою деревянную палку и говорил с таким безразличием, словно речь шла о ком-то другом, а лицо его выражало полнейшую скуку.
И Цюнтин осторожно осведомился:
— Тогда зачем вы все равно идете в Бескрайний Путь?
Сян Чжунцзин удивился:
— А что не так с Бескрайним Путем?
— Я же говорил вам об этом вчера вечером, — у И Цюнтина было крайне сложное выражение лица. — Через семь дней в Бескрайнем Пути состоится Великая Церемония Укрощения Зверей, туда явятся и Досточтимый глава Су, и Цзинь Чулин.
Сян Чжунцзин: «……»
Враги встречаются на узкой тропе.
Гу Цунсюй нахмурился:
— Ты знаешь других мастеров медицины?
— Больше нет, — ответил Сян Чжунцзин. — К тому же моя рука повреждена мечной ци Су Цаньшэна, исцелить это способна лишь Мань Цюся во всей Девяти Областей.
Гу Цунсюй умолк.
Сян Чжунцзин рассеянно потеребил серьгу в ухе и вдруг почему-то спросил И Цюнтина:
— Ты тоже собираешься участвовать в Великой Церемонии Укрощения Зверей?
Голос Сян Чжунцзина звучал мягко, словно струящаяся вода. Похоже, он утомился, и это ленивое бормотание заставило уши И Цюнтина покраснеть, едва не помешав расслышать вопрос.
— У-участвую, — тихо ответил И Цюнтин. — У меня нет таланта к укрощению зверей, уровень моей культивации настолько мал, что я не могу подчинить и подписать договор даже с духовным зверем уровня Сюань, а отец вечно бранит меня за бездарность.
Сян Чжунцзин приподнял бровь:
— Тогда зачем тебе туда идти?
— Потому что секта ЦюйИ направила туда людей… — упомянув об этом, И Цюнтин недовольно и тихо забормотал: — Мой отец непременно хочет пойти наперекор секте ЦюйИ, он не желает признавать поражение и во что бы то ни стало требует моего участия. Но я до сих пор не сыскал подходящего духовного зверя, и тогда мне точно придется опозориться.
Закончив говорить, он вдруг сообразил, что Сян Чжунцзин ведь тоже раньше принадлежал к секте ЦюйИ, и тут же замолчал, испуганно глядя на него.
Сян Чжунцзин лениво протянул гласные:
— О-о-о…
Как только Гу Цунсюй услышал этот донельзя раздражающий тон, у него появилось недоброе предчувствие.
И действительно, следующими словами Сян Чжунцзина стали:
— Хочешь, я помогу тебе приручить духовного зверя, когда мы прибудем в Бескрайний Путь?
И Цюнтин остолбенел и потрясенно уставился на него.
Гу Цунсюй тоже был поражен до глубины души:
— Приручишь? У тебя же нет даже духовной энергии, чем ты собрался его приручать?
Сян Чжунцзин глубокомысленно изрек:
— Духовной энергии у меня нет, зато у меня есть дракон.
Гу Цунсюй: «???»
Сян Чжунцзин искренне похвалил его:
— Сангэн, от твоего давления на колени падает даже Цзинь Чулин. Какая-то там тварь, думаю, покорится от одного твоего взгляда.
Гу Цунсюй: «……»
Гу Цунсюй мрачно процедил:
— Я — гордый Истинный Дракон, а ты смеешь заставлять меня прислуживать каким-то букашкам?!
— Раз отец этого юноши смеет идти против секты ЦюйИ, значит, его род обладает немалым весом. Если мы приручим для него духовного зверя, мы заручимся их защитой, да еще и насолим секте ЦюйИ — одним выстрелом двух зайцев.
Поразмыслив, Сян Чжунцзин поспешно добавил:
— И всё это ради исцеления твоей руки, Сангэн.
Гу Цунсюй: «……»
Это было изощреннейшим оскорблением для Злого Дракона!
Взбешенный Гу Цунсюй принялся судорожно подбирать ругательства, но на ум ему неизменно приходили всё те же безобидные слова вроде «гнусный», «подлый» и «букашка», от которых Сян Чжунцзину хотелось лишь зевнуть.
Сделав вид, что ничего не слышит, Сян Чжунцзин поинтересовался у И Цюнтина:
— Какова главная награда за первое место на этой Великой Церемонии Укрощения Зверей?
В памяти Сян Чжунцзина главным призом обычно служили секретные техники управления зверями или запечатывания духовных зверей.
Если бы удалось отыскать массив, способный извлечь этого дракона из его Зарождающейся Души, было бы и вовсе прекрасно.
И Цюнтин все еще смотрел на Сян Чжунцзина с абсолютным неверием, будто не до конца осознавая услышанное.
Но услышав вопрос, он ответил с растерянным видом:
— Драконья Кость.
Сян Чжунцзин замер.
Голос Гу Цунсюя, всё еще продолжавшего перебирать ругательства, мгновенно оборвался.
Драконья Кость?!
*Примечание автора:*
Сангэн, подними меня, я могу приручить еще десяток!
http://bllate.org/book/34958/4314156
Готово:
