— Да.
Ассистент отвелникнул, открыл ключом-картой одну из гостевых комнат в дальнем конце коридора и, дождавшись, пока Цзи Сюнь внесет Цзинь Цы внутрь, спустился на лифте, на ходу набирая номер.
Дверь закрылась, и Цзи Сюнь, держа Цзинь Цы на руках, прошел вглубь комнаты.
Цзинь Цы беспокойно заерзал, замахал руками и ногами.
Цзи Сюню пришлось перехватить его поудобнее, прижав к себе, и тут же в его шею уткнулось горячее, покрытое испариной лицо Цзинь Цы.
Когда он наконец уложил Цзинь Цы на постель, на лбу Цзинь Сюня уже выступила испарина.
Его собственный солярис тоже был не в лучшем состоянии: бокал шампанского, выпитый им вечером, явно был с подвохом.
Скинув пиджак и сорвав галстук, Цзи Сюнь прошел в ванную, плеснул в лицо холодной воды, а затем смочил ею полотенце и вернулся, чтобы обтереть лицо Цзинь Цы.
Почувствовав приближение Цзинь Сюня, Цзинь Цы перехватил его за запястье и потянул на себя.
Цзинь Сюнь сжал руку в кулак, на миг кадык его дернулся.
— Цзинь Цы, потерпи немного, врач уже в пути.
Однако эти слова словно задели раскаленную, болезненную струну в душе Цзинь Цы, вернув ему крохи ясности.
Юноша приоткрыл затуманенные влажные глаза, в которых плескалась невыносимая мука, и из них беззвучно покатились слезы.
Цзинь Сюнь замер и стер эту слезу.
— Цзинь Цы?
— Потерпеть? — глаза Цзинь Цы покраснели, он судорожно вцепился в руку Цзинь Сюня. — Разве ты не видишь, как мне плохо? Почему ты вечно заставляешь меня терпеть?
Его слова казались одновременно обращенными к настоящему моменту и к чему-то далёкому, звучали упреком то ли Цзинь Сюню, то ли кому-то другому.
Взгляд Цзинь Сюня потемнел, но свободной рукой он с неожиданной нежностью провел по виску Цзинь Цы.
— Давай тогда искупаемся в прохладной воде, м?
Цзинь Сюнь отложил полотенце, собираясь отвести Цзинь Цы в ванную.
Но в этот момент Цзинь Цы неожиданно прикоснулся к нему.
Взгляд Цзинь Сюня помрачнел. Он прижал эту руку к краю кровати и, опустя взгляд, пристально посмотрел на озорника:
— Цзинь Цы, веди себя послушно.
В комнате горел настенный светильник. В полумраке Цзинь Цы посмотрел на него, вдруг тихонько усмехнулся и свободной рукой неожиданно вцепился в воротник рубашки Цзинь Сюня, резко дернув вниз.
Цзинь Цы вскинул голову и впился губами в губы Цзинь Сюня.
Спина Цзинь Сюня мгновенно напряглась. Он крепко сжал плечи Цзинь Цы, пытаясь оттолкнуть его.
Цзинь Цы углубил поцелуй.
На шее Цзинь Сюня вздулись вены. Спустя несколько секунд его трещащая по швам выдержка окончательно рухнула: вместо того чтобы оттолкнуть юношу, он рывком прижал его к себе, затягивая в объятия.
— Генеральный директор Цзи, доктор Се уже едет. Только генеральный директор Цзинь и госпожа Цзинь уже уехали, я раздобыл их контакты, нужно ли продолжать связываться с ними…
Прижав юношу к груди, Цзинь Сюнь посмотрел на дверь покрасневшими от сдерживаемого напряжения глазами.
— В вон! — бросил он.
Ассистент в панике попятился назад, прикрыл дверь и, вспомнив то, что успел мельком увидеть, схватился за бешено колотящееся сердце.
Он бросил взгляд на телефон с номерами семьи Цзинь и предпочел погасить экран.
Зарезь брезжить рассвет.
Плотные шторы в комнате были плотно задернуты, у изголовья горел слабый ночник.
Цзинь Цы очнулся от тяжелого недомогания.
Сонный и еще не до конца пришедший в себя, он увидел перед собой обнаженную мужскую грудь, но в первые секунды даже не сообразил, что это такое.
Он зажмурился, сделал вдох и открыл глаза снова — увиденное вовсе не было обманом зрения.
Рядом с ним лежал человек.
Мужчина.
Цзинь Цы мгновенно вынырнул из сна и попытался вскочить, но от резкого движения тут же рухнул обратно.
Тело ныло так, будто по нему катком прошлись.
Цзинь Цы поморщился, и память начала возвращаться к нему обрывками.
Он вспомнил: вчерашний вечер, попытку какого-то подонка увести его, появление спасителя, а затем… В голове вспыхнули яркие картинки всего, что происходило на этой кровати.
Сердце Цзинь Цы забилось быстрее, и он перевел взгляд на мужчину.
Мужчина ровно и глубоко дышал, погруженный в глубокий сон. Его узкие глаза были закрыты, а темные пряди мягко падали на лоб.
Спокойное выражение лица сглаживало резкость его черт.
Он обнимал его за талию, и сам Цзинь Цы практически целиком тонул в его объятиях.
Цзинь Цы потер переносицу, осторожно высвободился из чужих рук и тихонько поднялся с постели.
Стоило босым стопам коснуться пола, как ноги подогнулись, и он едва не рухнул на колени.
По полу были разбросаны вещи. Цзинь Цы отыскал среди них свою одежду и торопливо оделся.
Пока он одевался, он бросил еще один взгляд на спящего мужчину.
Это лицо было ему отлично знакомо. Цзинь Сюнь, двадцать шесть лет, глава корпорации Цзи.
Цзинь Цы доводилось слышаться о нем кое-какие слухи: говорили, что тот принял бразды правления корпорацией Цзи едва ли не совершеннолетним и, едва заняв пост, железной рукой выставил за дверь большую часть верхушки, после чего моментально усмирил все волнения внутри компании.
За минувшие годы под его началом корпорация Цзи росла стремительно и неуклонно, набрав поистине ужасающие темпы.
Хотя отзывы о Цзинь Сюне в деловых кругах ходили самые сдержанные — многие считали его методы чересчур безжалостными, а нрав — холодным и жестким, лишенным всякой человечности, — тем не менее, каждый мечтал о сотрудничестве с ним и надеялся получить от него хотя бы совет. Куда бы ни направлялся Цзинь Сюнь, он неизменно оказывался в центре всеобщего внимания.
Цзинь Цы несколько раз видел его на прежних светских приемах и банкетах.
Однако сферы бизнеса корпорации Цзинь и корпорации Цзи никак не пересекались, совместных дел они не вели, так что их знакомство ограничивалось лишь тем, что Цзинь Цы знал его в лицо.
Он никак не ожидал, что при таких обстоятельствах прошлой ночью переспит именно с ним.
Прошлым вечером его рассудок был затуманен, и хотя он собирался дать отпор домогательствам того официанта, в итоге сам угодил в объятия Цзинь Сюня.
Цзинь Цы поджал губы.
Он помнил, что инициатором был он сам.
Времени приводить себя в порядок не оставалось. Натянув брюки и рубашку и подобрав с пола пиджак, Цзинь Цы выскользнул за дверь, стараясь не разбудить Цзинь Сюня.
На дальнем краю небосвода еще теплилась ночная синева, и июньское утро встретило его прохладным ветерком.
Инстинктивно шаря по карманам в поисках телефона, чтобы вызвать такси, Цзинь Цы, охваченный утренней прохладой, вдруг вспомнил, что гаджет остался у того официанта.
Ощупав карманы, он обнаружил, что деньги на месте — к счастью, у него всегда была привычка носить при себе немного наличных, иначе пришлось бы кого-то вызывать.
Но в его нынешнем виде показываться кому-то из знакомых было совершенно немыслимо.
Цзинь Цы отыскал небольшой отель неподалеку, снял номер и сразу направился в ванную.
На умывальнике висело зеркало.
Еще когда он одевался, Цзинь Цы догадывался, что на теле осталось немало следов, но теперь, увидев свое отражение целиком, он невольно содрогнулся.
http://bllate.org/book/34748/4289860
Готово:
