На следующий день Сюй Сяобай чувствовал себя так, будто его тело разломили пополам прямо посредине, да ещё и вертикально. Потирая ноющие поясницу и ноги, он только приподнялся на кровати, как его пронизало жгучей болью, протянувшейся от копчика до самых кончиков пальцев.
Сюй Сяобай тут же рухнул обратно на матрас, и ему потребовалось добрых десять минут, чтобы привыкнуть к этой внезапной боли. И лишь когда он снова широко открыл глаза и разглядел убранство комнаты, к нему резко вернулось осознание происходящего.
Особенно когда он шевельнулся: то, что продолжало сочиться из самого сокровенного места, не оставляло никаких сомнений в том, что произошло.
Неужели он и впрямь... прошлой ночью переспал с мальчиком по вызову?
В этот момент в его душе пронеслись табуны диких лошадей. Вчерашний вечер стёрся из памяти от алкоголя — как же так вышло, что они действительно переспали? Он же просто шутил с Чу Веем и вовсе не собирался переходить от слов к делу! Но раз уж всё случилось, что теперь делать? Может, стоило принять экстренную контрацепцию?
Сюй Сяобай, только-только перешагнувший порог совершеннолетия, напряг все свои скудные познания о биологии и отыскал в памяти это слово. Превозмогая раздирающую боль, он с трудом встал с кровати, толкнул дверь ванной и принялся тщательно отмываться изнутри и снаружи. Омывая причинное место, он одной ногой встал на край унитаза и, не смея тереть кожей, лишь поливал себя водой из душа снова и снова. Сквозь сгорающий от стыда румянец завершив водные процедуры, он быстро вытерся насухо, высушил волосы, оделся и решил сходить в ближайшую аптеку за таблетками.
Однако стоило ему выйти из аптеки, как зазвонил телефон — это была сестра Сюй. Она являлась агентом в компании, с которой Сюй Сяобай сотрудничал на полунезависимой основе. Подрабатывая фотомоделью ради учёбы и карманных расходов, он получал немало заказов благодаря чистой, юношеской внешности. Поскольку он всё ещё учился, полноценный контракт заключать не стали, ограничившись договором о сотрудничестве: доходы делились поровну со студией. И хотя в соглашении хватало кабальных условий, временных рамок оно не устанавливало, так что Сюй Сяобай закрывал на это глаза ради опыта и лишней копейки в кармане.
Отвечая на звонок, он хромая зашагал прочь. Не успел он и слова сказать, как сестра Сюй обрушила на него шквал упрёков:
— С самого утра звоню тебе раз десять, по каким притонам тебя носит? Вчера же был твой день рождения, неужели он всё ещё не кончился? Ещё три дня назад велела тебе ехать к производителю на съёмки каталога! Ты что, возомнил, что раз у тебя смазливая мордашка, можно плевать на заказчиков? Таких сопливых моделек, как ты, пруд пруди, неужели не боишься, что в любой момент тебя просто заменят?
Подумать только, теперь весь мир знает о моей смазливой мордашке.
После ночной пьянки и бурного секса мозг Сюй Сяобая всё ещё пребывал в отключке. Только услышав голос агента, он с ужасом вспомнил: три дня назад сестра Сюй водила его на кастинг для съёмок в рекламе известного масс-маркет бренда. Тогда он думал, что идёт просто в качестве фона, но к своему удивлению прошёл отбор, да ещё и утвердил съёмку на сегодня. Такое манны небесной Сюй Сяобай не видел отроду. Вчера он вовсю хвастался перед Чэнь Чэном, а тот лишь насмехался над ним: Радоваться из-за какой-то жалкой возможности посветить лицом, ну и убого же ты выглядишь.
Тогда Сюй Сяобай был так ослеплён радостью, что принял слова Чэнь Чэна за дружескую подначку. А теперь, вспоминая об этом, он понимал, что друг говорил чистую правду. Раз уж он теперь за спиной крутит с племянником самого главы Медиа Цилин, наверняка в будущем у него будет столько ресурсов, сколько душа пожелает?
Но сейчас думать об этом было некогда, и Сюй Сяобай, поймав такси, поспешил по адресу, продиктованному сестрой Сюй. По дороге он перезвонил Чу Вею, но тот тоже знатно напился и продолжал мёртвым сном спать в своей постели. Сообщив, куда направляется, Сюй Сяобай бросил трубку, позволив другу отдыхать дальше. У него было желание расспросить, кто же всё-таки вызвал того парня на прошлую ночь, но, прикинув, что вряд ли голова Чу Вея сейчас соображает лучше, он оставил эту затею.
Была ли это первая ночь или нет — Сюй Сяобаю было всё равно. На дворе стоял 9102 год, и каждый знал истинный смысл жизни: лови момент.
Но чьей бы ни была эта первая ночь, имя-то у человека должно иметься? И всю дорогу он размышлял об этом.
Добравшись до предоставленной брендом съёмочной площадки, Сюй Сяобай, несмотря на дискомфорт и неприятную липкость внизу живота, подошёл поздороваться с сестрой Сюй. Не говоря ни слова, она затолкнула его в гримёрку и переодела в клетчатый костюм в стиле городского шика. Фотограф, световик и визажист были уже на месте: едва усадив его перед софтбоксом, они принялись непрерывно щёлкать затворами. Если бы не природная фотогеничность Сюй Сяобая, он бы искренне боялся, что на снимках выйдет похожим на призрака.
Если бы заказчики узнали, что эта серия фотографий появилась на свет в результате тяжелого похмелья и секса с мальчиком по вызову, они наверняка тут же захотели бы разорвать контракт.
К счастью, после серии отснятых кадров заказчики не высказали никаких претензий. Для подобных массовых брендов модели менялись как вода в ручье, и заказчики не слишком придирались. Зато платили исправно: съёмки были рассчитаны на три дня, и за эти три дня выходило двадцать тысяч юаней, из которых на руки он получал чуть больше десяти тысяч.
Вот только нагрузка оказалась колоссальной — все эти три дня он практически жил в фотостудии. И лишь закончив работу, он с ужасом осознал, что так и не выпил экстренную контрацепцию.
Возвращаясь в машине сестры Сюй в центр города, он в сердцах хлопнул себя ладонью по лбу. Сера Сюй окинула его озадаченным взглядом и спросила:
— Ты чего это? Тебе помощь нужна?
Сера Сюй была женщиной прекрасной, вот только язык её так и сыпал лезвиями. Тем не менее, за внешней колючестью скрывалось доброе сердце, и к Сюй Сяобаю она относилась великолепно, выбивая для него лучшие условия. В студии числилось с десяток молоденьких моделей, но у Сюй Сяобая было больше всего заказов и самые выгодные условия. Всё потому, что в сестре Сюй проснулся материнский инстинкт: узнав, что он рано остался без матери и отец растил его в одиночку, она искренне захотела о нём позаботиться.
Сюй Сяобай прокашлялся и на ходу сочинил отговорку:
— Выходя из дома, забыл закрыть окно. Переживаю, не намочило ли бельё на балконе.
Сера Сюй усмехнулась:
— Ишь ты! Неужто у нашего Сяо Бая популярность в минус ушла? В общежитии некому даже вещи помочь снять?Сюй Сяобай почувствовал, как по лицу пробежала тень. Сестра Сюй, ну зачем же так сразу рушить мои оправдания? Он лихорадочно принялся соображать и нашел новый предлог:
— На выходных я ездил домой, это окна в нашей квартире. Вы же знаете, сестра Сюй, отец в последние дни пропадает на собеседованиях, вечно его дома нет. Не знаю даже, заметил ли он сам.
О том, что Сюй Цзюньлинь остался без работы, Сюй Хуэй была наслышана. Она сменила строгий тон на участливый и спросила:
— И как успехи с поиском работы у твоего отца?
Сюй Сяобай ответил:
— Разослал резюме в несколько мест, но пока тишина. Вы же понимаете, сейчас в финансовой сфере нелегко найти что-то подходящее. Даже если открываются вакансии, берут в основном молодняк сразу после университета. Отец — бухгалтер с десятилетним стажем, у него за плечами солидная квалификация и куча сертификатов. Какой мелкой компании захочется тратить огромные деньги на профессионального бухгалтера? А в крупных корпорациях текучка маленькая, шанс проскочить почти нулевой, остается только надеяться на удачу.
Сюй Сяобай был еще молод, но его отец, едва перешагнув порог тридцатилетия, находился в самом расцвете сил и не мог позволить себе прохлаждаться дома. Тем более что они только недавно купили небольшую трехкомнатную квартиру в районе Дунчэн. Переезд в новое жилье обернулся ипотекой — больше шести тысяч в месяц. Плюс обучение Сяо Бая, расходы на жизнь, повседневные траты семьи Сюй… Набегала сумма минимум в десять тысяч в месяц.
Такова жизнь в большом городе: если зарплата ниже двадцати тысяч, существовать крайне тяжело. Раньше годовой доход отца составлял триста пятьдесят тысяч, и для них с сыном это было вполне комфортно. В своем районе семья Сюй жила на широкую ногу. Под завистливые взгляды окружающих они съехали из старого квартала и приобрели квартиру площадью сто десять квадратных метров в престижном новострое.
Но как раз в тот момент, когда они праздновали новоселье, компания Сюй Цзюньлиня внезапно обанкротилась, будучи поглощенной сторонней фирмой. Сюй Цзюньлинь потерял работу, и отец с сыном в одночасье оказались в стесненных обстоятельствах. Хорошо еще, что они вели экономный образ жизни, и у них оставались кое-какие сбережения, которых должно было хватить, чтобы пережить трудный период.
Однако поиск работы затягивался, а шила в мешке не утаишь. Сюй Цзюньлинь два месяца не садился за руль, добирался везде на автобусах и метро. Каждый раз, когда он возвращался в старый район за вещами, люди провожали его косыми взглядами. Естественно, эти слухи дошли и до Чэнь Чэна.
Насколько активно тот раньше ухаживал за Сюй Сяобаем, настолько же быстро сбежал теперь. Отец безработный, а сам Сюй Сяобай не мог предложить никаких ресурсов. Чэнь Чэн с детства боялся нищеты и мечтал лишь об одном — обеспечить матери хорошую жизнь. Сюй Сяобай всё это понимал, просто от происходящего его воротило.
Он заставил себя перестать думать об этом, медленно прикрыл глаза, чувствуя, как на душе скребут кошки.
***
В это же время в уединенном и тихом ресторанчике Лу Чэньянь, нахмурившись, задумчиво разглядывал изысканные блюда, которые считались венцом кулинарии на речных судах. С той ночи он больше не связывался с тем парнем. Он оставил ему свою визитку: если бы тот захотел, то непременно позвонил бы. Но звонка не последовало. Значит, не судьба.
Впрочем, это закономерно. Не каждый хочет быть золотой рыбкой в чужой клетке. Да и такому человеку, как он, привыкшему к свободе, тоже неплохо.
Пока Лу Чэньянь витал в облаках, в комнату вошел Чэнь Чэн вместе с молодым человеком. По пути он распорядился, чтобы официанты откупорили и дали подышать принесенному им вину, а затем с улыбкой поприветствовал Лу Чэньяня:
— Ах, господин Лу, прошу прощения за долгое ожидание! Не ожидал, что вы лично пригласите меня на встречу. Похоже, паренек Сяо Яо вам приглянулся?
Лу Чэньянь промолчал. Он поднял взгляд на Чэнь Чэна и холодно произронил:
— Господин Чэнь, вы ведь вернулись в страну меньше пяти лет назад? Другому не научились, зато быстро впитали местные дурные привычки.
Чэнь Чэн лишь рассмеялся:
— В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Впрочем, раз господин Лу сегодня пришел на встречу, значит, я всё сделал правильно.
Затем он обратился к красивому молодому парню рядом:
— Ну же, чего застыл? Наполни бокал господина Лу! Совсем сообразительности нет! Не забывай, господин Лу — это новая финансовая сила нашего города, и в будущем половина всей экономики города будет принадлежать ему. А вторая половина — его заклятому врагу Вэй Цзэаню.
Чэнь Чэн громко рассмеялся.
Лу Чэньянь нахмурился, и Чэнь Чэн тут же умолк, взмахнув рукой:
— Ой, что-то я разболтался. Виноват, выпью три штрафные. Давай, Сяо Яо, тоже пей за компанию.
Услышав это имя, Лу Чэньянь мгновенно перевел взгляд на юношу. Перед ним стоял молодой человек с тонкими чертами лица, бледной кожей и яркими губами. Хотя он был того же типажа, что и тот Сяо Яо в ту ночь, по темпераменту и облику они были как небо и земля. Словно подлинник антиквариата и дешевая подделка.
Лу Чэньянь спросил:
— Это и есть Сяо Яо?
Услышав это, парень заметно занервничал. Он тут же вскочил, отвесил Лу Чэньяню глубокий поклон и, дрожа, пролепетал:
— Господин… господин Лу, в тот вечер… в тот вечер я не специально не пришел. У меня… у меня возникли неотложные дела. Вы человек великодушный, прошу… умоляю, не сердитесь на меня.
Выражение лица Лу Чэньяня стало холодным. Чэнь Чэн в изумлении воскликнул:
— В тот вечер ты не пришел?
http://bllate.org/book/34670/4279525
Готово:
