Не успел он присмотреться, как вдруг обнаружил, что этот человек довольно симпатичен.
Его волосы небрежно рассыпались по плечам, достигая лишь шеи, и эта легкая лохматость как нельзя лучше добавляла ему мягкости. А если взглянуть на лицо — кожа чистая, светлая, пожалуй, получше, чем у многих девушек. Глаза, подобные цветкам персика, смотрели прямо на него, губы под высоким прямым носом были слегка сжаты, выражая легкое недовольство…
Ван Цзе про себя подумал: Интересно, откуда в нашем захолустном местечке взялся такой красавчик-белолицый?
В тот момент Ван Цзе был настолько поглощен пристальным разглядыванием, что даже забыл ответить на слова собеседника. Лишь когда Цзян Юань развернулся, собираясь уйти, он протянул руку и крепко схватил его за предплечье.
Цзян Юань, застигнутый врасплох таким рывком, невольно качнулся назад. Обернувшись, он увидел, что этот человек вцепился ему в запястье и не отпускает. Цзян Юань озадаченно посмотрел на него: У вас еще остались какие-то дела?
— Ты что, так просто уйдешь? Я вообще-то твой спаситель, и ты даже спасибо не сказал?
Ван Цзе смотрел на эту «жирную овечку» и твердо решил, что так просто его не отпустит.
Цзян Юань подавил охватившее его раздражение и вежливо пояснил: Я уже только что сказал.
К тому же он считал, что повторять это нет никакой необходимости.
Ван Цзе и глазом не моргнул, продолжая нагло прикидываться дурачком: А я ничего такого не слышал.
Цзян Юань был в недоумении: неужели сейчас стало модным бегать за людьми и требовать благодарности? Или у этого человека какая-то странная прихоть — коллекционировать слова признательности?
Цзян Юань не спеша произнес: Только что ты отобрал у того парня мои деньги…
Не успел он договорить, как бросил взгляд на карман собеседника и с полуулыбкой добавил: Если память меня не подводит, сейчас эти деньги надежно покоятся в твоем кармане, верно?
Ван Цзе оставался невозмутимым. Даже под этим спокойным, словно легкий ветерок, взглядом он лишь размышлял, как бы половчее умыкнуть парня с собой.
В этот самый момент Цянь Сяохао, терпеливо ждавший снаружи, начал терять самообладание. Он видел, как те хулиганы, словно побитые собаки, в страхе сбежали из переулка, но его брат все еще стоял там и не спеша вел беседу, и никаких признаков того, что он собирается выходить, не было.
— Брат, с кем ты там болтаешь? Тут столько комаров, я сейчас заживо буду съеден! — не выдержал Цянь Сяохао.
Ван Цзе, не оборачиваясь и не сводя глаз с собеседника, бросил: Чего ты гонишь? Сейчас иду.
Цзян Юань снова взглянул на свое запястье, пытаясь высвободиться, но вместо этого хватка стала только крепче.
Цзян Юань дернул уголком губ. Он всегда не любил близкий контакт с людьми, а уж тем более с незнакомцами. Он приподнял руку, покачивая ею, и показал: Не мог бы ты отпустить?
Ван Цзе, услышав это, невольно перевел взгляд на его тонкое белое запястье и, будто только вспомнив о чем-то, медленно разжал пальцы.
Ван Цзе спрятал руку и, чувствуя неловкость, отвел взгляд: Идем со мной.
Сказав это, он, не дожидаясь реакции, зашагал к выходу из переулка.
Цзян Юань потер запястье — за это короткое время кожа уже успела покраснеть. Он тихо цыкнул, подумав про себя, что у этого парня хватка как у медведя.
Цзян Юань поправил рюкзак, поднял с земли оброненный кошелек, отряхнул его и убрал в карман.
Он медленно поднял голову и посмотрел на широкую, статную спину мужчины. Он прикинул: рост этого человека явно выше метра восьмидесяти пяти, сложен он мощно и крепко. А если глянуть на рельефные, полные силы мышцы на его руках, то сразу понятно, что этот человек не из добряков, и вряд ли его можно связать с понятием «отзывчивость».
И все же у Цзян Юаня не было выбора — в данных обстоятельствах лучшего варианта просто не существовало. Поборов внутренние сомнения, он стиснул зубы и, набравшись храбрости, последовал за мужчиной.
Ожидавший снаружи Цянь Сяохао, наконец увидев брата, поспешно шагнул навстречу: Брат, ну наконец-то ты вышел!
Затем он перевел взгляд на Цзян Юаня, с любопытством оглядывая его с ног до головы: Брат, это кто? А, понял, это та самая «жирная овечка» из других краев, которую перехватил Чэнь Саньэр...
Цзян Юань сохранял полное спокойствие; было очевидно, что под «жирной овечкой» подразумевали именно его.
— Ой, брат, ты чего дерешься?
Ван Цзе понял, что у Цянь Сяохао язык без костей, и не сдержался, отвесив ему подзатыльник: Какое твое дело, кто он такой?
Цянь Сяохао потирая голову, глупо улыбнулся: Да просто любопытно, вот и спросил.
Ван Цзе слегка похлопал его по плечу и успокоил: Ладно, время уже позднее, твой дом тут недалеко, иди пешком.
— Хорошо, брат, тогда и ты будь осторожен по пути. — Цянь Сяохао послушно кивнул, прошел несколько шагов, но все же не удержался, украдкой оглянулся на Цзян Юаня, прежде чем медленно скрыться из виду.
Когда надоедливый парень ушел и они остались вдвоем, атмосфера стала какой-то странной. Некоторое время никто не произносил ни слова, они просто стояли в тишине.
Наконец Ван Цзе нарушил молчание, как бы невзначай спросив: Ты ведь приехал из другого города? Почему тебя никто не встретил?
При этом вопросе взгляд Цзян Юаня немного потускнел, и он тихо ответил: Вообще-то меня должны были встретить, но из-за кое-каких дел планы изменились.
Ван Цзе продолжил: И куда теперь планируешь идти? Я вырос в этих краях и знаю здесь все до последнего камня. Если нужно куда-то добраться, я могу тебя проводить.
Сказав это, он одарил его теплой дружелюбной улыбкой, выражая полную готовность помочь.
Столкнувшись с такой любезностью, Цзян Юань не ответил сразу, напротив, он замялся, пребывая в нерешительности.
http://bllate.org/book/34598/4268526
Готово:
